Благими намерениями
Шрифт:
— А если бы я была с десятками или тысячами других мужчин, то разве это имело бы значение? Неужели ты все также хотел бы меня?
— Да, — честно ответил я. — Для меня это было бы не важно, потому что я буду твоим последним, — мне показалось, что сейчас ее глаза вылезут из орбит. — Все демоны относятся к подобному также. Мы судим не так, как люди. Даже если бы у тебя было больше мужчин, чем у меня женщин, то для меня это все равно не имело бы никакого значения. И кстати, я не был с тысячами и тысячами людей.
Я говорил правду, демоны
Я уважал ее решительность и непоколебимый подход к делу. Восхищался тем, как она продолжала двигаться вперед, потеряв все, что когда-либо знала, получив свое новое наследие и силы, а также совершенно новую жизнь и возможный смертный приговор, который должен был поставить ее на колени.
Несмотря на правдивость моих слов, я все еще был необычайно доволен тем, что она не знала другого мужчину. Я никогда не был с девственницей, предпочитая более опытных партнерш, но ведь в этом случае Ривер будет принадлежать только мне.
Девушка вздернула подбородок.
— Значит, не тысячи и тысячи, — пробормотала она. — Как необычно для тебя.
— Будешь осуждать меня?
Ривер так соблазнительно прикусила нижнюю губу, что в мой пах хлынула свежая кровь.
— Нет, — наконец, выдавила она. — Не буду. Может, ты лезешь ко мне в штаны только потому, что мой предок украл трон у твоего предка? Возможно, ты хочешь заняться сексом с дочерью Люцифера, потому что таким образом пытаешься наказать или досадить ему?
Мои губы разомкнулись, демонстрируя оскал, когда меня захлестнул неконтролируемый гнев. Быстро подойдя к ней, я ударил кулаками по стене рядом с ее головой, прежде чем Ривер успела пошевелиться. Она подпрыгнула, когда под моими руками осыпалась штукатурка.
— Никогда больше не говори ничего подобного! — прорычал я.
Ривер пристально посмотрела на меня, а затем прищурилась, но я не заметил в ее глазах страха. Когда девушка попыталась проскочить под моей рукой, я заключил ее в клетку, прижав к стене своим телом. Ривер отстранилась и снова припала к стене. В отличие от многих других людей, которые съежились бы передо мной, она вздернула подбородок и сжала губы.
Несмотря на ее вызывающий вид, я слышал, как колотится сердце в ее груди. Я знал, что подавляю ее, знал, что она боится своих чувств, но не мог заставить себя отстраниться.
— Ты оказалась здесь из-за своего наследия, согласен, но я желаю тебя не по этой причине. Я хочу тебя из-за твоей сути. Во мне нет злобы, во мне только смерть. Никогда не забывай об этом, Ривер. Я не плету интриги, не играю в игры и не использую секс как оружие. Кроме того, Люциферу наплевать, трахну ли я его дочь. Он заботится только о силе, которой ты обладаешь, или об ущербе, который
— Я не знаю, что делать! — воскликнула она в отчаянии. — И не уверена, что смогу удовлетворить твои потребности. А ведь их гораздо больше по сравнению с людьми, ты сам это говорил. Как мне с этим справиться? А когда ты вернешься к костру и другим женщинам…
Когда ее слова затихли, а в глазах вспыхнула боль, я убрал руку от стены и провел костяшками пальцев по шелковистой щеке Ривер.
— Все, что от тебя требуется, — оставаться самой собой. Мне нужно только это. Я возьму лишь то, что ты готова дать, но знай, что я буду хотеть всего. Для меня больше не существует других женщин, только ты.
— Ты не можешь говорить об этом так уверено.
— Я не был с другой женщиной с тех пор, как ты приехала в лагерь, — я не планировал признаваться в этом, но напряжение и несчастье, исходящие от Ривер, терзали меня. Я не мог защитить ее от всего, что ждало нас впереди, но я сделал бы все, что в моих силах, чтобы осчастливить Ривер сейчас. — У меня еще никогда не было такого длительного воздержания.
— А что будет после того, как ты получишь меня? Выкинешь, как и всех остальных людей и демонов, которых использовал?!
Я скрыл раздражение, вызванное ее словами. Мне пришлось напомнить себе, что люди смотрят на многое не так, как демоны.
— Нет. Ты совсем не похожа на других женщин, которых я когда-либо встречал. Как только я получу тебя, то захочу снова и снова.
Шагнув ближе, я вытащил из стены второй кулак. Штукатурка посыпалась на Ривер, застревая в ее влажных волосах, когда я положил руки на неповрежденный участок стены рядом с ее головой. Я смотрел на эти соблазнительные губы, распухшие от моих поцелуев. Наклонив голову, пока мои губы не коснулись ее уха, я вдохнул ее аромат. Тело Ривер напряглось, но она, казалось, проиграла битву с собой, когда повернула голову к моей щеке.
— Ты прекрасна, Ривер, мне безумно хочется посмотреть, как ты одеваешься. Позволь это.
Я схватил край ее полотенца, давая Ривер возможность отказаться, но девушка молчала, внимательно наблюдая, как я постепенно избавляюсь от ткани. Вид ее полной груди с дерзкими темными затвердевшими сосками, умоляющими о внимании, заставил меня застонать.
На ее животе дрогнули мускулы. Я не сумел сдержаться и пробежался рукой по изгибу ее округлых бедер, спускаясь к аппетитному черному треугольнику.
Ривер резко вдохнула, выгибаясь на встречу моему телу, когда я обхватил ладонью лобок и приласкал пальцами ее скользкое, влажное естество.
— С тех пор как начались эти сны, я не мог найти удовлетворение даже от собственной руки. А ты? — я провел губами по ее уху.
Она положила руки на мои плечи, впившись пальцами в мою плоть, когда ее бедра стали вторить моим движениям.
— Ты могла обрести освобождение? — спросил я, замерев. Она нетерпеливо заерзала бедрами, но я остался неподвижен. — Ответь, Ривер.