Блуждающий лифт, или Больные Связи
Шрифт:
– Пять абортов...- размазывая по лицу слезы, Маня вскочила. Истерика захлестнула ее окончательно.
– Молчать, сука! Убью!
– я так и не понял, кинулся он на нее, или просто снова потерял равновесие... Маня отпрянула в сторону, пьяный рухнул на диван. Она отскочила к окну, обеими руками за ножки схватила табуретку и со всей силы обрушила ее на голову пытавшегося подняться мужа. Тот рухнул вновь и более не шевелился. Маня выждала минуту, закурила, нервно высосала всю сигарету за минуту, прикурила следующую. Супруг не подавал признаков жизни, из здоровенной дыры в черепе, порбитой углом табурета, натекла лужа крови. Маня достала из шкафа старый плед, накрыла им труп. То, что муж ее покинул бренный мир, казалось бесспорным. Затем она пошла на кухню, а я против своей воли последовал за ней. На кухне она выпила, не закусывая, стакан водки. Затем ванная. Маня сбросила халат, встала под душ. Мне не доставляло никакого удовольствия разглядывание ее увядшего тела, но другого выбора, похоже, не было. Вымывшись, Маня, не одеваясь, вернулась в комнату. Открыла окно. Свежий ветер начал отвоевывать
– Да будет тьма.
– негромко произнесла Маня и выпрыгнула в окно...
...Медленно открывая глаза, я заново учился дышать, потом видеть, слышать, вставать, ходить, говорить.Я был в том самом учреждении, где и должен был быть..
– Вы просто выпали из лифта - кудахтала какая-то женщина почтенного возраста в то время, как два мужика держали меня под руки, а сам я медленно, но верно приходил в себя.- У вас сердце, да? Скажите, у вас ведь сердце?Я сейчас вам скорую вызову. Скорая приедет, увезёт вас в больничку, а уж там вас,конечно же, вылечат.- уговаривала меня эта престарелая квочка.
– Не надо скорую. Я уже снова жив,- еле ворочая языком, пробормотал я.через пять минут я смогу уйти отсюда без посторонней помощи.
Мужики тут же ушли, и мне пришлось поспешно прислониться к стене, чтобы снова не рухнуть. Только всё та же надоедливая баба упорно навязывала мне своё общество. Пришлось послать. Обиделась и ушла.Через пять минут я гордо вскинул голову,выпрямился, отряхнул одежду и вошёл в кабинет того Начальника,который должен был подписать нужную мне бумагу, для чего меня сюда,собственно, и послали.Он как-то странно посмотрел на меня,но ничего не сказал.Получив требуемое, я раскланялся и ушёл.
Сыро.Метёт снег.Плотно метёт.Под ногами мокро и скользко,ноги разъезжаются,очень трудно идти и держать равновесие одновременно.Навстречу попадаются разные люди,пьяные и трезвые,злые и весёлые,угрюмые и влюблённые.И у каждого- своя жизнь, свои дела и проблемы. И каждый идет по жизни, балансируя на узком лезвии бритвы или на кончике иглы, на горлышке бутылки или на орбите атома урана-235, - это уж что кому больше нравится. А вот в качестве опоры я выбрал несоразмерный со мною шарик авторучки, и с тех пор то ли он, кем-то коварно намагниченный, удерживает меня, то ли я пытаюсь на нём удержаться. Шарик, рабочая деталь моей авторучки.Земля, говорят, тоже шар. Здорово, правда? Этакий примитивный символизм. Ручка принадлежит мне, шарик, соответственно, тоже. А кому принадлежит мир? Легко ли быть его властелином? Наверное, очень, особенно, если не думать о радостях и горестях существ, этот мир населяющих. Мне легко повелевать героями моих книг, потому что кроме этих книг они существуют лишь в моих снах. А кому снимся мы?..
