Адмирал Империи 40
Шрифт:
— Замолчи! — возмутился Наливайко.
— Сам замолчи! — тут же дала ему ответ Наэма.
— Прикончу, не переживай, — упрямился Яким.
— Ну, и что сидим? — продолжала подкалывать его Наэма, откидываясь на спинку стула и ехидно улыбаясь. — Что молчим?
— Потому, что сила моя не в слове, а вот здесь, — здоровяк продемонстрировал огромный бицепс, который был виден даже за пластинами доспеха.
— Чего нельзя сказать об умственных способностях, — вздохнула Наэма.
Наливайко, решив не продолжать пикировку с Белло, снова перевел взгляд на Демида:
— У меня составлен длинный список всех своих обидчиков
— Тогда занеси в этот список и меня, — хмыкнула Наэма, которой до чертиков надоело слушать пафосные речи казака.
— И меня, — весело рассмеялась Доминика, поддерживая Белло. — Я тоже не прочь поразмяться и скрестить сабли с таким отважным воином…
— Что?! А вы куда обе полезли?! — опешил Яким, явно не ожидавший такого поворота, и не знающий, как теперь реагировать на услышанное. — Не хочу я с вами драться…
— А что так?
— Я же не убийца беззащитных!
— Так, ладно, шутники повеселились и хватит, — я решил прекратить эту пустую болтовню и повернулся к молчащему все это время Зубову:
— Демид Александрович, хочу вам представить Доминику Кантор — командующую 2-й «ударной» дивизией Северного космофлота…
— Я наслышан о вас, госпожа вице-адмирал, как об одной из самых прекрасных и отважных комдивов Российской Империи, — галантно поклонился Демид, вставая из-за стола и подходя к Кантор.
— Ого, а он не такой уж и ужасный, как говорили, — удивилась Доминика, покосившись при этом на меня.
Доминика была явно обезоружена подобным обращением, но попыталась скрыть свое смущение за смехом и шутками. Соответственно вся прежняя ненависть к Демиду Зубову улетучилась из ее головы в одно мгновение. Сейчас перед Доминикой Кантор стоял уже не враг, а красивый молодой человек с черными волосами, невероятно глубокими такими же черным глазами, от которого буквально веяло галантностью, мужеством и бесстрашием. В какой-то момент девушка с ужасом поняла, что щеки ее начинают краснеть.
— Я тоже много слышала о вас, контр-адмирал, — ответила Доминика, стараясь больше не смотреть на Зубова. — Но в основном не очень положительного, как вы понимаете…
— Причины тому имеются, — невесело усмехнулся Демид Александрович.
— Что ж, закончим политес и перейдем к делу, — сказал я, активируя над столом тактическую карту. — Итак, через стандартный час две наши дивизии выходят из «вагенбурга», строятся в походные колонны с охранением и на полной скорости удаляются от собравшихся у планеты флотов на максимально возможное расстояние…
— Могу поклясться, что мы будем атаковать кого-нибудь из этих ренегатов-князей из древних дворянских родов, что выставили свои частные эскадры поодаль от основных игроков, — потирая руки, воскликнул Яким Наливайко. — Я же прав, Александр Иванович?
— Конечно, нет, — усмехнулась Наэма Белло, ответив за меня. — Если бы мы шли в атаку, то не выстраивались бы в походные колонны!
— Да, действительно, — задумался здоровяк, почесав бороду, — такое построение нам в сражении не сильно поможет, ведь дивизии Трубецкого и великого князя Михаила не так уж и далеко от нас находятся и при этом также как и мы сидят за стенами походных «вагенбургов»… А уж поверьте моему большому опыту космических баталий, идти в атаку на хорошо укрепленный лагерь длинными колоннами — это не самый лучший из вариантов…
— Никто не идет в наступление, балбесина! — прикрикнула на казака, Наэма Белло, в очередной раз продемонстрировав глубокое знание русского языка. — Мы просто куда-то уходим в неизвестном направлении… Лично я предполагаю, что это дальний обходной маневр, чтобы зайти в «тыл» космофлоту Птолемея Грауса, либо адмиралам-«черноморцам» и их османским союзникам…
— Очень жаль, — искренне расстроился Яким Наливайко, — потому, как я бы не прочь стереть самодовольные ухмылки у пары-тройки этих ясновельможных князей-адмиралов… Слишком уж они зарвались в своей жажде власти. Эти псевдоблагородные дворянчики слишком много о себе мнят и ради своей сиюминутной выгоды готовы растащить Российскую Империю по кускам, как только появится такая возможность. Разве не так?
— Готовы, и именно для подобной дележки все эти они сейчас находятся со своими боевыми эскадрами у Санкт-Петербурга-3, — кивнул я, соглашаясь со своим возмущенным товарищем. — И, безусловно, наша задача не допустить этого.
— Вот поэтому мы и должны вывести из игры как можно больше частных эскадр, — сделал вывод Яким. — Иначе завтра, — Наливайко посмотрел на таймер своего идентификационного браслета и поправился, — вернее сегодня, в самый разгар сражения они набросятся на наш Северный флот скопом и растерзают на мелкие кусочки. Клянусь вам, что так и будет, вся эта свора только и ждет, чтобы обглодать наши косточки. Александр Иванович, послушай, давай повыбиваем эти кегли в виде имперских князей и графьев заранее, чтобы потом не было поздно…
— Ты действительно думаешь, что две наши дивизии, пусть и «ударные» способны уничтожить эскадры всех упомянутых тобой вельмож? — удивленно спросила Наэма, продолжая отвечать Якиму за своего командира. — У каждого из них несколько десятков прошедших модернизацию боевых кораблей. К тому же все они сидят за стенами своих походных «вагенбургов», для штурма которых, как ты наверное знаешь, необходимы либо тараны, которых у нас нет, либо подавляющей число вымпелов под рукой…
— У нас самые боеспособные дивизии в этом секторе пространства, — отмахнулся Яким. — Вытаскивая князей на бой поодиночке, мы легко справимся со всеми поочередно. А касаемо того, что те сидят в своих укрепленных лагерях, так это не проблема. Дайте мне пять минут пообщаться с каждым из этих ребят, и обещаю — они выскочат из-за своих бронированных стен, как ошпаренные…
— В чем-чем, а в этом-то я не сомневаюсь, — согласилась капитан Белло, — твоей бесконечной пустой болтовни мало кто выдержит. Только чтобы не обращать на это внимания Трубецкому, Салтыкову и остальным будет достаточно просто отключить каналы связи и больше тебя не слушать…
— Если этих глав благородных семейств и корпораций прилюдно оскорбить, а я в этом специалист, — подбоченился Яким, не отступая, — и вызвать на поединок, то вряд ли они смогут игнорировать подобное. Если Романов, Трубецкой и остальные не примут вызова и стерпят оскорбления, то покроют себя позором, прежде всего среди своих же аристократишек. Уверен, что они клюнут на мою наживку и в итоге выведут свои эскадры на открытое пространство. А после этого мы их хорошенько пощиплем. Как вам такой план, дамы и господа?!