40к способов подохнуть. Том 5
Шрифт:
Зловоние трупов било в нос, перешагивать приходилось сотни тел и разбитая техника продолжала гореть, но не слышно было голосов и яд не капал с потолка. Как и… даже после лицезрения жуткой поле битвы никто не дрогнул. И хоть Сиберус уважал каждого солдата и понимал на какие жертвы идут эти юнцы, что не видели до сегодняшнего дня крови и смерти, но… даже они сейчас казались бесстрашными, чего быть не могло.
— Комиссар Сиберус Карфакс, что тут произошло?! — как всегда громко говорил комиссар, обращаясь к выжившей свите инквизитора.
— Враг был сокрушён, — хмуро ответила Алисия, что помогала оказывать помощь
— Каким образом?!
— Не знаю, — без особого интереса ответила Алисия.
На лице её лежал такой мрак, который даже на войне Сиберус редко видел. Время от времени взгляд Алисии также становился словно бы… стеклянным. Взгляд на две тысячи ярдов, несфокусированный взгляд в пустоту, полная отрешенность и кажется даже потеря связи с реальностью. Видно было, что эта девушка обладала сильной волей, но от того Сиберус напрягся ещё больше.
В свитку инквизиторов набирались лучшие из лучших, и если здесь произошло нечто, что смогло надломить таких бесчувственных машин, как и сам комиссар…
— Тьма… — прошептал Сиберус, встав у края Центральной Магистрали и направив взгляд вниз. — И тишина… Инквизитор справился?
— Проницательности вам не занимать, — съязвила Алисия, что было хорошим знаком.
Так или иначе связь ещё не была восстановлена, поэтому оставив пару бойцов с указаниями доложить обстановку командованию, когда вокс оживёт, Сиберус отправился со своим отрядом вниз по спиральной лестнице. Шагая по металлу он вслушивался в каждый шаг, но не видел угрозы и не чувствовала страха. При чём не чувствовала его не за себя, нет, этот страх давно покинул Сиберуса, но страх за бойцов, за этот мир, за людей и будущее Империума… он тоже исчез. Это чувство пьянило даже Сиберуса, что уж говорить про простых бойцов.
— Грёбанные демоны… — раздался шёпот в тенях лишённого освещения спуска, после чего начали раздаваться ещё какие-то странные щелчки. — Грёбанные парии…
После загорелся огонёк и стало видно лицо Оливера, который дрожащими руками всё же смог прикурить.
— В глаза не свети, дай отдышаться, — рыкнул Оливер, закрыв лицо рукой. — Вниз не пойду, даже не просите. У меня приказ вот… этого дурня охранять.
Рядом с Оливером сидел и Молчун, который тоже как-то грустно смотрел в пол. Хотел поиграть в героя, но несмотря на его ген парии… что-то очень сильно пошло не так и у него. Так или иначе Сиберус был вынужден ещё оставить пару бойцов. Одни остались с выжившими, другие отправились обратно к Алисии с докладом. Сам же Сиберус был полон решимости найти либо живого инквизитора, либо мёртвого, а также докопаться до истины. Ведь комиссар понимал, что от этого зависит… наверное судьба всего Империума.
Конечно, хотелось считать случившееся чудом, но слишком долго жил Сиберус на этом свете и слишком много дерьма повидал. Хорошо — это когда плохо. А вот когда тебе кажется, что всё хорошо, то значит всё очень-очень плохо. Ну а очень-очень плохо как правило не имело никаких других трактовок и действительно являлось только самим собой.
И вот всё ниже спускался Сиберус, как вдруг начал слышать чужие шаги впереди. Без лишних слов, одним лишь взглядом отдав приказ бойцам, он и весь отряд заняли позиции и наставили оружие в сторону появления потенциального врага. Но спустя долгие мгновения медленно и нерасторопно из-за поворота начал показываться
— Мне… мне срочно надо в собор… а лучше на корабль… — говорил я, то и дело теряя связь с реальностью.
— Я это уже поняла, но надо сначала подняться на поверхность, — отвечала Эридия, которая была единственной причиной почему я ещё не упал.
Сознание моё раскалывалось, я одновременно находился и в физическом мире, и всё ещё в варпе, который не отпускал меня. Эти голоса… они были повсюду, а океан эмоций и чувств постоянно их сменял. Зря я коснулся этой книги, отпустить которую теперь просто не мог. Пальцы мои с невероятным остервенением сжимали её, прижимая к груди, ведь это было… эта книга была всем.
Нельзя было её терять, нельзя было отпускать, если она попадёт не в те руки… её нужно уничтожить, но хватит ли у меня сил? Хватит ли их хоть у кого-нибудь в этом мире? Может быть у Бога-Императора? Смешно, скорее Золотой Трон взорвётся, чем меня пустят с этим в Солнечную Систему, не то что на Терру и тем более в Золотой Дворец. Это невозможно.
Вокруг доносились голоса… Сиберус о чём-то говорил с Эридией и я вроде слушал эти слова, тело моё восстановилось и ран было меньше, чем у той же Эридии. Но уловить сути я не мог. Внимание моё было разрезано, а психика продолжала накаляться, перегружая нервную систему и сознание. Книга поглощала всё моё внимание, отвернуться не получалось, но даже если бы я мог, то имел бы я право так поступить?
— Нет… нельзя… — говорил я, прижимая книгу ещё ближе и заставляя бойцов шарахаться от меня.
— Его надо тайно провести в собор. Оттуда на корабль. Дальше обратимся за помощью к его Ордосу, — говорила Эридия, объясняя проблему, чтобы заручиться поддержкой Сиберуса. — Но его нельзя показывать людям. Пусть думают, что случилось чудо.
— Чудо?! Что там произошло, сестра?!
— Меня там не было, я нашла его таким в окружении пламени. Но чтобы он не сделал, враг уничтожен. Этот мир спасён.
— Ни этот мир, ни другие не спасены пока эта книга не отправлена в чёрную дыру, — рыкнул Сиберус, что впервые перешёл на тон ниже, видимо боясь, что его басистый голос эхом пронесётся по всему туннелю. — Но панику разводить не нужно, как и знание о существовании подобного… оно должно остаться только в инквизиции.
В этот момент напряглись уже бойцы, после чего Сиберус повернулся к ним.
— Ваша судьба уже определена. Вы знаете слишком много, а значит отправитесь на службу к Инквизитору, — произнёс Сиберус, который теперь действительно успокоился, ведь неопределенность была уничтожена и следующая цель стала ясна. — Это лучше расстрела, хотя если будете открывать рты чаще нужного… простым расстрелом как за нарушение военной тайны не отделаетесь.
Я же в очередной раз окончательно выпал из реальности из-за чего даже тело обмякло и меня пришлось нести. Хотя даже в таком положении легче было отрезать мне пальцы, чем вырвать из них книгу. Впрочем никто даже не пытался этого сделать, ведь все прекрасно понимали, что с такими вещами не шутят. Как и все выжившие в этом аду уже знали, что есть участи куда хуже смерти.
— Где я? — из глотки моей вырвался хрип и тут же зловоние вонзилось в ноздри раскалённым туманом.
— Не дыши, — произнёс Торквемада, что стоял надо мной и осматривался вокруг.