Банка для пауков
Шрифт:
— Я не знаю, почему Сулико наговорил тебе таких глупостей. Это неправда. Я не участвовал в войне против вас. И я ничего, абсолютно ничего не имею против тебя…
— Это хорошо, потому что если ты изменишь свое намерение, ты потеряешь больше. Поутру загляни в мусорный контейнер, и ты поймешь, о чем я говорю.
И Тенгиз Марагулия захлопнул трубку.
Лишь поутру, увидев, что возле мусорного контейнера крутятся типы с ментовскими физиономиями, Егор Абрамович послал Мишу справится что случилось.
Выяснилось, что когда мусорщик открыл задний люк машины, он обратил внимание на предмет, обмотанный тряпкой, лежавший
12 апреля, Открытое шоссе, плодо-овощная база, 18:00
Имран Велиев ехал на своем стареньком «жигуленке» из маленького овощного магазинчика, расположенного на неприметной части Открытого шоссе, прилепившись к стене гигантской плодо-овощной базы. Этот крошечный магазинчик размером два на три метра тем не менее обладал неимоверной пропускной способностью. За день через него могло пройти несколько железнодорожных составов с бананами, ананасами, манго, цитрусами, не говоря уже о моркови и картофеле. Это было выгодно и дирекции базы, которая не имела никаких проблем с хранением деликатной продукции, и поставщикам, которые имели моментальную выручку за свои поставки, и фирмам-заказчикам, которым сбыт их продукции был гарантирован, но еще больше эта операция была выгодна двоим братьям, хозяевам магазинчика Али и Вели, которые на весь имевшийся на базе товар делали моментальную накрутку в 200 процентов, принимали деньги и отправляли покупателя… на ту же базу, где им по чеку и отпускали товар. И пусть раздосадованный владелец овощного ларька плюнет и попробует, развернув свою «газель», уехать на поиски другой базы. На всех плодо-овощных базах города были свои оптовые магазинчики и свои Али и Вели.
Самое странное, но эта операция была выгодна и горожанам, которые в итоге хоть и платили за плоды земли ресторанные цены, в итоге, как уверял их мэр, имели повышенную культуру торговли и идеальную санитарию торговых помещений.
Раз в две недели Имран объезжал оптовые магазинчики и собирал обернувшиеся средства в большущий потрепанный фибровый чемодан. Одновременно с ним по всем остальным магазинам ездили похожие неприметные автомобили и собирали гораздо меньшие, но все же ощутимые суммы, которые в итоге оказывались в персональном банке Мирзы. Рядом с Имраном сидел Тариел Акперов, держа руку на рукояти АКМ.
Однако даже для него внезапно подставивший им бок «москвич-каблук» оказался полной неожиданностью.
Реакция Велиева была недостаточно быстрой, он повернул, но машина вылетела на тротуар и ударилась в придорожный столб. Имран вывалился наружу и попытался приподняться, но перед его глазами блеснула яркая вспышка, и он умер быстрее, чем осознал что в него выстрелили из пистолета ТТ. Чемодан, который он держал в руках, раскрылся, разбрасывая по тротуару деньги разного достоинства.
Тариел успел сделать два выстрела по «москвичу». Он попал оба раза, но не задел никого из сидящих в ней. Прежде чем он успел выстрелить в третий раз, его переломило пополам очередью из автомата, и двое подошедших мужчин стали деловито кидать внутрь
В ночь на 14 апреля, кафе «Макдоналдс» на шоссе Энтузиастов
Два старых вора-домушника Реваз Закариадзе (по кличке Рев) и Гемо Нианишвили (по кличке Гемо) проголодались к тому времени, когда вернулись в город из очередной операции. Всех-то и делов было, что съездить в Покров и поджечь дом у одного дурачка, который вовремя не понял необходимость поделиться своими доходами с одним их дружком. Вот так, махнули с приятелем за город на выходные, заработали по пятьсот зеленых, чем не заработок для отставного вора? Правда, по радио передавали, что в том пожаре погибли трое детей и старуха-мать… Так то судьба.
Получив гонорар в Балашихе, они на съезде с МКАД заехали в ресторан «Макдоналдс» и хорошо поужинали. Когда они шли к машине, мимо них прошел молодой парень.
Рев остановился и посмотрел на ресторан.
— Послушай, а ведь это Мамедали, нет?
Гемо кивнул.
— Точно, Мирзушкин племяник или внук. Короче, из этой шайки-лейки.
Они сели в свою машину и посмотрели друг на друга.
— Ну и что ты думаешь обо всем этом? — спросил Рев.
— Я не знаю, — Гемо вышел из машины и через стекла заглянул в ресторан. Вернувшись к машине, он сказал: — Он с блядью сидит за угловым столом. Короче, чего хочешь делать — давай делаем-да!
Рев ухмыльнулся.
— Старый пижон! А я так считаю, какого хрена они наших мочат? У нас что — мужчин нет? К тому же, Тенгиз — парень правильный, он нас без куска хлеба под старость лет не оставит.
Они достали из кобур пистолеты, сунули их за пояс и, прикрыв их пиджаками, направились к двери ресторана.
На самом деле Лариса не была дамой легкого поведения, как и Мамедали не был бандитом. Оба были студентами Плешки, и были как и многие студенты в этом возрасте влюблены друг в друга. Больше того Мирза-ага держал своего внучатого племянника в черном теле и не давал денег даже на приличный ресторан, поэтому ему со своей девушкой приходилось ходить в «Макдоналдс». Но обоим там очень нравилось, поскольку, во-первых, оба были всецело поглощены друг другом, а во-вторых, их молодые желудки были способны переварить любое количество гамбургеров и биг-маков.
Они как раз обсуждали животрепещущую тему куда свалить на следующие выходные, когда за спиной молодого человека выросли двое пожилых небритых мужиков. Пистолеты в их руках содрогнулись несколько раз, и кусок биг-мака вывалился изо рта Мамедали, а затем оттуда хлынула кровь, он захрипел и тяжело навалился на стол. Лариса в ужасе закричала и кричала секунду или две, пока еще дымящееся дуло пистолета Гамо не взглянуло ей в переносицу и еще раз не содрогнулось.
В наступившей затем тишине юноша упал на пол вместе со своим стулом. Девушка осталась полулежать на диванчике. Двое убийц неторопливо направились к двери. В конце зала закричала какая-то женщина, но никто не сдвинулся с места, пока Закариадзе и Нианишвили не сели в свою машину и не уехали.
Описания, данные свидетелями, не помогли опознать их. Единственное, что было ясно из описания, что оба убийцы были чересчур пожилыми, чтобы быть членами банды Тенгиза.
Ничего не случилось и на другой день. Из резиденции Мирза-аги снова поступил приказ: найти их. Казалось, что банда Тенгиза играла теперь на нервах, но Мирза-ага не изменил своей тактики. Это было первым признаком, что он стал слишком старым для того, чтобы руководить столь мощной империей.