Алекс и Алекс 3
Шрифт:
_________
А сейчас, на железном (по словам Алекса) массиве информации, у меня не хотят принимать работу.
Оно, может, и некритично. Но времени (дай бог здоровья куратору) реально не хватает даже на то, чтоб сходить с Жойс в сауну… кхм…
(Они, кстати, только что с Камилой оттуда фотографии прислали. Написал им, что с ними должен был быть я. Жойс прислала в ответ поцелуй, а Камила — фото полуголых Чоу с Фельзенштейном в простынях. И приписку, что у них уже есть рядом кое-кто. Когда я сказал, что сейчас
Если же посещать этот предмет, как положено, у меня время будет расписано не по минутам, а по секундам. А из местных уроков я вынес одну очень ценную мысль: у хорошего специалиста либо командира всегда есть резерв.
Резерв людей. Резерв времени. Резерв ресурсов, будь то продукты или запчасти.
Если дать преподавателю зарубить меня сейчас, лично мой невеликий резерв времени закончится прямо на старте. А у меня масса деликатных дел впереди. Как же это всё невовремя…
Кстати, в блоке информации уверен не только Алекс, но и я: ради проверки, набрал прямо сейчас Фархата и кое-что уточнил. Он подтвердил.
Опрос внешних источников условиями работы не запрещается.
— Почему не засчитана работа?! — повторяю вопрос, поскольку эта отвратная бабища, кажется, не услышала меня из-за хлопнувшей двери.
— Я не согласна с ключевым направлением трудовой миграции, указанной вами. — Она выводит на большой экран мою работу и отчёркивает указкой несколько строк. — Вы логично сформулировали предпосылки, но сделали неверные выводы.
— Почему вы считаете мои выводы неверными? — сейчас главное не закипеть.
Получается, из-за Бака я сейчас тренирую ещё и воспитание, чёрт его дери. Моего опыта тут хватает, чтоб понять: начни я сейчас говорить с резких позиций, договориться вообще не получится.
Интересно, а не приручает ли меня Бак к чему-то таким образом?!
— Вот данные по миграции Лиги. Вот ваши направления. Вот данные по Заливу. — Дама смотрит вежливо.
Как ни парадокс, она сейчас искренне желает мне позитива плюс верит в то, что говорит.
Спасибо чипу и его возможностям. В другом варианте, я б уже наколол дров, не сходя с места…
— Я могу набрать куратора, если не согласен с вашей оценкой?
— Ваше святое уставное право, — кивает она.
С Баком получается поговорить ровно две минуты, из которых минуту сорок пять секунд говорю я. Объясняя диспозицию.
— Поясните ей свою аргументацию. Если не пройдёт, пришлите работу мне и подайте заявку на апелляцию. — Бак отключается.
— Куратор сказал поспорить с вами, — разворачиваюсь к ней.
— С удовольствием, — она разворачивает персональный экран к себе. — Почему вы указали Залив в качестве приоритетного направления? Именно это подрубает всю вашу стратегию выводов.
— Абсолютно случайно, я говорю и читаю на этом языке. Вот статистика с их сайта, — вывожу на её экран со своего комма правительственный сайт самой
— Почему? — она, кажется, начинает испытывать искреннюю растерянность. — А тут всё какой-то вязью… я не понимаю. — Пятидесятилетняя мадам хлопает глазами и нервничает, как будто это у неё срывается зачёт по предмету.
— Я говорю и читаю на этом языке, — напоминаю. — Я не знаю, откуда брали данные по миграции последнего квартала составители вашего вопросника. Но статистику Королевства Саудитов обрабатывают японцы. Компания на аут-сорсе, из мировой тройки, — говорю название поставщика услуг, попутно указывая строку в тексте. — Жаль, что вы не понимаете.
— Они не могут ошибаться? — её тон меняется.
Она начинает усиленно думать, перебирая варианты. Агрессии либо негатива в её эмоциях нет.
— Вы в курсе, что сделают шейхи с куффаром, если он на их земле бросит тень на Королевскую семью? — фыркаю. — У них обман на таком уровне исключён религией и устройством государства. Для примера, знаете, что у них делают за обвес на базаре?
— Что? — а сейчас она излучает любопытство.
— Рубят руку. А обман всех от имени Короля, путём подтасовки статистики на сайте Семьи… даже не знаю, как вам объяснить.
Я действительно не знаю, как. Если она не может прочесть зелёным по белому. Потому что не знает языка, входящего в первую десятку.
— Это бы поставило под сомнение не только их репутацию, а и весь действующий порядок вещей там. — Продолжаю попытки донести то, что очевидно мне, но совсем не прозрачно для экзаменатора. — Совравший в мелочи монарх там — это нонсенс. Если они говорят, что к ним за последний квартал въехало девятьсот восемьдесят тысяч, а выехало двести, значит, так оно и есть.
— О, нашла… — Невпопад отвечает она. — Да, вы правы. Статистикой и обслуживанием сайта действительно занимается эта японская компания, что вы сказали… С арабами не сталкивалась, но японцы точно врать не станут… дайте мне минуту…
Её минута затягивается на добрые пятнадцать.
Терпеливо жду, отбиваясь от вопросов Жойс по второй линии (мы с ней собирались наведаться в сауну в подвале прямо сейчас, вдвоём, хотя б на десять минут; раз Камила пока остаётся вместе с нами в номере).
— Нашла! — Раздаётся, наконец, голос преподавателя. — У меня в таблицах ошибка! Откопировались автоматом данные прошлого года, а последний квартал этого вообще без данных.
— Данные есть, — аккуратно напоминаю. — Только с сайта-источника. Но он по-арабски. Не сочтите за наглость, но это у вас нет данных. А у меня они есть. И я, в отличие от вас, очень хорошо знаю, в каком регионе надо создавать точки опоры именно в этом квартале. Почти миллион мигрантов в Заливе ровно в пять раз больше того количества, что пустила к себе Лига.
— Логично. Но любой сложный расчёт должен иметь простую проверочную методику. Давайте сейчас вместе с вами проверим ваши тезисы.