Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Она потеряла надежду.

— Вы слишком горды, чтобы слушать меня? Конечно, кто я? Всего лишь девочка, житель города; вы нас презираете, как бывших вассалов, слуг, крестьян… — она сложила руки на коленях, на мерцающем своем чудесном платье, которое не помогло уже второй раз: первый раз, когда она встречала Кристофера и Оливера — и никто не сказал ей, как она прекрасна… И вдруг он коснулся ее щеки, властно повернул ее лицо к своему, и сердце ее остановилось.

— Ангел… тебя верно назвали… Я не остановился бы снести весь этот городишко… мне было все равно… но когда я увидел в ту ночь летающую девушку… она спустилась с крыши собора и позвала на помощь… что можно было подумать? Что Бог сказал мне: уходи, здесь мой ангел, здесь мой дом… но я пытался… даже убить тебя…

— Камни, — прошептала она.

— Да, — он держал ее за подбородок и смотрел в самые глубины души, Ангел умирала от робости и восторга. — Но тебя спас этот рыжий

парень… и потом ты исчезла, и я разбил алтарь и витраж… с нашим гербом… а теперь ты опять появилась.

— Я болела, я простыла, пока мы там сидели, в часовне заваленной… — она внезапно охрипла; голос хотел спрятаться куда-нибудь в шкаф, в коробку из-под подарков.

— И как тебя убивать? Тебя ведь так любят; и ты его тоже? — она кивнула и почувствовала, что плачет. Он отпустил ее лицо, и она стала вытирать слезы руками; Седрик достал платок из кармана, легкий, нежный, сунул ей, она трубно высморкалась. — Как все сложно… Придется соврать прабабушке и построить ей новый собор — краше этого… весь в слюде, драгоценных камнях и с витражами-гербами… что скажешь, Ангел? Это ведь богоугодно.

— Но лучше в него не заходить другим людям, не Талботам, от греха подальше. Еще понравится, начнут ваши места на скамейках занимать…

Он засмеялся.

— Да, так я и сделаю. Просто построю новый. Высокий и сверкающий, как это море.

Ангел смотрела на него и думала, что она была права: он Король-ворон, Черный колдун — такая сила от него шла, что дрожала земля, точно шел поезд; по мановению руки он мог построить город и разрушить его, менять курсы кораблей, передвигать звезды и горы. Он закурил.

— Я уеду, — сказал он, — докурю и уеду. И никто больше не тронет ваш собор. Святой Патрик заступился за него на небесах.

— Хорошо, — сказала она. — Я платок не успею вам постирать?

— Не успеешь. Оставь. Когда я следил за тобой, я был не один. Будь осторожна, Ангел. За тобой давно ходит человек…

— Кто? — у нее похолодели руки. Она вдруг все поняла.

Он кивнул.

— Из ЦРУ или чего-то такого, тихого-громкого; кому-то интересно, что ты летаешь. Плохо, что твоя семья сделала из этого секрет, — иначе тебя смогли бы защитить верующие. А так… однажды ночью тебя украдут… и, может, просто познакомятся и отпустят; а может, разберут на запчасти, чтобы выяснить, почему же ты летаешь, а они нет. Я убивал людей, Ангел, и я слышу: они могут убить тебя…

И он ушел; Ангел даже не смотрела ему вслед; она смотрела на свои руки; и понимала, что ее жизнь разваливается: Кристофер, Скери, ее танцы, розовый дом; как она могла быть такой наивной? А потом они придут за Миланой; ведь их не бывает — летающих девушек… Шли часы, стало жарко; она встала и пошла в город, и за спиной ей слышались шаги; у нее была смена в «Звездной пыли»; «какая ты красивая», — сказали ей все в кафе; «спасибо»; она приносила людям картошку фри, сэндвичи, салаты, кофе, тыквенный сок, кока-колу со льдом, мороженое — разноцветное, с присыпками и сиропами; как кукла — искусная игрушка Дроссельмейера; она умирала. «Ангел, — сказал ей хозяин, — это правда, скажи: ты все-таки с Кристофером Руни?»; и тут она подняла голову: Кристофер… Ну уж нет. Если у него получилось — быть с ней, значит у нее тоже получится — спастись… «Седрик, — пробормотала она, — дай мне своей силы, дай мне его увидеть», — и увидела; она даже знала этого человека — мелкого служащего на почте; немолодого, в неизменном сером костюме; незаметного, плешивого, добродушного; он жил здесь всегда; его жена торговала на рынке зеленью: укропом, кинзой, базиликом, мятой — травы росли у них в саду. Он всегда был там, где была она, Ангел, — в кафе, на каждой ее смене; всегда заказывал одно и то же, непритязательное, как она тогда, когда искала незнакомца по гостиницам: булочку и какао; на рынке, когда они с мамой или бабушкой покупали продукты; гулял возле замка Скери, когда она приходила к маме или Денизе; гулял по набережной, здоровался кивком… Она чувствовала его взгляд теперь — липкий, плотный, постоянный, как тиканье часов; доработала смену, вышла в уже ночь — как тогда, когда появился Седрик в первый раз, поджег леса, — напоенную ароматами, теперь уже летними — травами, розами; она шла и шла, через весь свой любимый город, слушала мостовые, стены, бухту и просила сил; и дошла до своей любимой скамейки — обернулась; он был близко, отвернулся; она разогналась, схватила его, грузного, пахнущего чесноком и страхом, и оттолкнулась от земли. Он завизжал.

