Баронет
Шрифт:
Твою мать. Похоже, я очень серьёзно влип.
Глава 13
— Дамы, – поворот и поклон в сторону пигалиц, столпившихся испуганно-возбуждённой кучкой, — Господа. Прошу простить, но вынужден покинуть Ваше общество…
– Мы вынуждены, — обращаясь к молодым дворянам, поправила меня Милана. Если у меня тон вышел скорее спокойно-равнодушным, то от слов девушки, мягких, негромких и сопровождаемых улыбкой, добрая половина народа вздрогнула.
М-мать. Как неудачно-то. И ведь как подловил
Мила, идущая рядом со мной, оглянулась, убеждаясь, что мы достаточно далеко отошли от зала – и… Я не то, что сбился с мысли — вообще на несколько секунд забыл про всё, с отвисшей челюстью слушая закрученную матерную тираду, без запинки выдаваемую блондинкой-аристократкой!
— ...Бабку твою козлом через задний проход оплодотворённую! – взмахнула куда-то в сторону дальнего крыла поместья девушка и резко переключилась на меня. — Я надеюсь, ты не собрался сделать мужественную глупость в духе романчика для впечатлительных дур, а, Арн?
– - Нет, конечно, – с усилием подобрав челюсть, подтвердил я. То, что младшая Пэр – мягко говоря не нежный садовый цветочек, я уже успел убедиться, но столь резкое выпадение из образа вызывало натуральный ступор. – Только не говори, что не успела за время нашего знакомства заметить, что я не идиот.
– Сэм уже спит, и слуги не дадут его разбудить, – кивнув, деловито просветила “наречённая”, с которой, судя по последним словам, смело можно было идти в разведку. – Утром встаёт рано, но может банально не успеть помочь. Если вообще захочет вмешаться.
– Не захочет, – обезличенная память, покалывая виски, настойчиво утверждала: оскорбление, нанесенное через публичное сомнение в дворянском достоинстве оскорбленного, смывается только кровью.
В рыцарских романах, что в земных, что в здешних, меня периодически раздражал один и тот же штамп: протагониста оскорбляют и он, кипя праведным гневом, кидает оппоненту перчатку. То есть, по факту, соглашается на поединок на условиях врага – потому что вызванный выбирает оружие. И тот, кто тебя облил помоями, ещё и пользуется правом подобрать наиболее подходящие условия для твоего публичного убийства. Как вам? “Несправедливо” – это мягко сказано! Лично у меня всегда вставал такой вопрос: а что, собственно, мешает оскорблённому тоже что-нибудь этакое высказать, громко и чётко? Слова ведь всякие можно сказать, даже к самому матерому цинику и бретёру можно подобрать свой ключик и заставить сказать ритуальную фразу. Логично? Более чем. Увы, но только с точки зрения обычного человека, выходца из нормального общества, с твёрдо исполняемыми законами и гарантированными социальными нормами.
Я ведь уже говорил, что все иллюзии о феодальном обществе у меня полностью развеялись после пьянки с крестьянами и ремесленниками из Белой Лепки? Но могу и повторить: за красивым фасадом традиций рыцарства и культа дворянского благородства и чести скрываются вполне узнаваемые уголовные понятия. Точнее, скажем так – это явления одного порядка. Если какая сявка попеняла нормальному пацану, что он, пацан – фраер позорный, или, не дай бог, вообще пользователь дырявых ложек, переругиваться, ссылаться на общеизвестные доказательства и производить прочие ненасильственные методы воздействия на противника не только бесполезно – ни в коем случае нельзя. Стал оправдываться – виноват. И всё.
Сохранить или даже поднять свой авторитет, защитить уже занимаемое положение в сообществе есть только один способ – порешить болтуна. И не важно, кто твой противник – мелкий безмозглый идиот, бугай, которому хребет сломать человеку – одно движение пальцем сделать, или провокатор от целой
Есть, конечно, и исключения: авторитет, уже давно всем всё доказавший и рулящий бригадой крепко сбитых ребят, сам марать кулаки или нож не пойдёт – ткнёт пальцем в своего приближенного громилу, и специально обученный подручный сделает всё максимально показательно и “красиво”. С морем крови и переломанными костями. Собственно, Купа, если разобраться, именно на такой должности и состоит при Сэмюэле Берге… точнее, состоял. Самодеятельность вассалу, если она не одобрена свыше, сын герцога ни за что с рук не спустит. Даже если он где-то и не против подобного исхода в глубине души… м-да. Кто-то меня “заказал”. Кто-то, кому я умудрился настолько оттоптать больную мозоль, что он не пожалел достаточно большой суммы – золота! – чтобы перевесить “преданность” наёмника, давно и плотно сидящего на непыльной и хлебной должности. М-мать.
Вот только не надо думать, что я согласился на поединок ради какого-то там “сохранения чести” или потому что дорожил мнением дворянчиков из герцогства Берг. Будущему магу, в перспективе Повелителю Жизни из Лида, разборки благородных до лампочки. Репутационные потери, которые рано или поздно станут в какой-то мере достоянием широкой общественности – это немного неприятно, конечно, но смерть от идиотского шампура с ручкой – неприятнее во много раз. Было ровно два соображения, что заставили меня бросить вызов: это манор Бертран, уже практически упавший мне в руки… и Карина. Стоило мне начать пререкаться, отреагировать как-то иначе, чем вызов на дуэль – и всё, в глазах всех свидетелей я немедленно превратился бы из успешного аристократа, талантливого, богатого и идущего к успеху в… ну, лучшем случае – удачливого торгаша. Которому, вот досада, от папы достался плащ и герб, но не досталось дворянской чести. И тень моего падения неминуемо ляжет пятном на вассалов.
Я-то, конечно, могу свалить отсюда в любой момент: сменю геральдическую накидку на синюю без герба – и спокойно буду передвигаться по территории королевств никем не узнанный и никому особо не нужный, пока не найду себе мага-наставника. Маша – просто последует за мной, и пофиг, кто там что бросил в спину: она всегда на моей стороне. Милана, уверен, поднапряжётся и сможет отмазаться в стиле “я слабая женщина, не разглядела что за человека чуть не полюбила”. А вот рыжей – деваться будет некуда. Да и не захочет она никуда “деваться”: если я всё брошу и уеду с территории Эдмонда, Кара за мной просто не последует. Она присягала баронету Бертрану, а не Арну из Миракии. И, разумеется, если я сбегу – сама полезет в драку. В драку, исход которой нетрудно спрогнозировать. Проклятье! Вроде “подруга детства” лично по большому счету мне никто, и знаю я её неделю с копейками, но… не брошу и не подставлю. Не смогу. Это значит, что мне без вопросов нужно победить – причем победить до боя, который в лоб мне не выиграть. Победить однозначно – права на ошибку и отступление у меня нет. Чёрт...
– Ты прав, у Сэма не хватит власти заставить вассала отказаться от дуэли, – после короткого напряжённого раздумья вынесла свой вердикт баронетта. – Нужно добиться решения герцога. Вот он может остановить любой поединок на своей земле. Утром я добьюсь аудиенции сразу во время завтрака, а ты ещё до рассвета седлай химеру – думаю, твоя ненаглядная Вспышка способна утащить и сэра Марию со всеми его железками. Если у меня не выйдет, тогда придётся рискнуть отправить на поединок твоего рыцаря. Я понимаю, ты не сомневаешься в победе…