Алый легион
Шрифт:
– Подожди, – крикнула она. – У Каилума есть более быстрый способ.
В запале мул хотел вырваться, но женщина не отпускала.
– Ладно, пусть попробует, – наконец сказал Рикус.
А Каилум уже швырнул свой кнут на пол. Огненные жгуты, словно живые, поползли по камням в сторону урикитов. Вот они добрались до первого лучника. Язык жаркого пламени лизнул его ногу. Красный, белый и желтый огни поползли дальше, а урикит вспыхнул, словно головешка на ветру. Мгновение спустя горящая змея расправилась со второй жертвой. Потом с третьей. Видя,
Рикус послал своих гладиаторов вдогонку с приказом никого в живых не оставлять. Каилум пошел за ними следом – чтобы управлять своим живым огненным кнутом. Вход в город был свободен. Войска тирян широким потоком текли в Урик.
– Ты все еще думаешь, что это ловушка? – спросил Рикус у Ниивы.
– Не знаю, – ответила она. – Посмотрим, что мы увидим в районе рабов…
16. АЛЫЙ ЛЕГИОН
Рикус никак не мог понять, почему ему так одиноко. Он стоял на вершине сторожевой башни над громадным лагерем рабов короля Хаману. Десять тысяч освобожденных мужчин и женщин выкрикивали его имя. Между ними деловито сновали воины-тиряне, организуя бывших рабов в боевые отряды.
На другой стороне лагеря, едва видимая за клубами дыма, который поднимался из района темпларов, высилась стена, окружавшая центр города. А на ее вершине стояли урикиты: и солдат, и темплары. Они с интересом наблюдали за приготовлениями тирян. В крепости у них за спиной располагались палаты верховных темпларов, гладиаторская арена и бараки Императорской Стражи – большого отряда великанышей во главе с искушенными в искусстве войны темпларами. Судя по звукам, доносившимся из-за стены, Императорская Стража собиралась пойти в атаку.
Но не предстоящее сражение стало причиной угрюмого настроения мула. Пока что битва шла примерно так, как он и предвидел. Не считая, конечно, тяжелых потерь в проходе у ворот. Там легион потерял три сотни воинов. Зато потом гладиаторам почти без сопротивления удалось захватить главный лагерь рабов Урика. Теперь тиряне контролировали почти четверть города.
В общем, у Рикуса имелись все основания быть довольным, если бы не одно «но». Мул думал, что рабы, едва их освободят, восстанут и набросятся на урикитов. Но те только пугливо жались в своих загонах, так же боясь своих освободителей, как прежде надсмотрщиков.
А пока Рикус терял драгоценное время, призывая рабов взяться за оружие, войска Хаману с поразительной быстротой отрезали тирян от остальных частей города. Буквально через несколько минут после начала сражения личная охрана аристократов заблокировала все проходы в свой район. Отряды урикитского гарнизона изолировали квартал темпларов. Хаману даже удалось выслать несколько тысяч солдат, которые, обойдя вокруг города, перекрыли Ворота Рабов.
– Не волнуйся ты так, – сказала Ниива, поднимаясь по костяной лестнице на самый верх башни. – Из-за этого нервничает весь легион.
– Ничего не могу с собой поделать, – пожал плечами мул. –
– Планировал? – ухмыльнулась Ниива. – Что я слышу?! Ты волнуешься из-за ПЛАНА?!
Рикус почувствовал, что краснеет.
– Ты же видишь, – пробормотал он. – Эти рабы какие-то уж больно забитые. Из-за них мы потеряли слишком много времени. Теперь придется прорываться с боем…
– Это будет непросто, но мы бывали в переделках и похуже. – Ниива встала рядом с мулом. – К нам присоединились почти десять тысяч рабов. Да еще добрая тысяча наших воинов. – Она посмотрела на высокую стену, окружавшую центр города. – Меня больше беспокоит сам король-колдун Хаману.
– Предоставь его мне, – сказал Рикус.
– Я так и сделаю, – отозвалась Ниива. – Но мне было бы гораздо спокойнее, если бы ты объяснил, как собираешься с ним справиться.
– С помощью моего меча. – Рикус похлопал по рукояти Кары. – Когда начнется битва, ему волей-неволей придется появиться. Я буду ждать…
– А как же его колдовство? – нахмурилась женщина. – Как насчет его владения Путем?
– Что касается колдовства, – ответил мул, – то мои меч и пояс тоже не простые. А Путь… тут мне помогут.
«Только не я, – вмешалась Тамар. – Во всяком случае, до тех пор, пока жив Каилум со своими гномами».
«Когда будет надо – поможешь, – ответил мул. – Я нужен тебе живым. Чтобы достать Книгу.»
«Ты в этом уверен?»
«У тебя нет выбора».
Ниива помолчала, ожидая, что Рикус пояснит свои слова, но видя, что мул молчит, спросила:
– О какой помощи ты говоришь?
– О которой я пока ничего не могу тебе рассказать, – ответил мул, глядя на выход из лагеря.
Там у ворот стоял Стиан со своими темпларами. Рикус специально отвел им это место – здесь их черные рясы не будут смущать только что освобожденных рабов. Рядом с ними располагались гномы Каилума.
– Тебе, пожалуй, стоит вернуться к своему отряду, – сказал мул. – Мы скоро начинаем…
Ниива шагнула к лестнице и замерла на верхней ступеньке.
– Рикус, ты уже… – голос ее дрогнул.
Но Рикус и так знал, о чем она хочет спросить. И мул не знал, что ей ответить – со времени их разговора в Кратере Костей ничего не изменилось.
– Удачи тебе, Ниива, – сказал он, отворачиваясь.
– И тебе, Рикус, – отозвалась она, начиная спускаться. – Бей точно – это наш единственный шанс.
Когда Ниива ушла, Рикус призвал к себе Гаанона, Джасилу и К'крика. Он хотел обсудить с ними предстоящее сражение, но не успел. Над лагерем прокатился усиленный колдовством голос женщины-темплара.
– Пленники могучего Хаману! – прогремела она. – Слушайте меня внимательно.
Рабы тут же стихли – они явно привыкли повиноваться приказам этого голоса.
– Ваш предводитель привел вас в Урик, и лишь благодаря милосердию великого Хаману вы сможете остаться в живых, – теперь Рикус видел говорившего: женщина в желтой рясе темплара и с золотым жезлом власти в руке.