— Что ты делаешь, сумасшедшая девка?! Отпусти меня!

— Но ведь вы же хотите узнать, как это — летать… Кому вы меня продали? Говорите, иначе уроню, — она летела быстро, низко, почти касаясь носками туфель воды. Он вырывался, и это было мучительно.

— Они придут за тобой, рано или поздно.

— Когда вы скажете? Рано? Поздно? Как вам захочется, разве не так?

— Отпусти! Тогда я позвоню им и скажу, что ты не летаешь больше…

вышла замуж, забеременела, разучилась…

— А они поверят? Я вот что-то не верю.

Он укусил ее. Ей стало мерзко, она встряхнула его, он опять коротко взвизгнул.

— Сука, сука, отпусти!

— Вы упадете прямо в море, если будете орать и бить меня по ногам. Здесь уже очень далеко от берега, сами не доплывете, и вас не спасут.

— Я убью тебя, сдам немедленно… Они ждут только моего звонка. Я тебе крылья-то повыдергаю.

— Это правда?

— Да! — он сползал в своем пиджаке все ниже и ниже, цеплялся за нее и при этом царапался. Ангел стало совсем не страшно, таким отвратительным он был — не человеком; и пах он не как человек — мочой, потом; а чем-то холодным — железом, старой землей…

— Правда? — еще раз спросила она. — Только от вас зависит моя жизнь?

— Да, только от меня, — и он засмеялся. — Так что ты попалась, — и тут она отпустила его; он посмотрел вниз — сколько ему падать; Ангел была под самыми облаками; он даже не закричал, летел как камень и умер, разбившись об воду… Его пиджак остался у нее в руках; «он выскользнул, — сказала она себе, — нет, я его уронила; я его уронила; я убила человека»; но не почувствовала ни боли, ни раскаяния; он хотел убить ее… летающую девушку. Она летела в облаках, волосы у нее заледенели; и только когда от холода заболели щеки, она очнулась, спустилась плавно вниз, к теплому ночному морю, опустилась в него, и нагревшаяся за день вода ласкала бедра; Ангел окунулась вся, легла на спину и поплыла; пока звезды не засияли; а потом она проснулась и охнула, выбралась на берег, выжала туфли, платье, волосы, побежала через город, через спящий сияющий Скери, по дороге; машин уже почти не было, а те, что были, видели ее издалека, сигналили, и она уходила с проезжей части, потом снова шла посредине; начался лес, а страх не оставлял ее, гнал, она так и не поняла, как не заблудилась, как сразу вышла на дорогу к их дому; к дому Руни; и все это время она повторяла: «не лететь, не лететь, не летать; о боже, я теперь больше никогда не смогу летать, мне так страшно»; «Кристофер, — повторяла она, — спаси меня, Кристофер»; и увидела их дом; горел свет — на первом этаже, в библиотеке, — настольная лампа; наверное, Леонард читает или пишет, рифмы, ритмы, что-нибудь про полночь, лунный свет, про Темную Башню; еще одна лампа в гостиной — и звуки рояля, какая-то очень печальная и нежная музыка, легкая, почти радио, — насвистывать в ванной, но при этом очень трогательная, не надоедающая, как некоторые дети — могут играть сами, только молока им налей и печенья дай; и ты не заметишь, как прошел день, легко, сложился, как пазл; значит, и Андреас не спит; она постучалась; дверь открыл Кристофер в рубашке хаки, в подтяжках и в светло-коричневых брюках, эдакий молодой Индиана Джонс: «Ангел… о боже, Ангел, что с тобой? Ты ранена?» — ее любимое платье порвано, из руки текла кровь, оттаявшие волосы висели, в туфлях хлюпала морская вода, щеки были в соли и горели. Он обнял ее, ввел в дом, Андреас и Леонард стояли и смотрели, растерянные; «с ней что-то случилось», — прошептал Кристофер; «вызвать полицию, “скорую”?» — спросил Леонард тоже шепотом; они подумали, что на нее напали и изнасиловали. Кристофер взял Ангел за лицо и заставил посмотреть на себя.

— Ангел, что случилось? На тебя напали?

Она замотала головой.

— Ты упала? — он подумал: а вдруг она разучилась летать?

— Не я, — сказала она, голос у нее был ужасный, горло раздирала соль.

— Воды, — сказал Андреас, — она была в море. И наглоталась соли.

Леонард побежал за водой.

— Можно… — она дрожала, но уже приходила в себя, — можно мне в душ?

— Конечно, только попей, — она выпила воды, зубы стучали о край стакана; «боже, — подумала она, — я как в кино, из «Чужого», Кристоферу должно понравиться»; но потом устыдилась: он так волновался, глаза у него потемнели, и он держал ее руки и целовал их эпизодически.

— Я… я убила человека. Кристофер, я убила человека… — прошептала она.

— Что ты такое говоришь? Кого?

— Того, кто следил за мной.

— Ты уверена?

— Да. Мне сказал Седрик, что за мной давно следят, и я увидела его. И убила.

— Кто такой Седрик?

— Седрик Талбот… он гангстер и знает, что они могут убить меня… А тот, второй, он и убил бы меня, он кричал, что стоит ему только позвонить, и за мной приедут… из ЦРУ, я не знаю больше, но мне так страшно… вдруг они все-таки уже едут. Вдруг он должен был звонить им каждый вечер, а сегодня не позвонил, потому что я убила его? — Кристофер обнял ее, она сжала его волосы; ему было больно, но он терпел, ждал, когда Ангел придет в себя, и весь этот бред устаканится, упорядочится — то ли это был сон, то ли… Он подумал: «А что, похоже на правду. На серию «Секретных материалов», но ведь похоже… вот черт». Он довел ее до душа, сел у дверей, позвонил к ней домой, успокоил бабушку: «Ангел у нас в гостях, останется ночевать в гостевой спальне», позвал к телефону Оливера.

Поделиться:
Популярные книги

Идеальный мир для Лекаря 22

Сапфир Олег
22. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 22

Сама себе хозяйка

Красовская Марианна
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Сама себе хозяйка

На распутье

Кронос Александр
2. Лэрн
Фантастика:
фэнтези
героическая фантастика
стимпанк
5.00
рейтинг книги
На распутье

Калибр Личности 1

Голд Джон
1. Калибр Личности
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Калибр Личности 1

Здравствуй, 1985-й

Иванов Дмитрий
2. Девяностые
Фантастика:
альтернативная история
5.25
рейтинг книги
Здравствуй, 1985-й

Пятничная я. Умереть, чтобы жить

Это Хорошо
Фантастика:
детективная фантастика
6.25
рейтинг книги
Пятничная я. Умереть, чтобы жить

Измена. Верни мне мою жизнь

Томченко Анна
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Верни мне мою жизнь

Имена мертвых

Белаш Людмила и Александр
Фантастика:
боевая фантастика
5.00
рейтинг книги
Имена мертвых

Кодекс Крови. Книга ХIV

Борзых М.
14. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга ХIV

Возвышение Меркурия. Книга 17

Кронос Александр
17. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 17

Ржевско-Вяземские бои. Часть 2

Антонова Людмила Викторовна
6. Летопись Победы. 1443 дня и ночи до нашей Великой Победы во Второй мировой войне
Научно-образовательная:
военная история
6.25
рейтинг книги
Ржевско-Вяземские бои. Часть 2

Вечный. Книга V

Рокотов Алексей
5. Вечный
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга V

Возвышение Меркурия. Книга 8

Кронос Александр
8. Меркурий
Фантастика:
героическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 8

Кодекс Охотника. Книга IX

Винокуров Юрий
9. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
городское фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга IX