Итак, если пятую неделю идёт дождь, стройте из подручных средств лодку и плывите на ней выбивать свои кровные денежки из своего зарвавшегося начальника (министра,президента). Когда вы их получите,четыре пятых оставшихся проблем будут разрешены, ибо, к сожалению, деньги в этом мире имеют колоссальную власть. Остальные проблемы вы тоже сможете решить, если будете уповать только на себя и ни на кого более. И если, справившись со всем этим нелёгким грузом, вы сохраните семью и рассудок в полном порядке честь вам и хвала!
Я шёл, ноги мои разъезжались в разные стороны ежесекундно, думал эти мысли, и никак не мог забыть слова только что убитого в какой-то реальности человека. Боюсь, они надолго впечатались в мою память:
"Всё начинается тогда,когда женщины начинают рожать".
5. Дом Одиночества
Иногда я думаю - а прав ли я был?
А.Эинштейн.
А утром, как и ожидалось, встало солнце, и, на какие-нибудь полчаса осветив сонный Петербург, закуталось в тучи.Мне было не менее холодно,чем Солнцу, и, чтобы согреться, я ускорил шаг.У меня в запасе осталось ещё два дня, и я уже дал себе твёрдое обещание завтра съездить в Царское Село.А сегодня у меня ещё куча дел.Делать их, конечно же, не хочется, но надо же как-то оправдать расходы по командировке.Голова ещё гудит.Это я вчера, едва успев приехать,поселился в гостинице.Из номера позвонил Лене, она была явно чем-то расстроена,и разговора не сложилось, а сложилась ссора, причём нешуточная, естественно, из-за пустяка.Это ухудшило моё и без того не радужное настроение,и я спустился в бар с целью напиться. Выбор напитков был велик, и я весь вечер пил виски за стойкой, рассуждая с барменшей о смысле жизни. Так как я уговорил её пить вместе со мной, то никакого смысла в жизни мы не обнаружили, зато напились первостатейно. Меня доставили в номер вышибалы, а что стало с барменшей я просто не знаю.Я провёл ужасно пустую,кошмарную ночь без единого сновидения, я спал, как бревно, и наутро проснулся разбитый и невыспавшийся.Вспомнилось мне одно из самых первых похождений на территории Блуждающего Лифта, когда я ещё испытывал шок от его проделок.Это было пять лет назад.В Доме Дикого Распутства я вошёл в лифт, не подозревая, что он блуждающий.И началось.Мотало, крутило,выворачивало наизнанку.Я то терял сознание, то снова его находил, и продолжалось это бесконечно.
Несчастный Икар,сжигаемый больше собственной гордыней,нежели Солнцем,падал на землю.Отец его,искусник Дедал, видя это, молился Зевсу и уже клялся зарыть свои крылья в землю.В последние секунды своей жизни Икар думал,как же она всё-таки была прекрасна, эта жизнь.Чуда не произошло, и упав, он так разбился, что несчастный отец, которому всесильный бог отказал в такой ничтожной малости - всего-то навсего, спасти жизнь юного несмышлёныша,который только начинал жить,ведь для бога это пустяк,старик Дедал долго собирал по кровинке останки сына, чтобы на погребальном костре сгорело
Гамлет, Сенека, сэр Исаак Ньютон,Иоганн Себастьян Бах,маркиз де Сад, некий Эдди Гитлер и его сосед дядя Ося Джугашвили,затем Чарльз Спенсер Чаплин, Элвис Пресли, Карл Маркс, и, разумеется,Наполеон Бонапарт." Дурдом."- подумал я.Последняя табличка меня доконала.Она гласила:
"Кацман и Пейсахович,весёлые братья-разбойники".Согласитесь,условия для сдвига крыши более чем благодатные.Тем не менее, подумав минутку, я решительно позвонил в дверь разбойничьего логова.Стучаться к остальным обитателям двадцатого этажа мне,почему-то, не хотелось.Спустя минуту за дверью послышались шаркающие шаги и старческий дрожащий голос пробормотал что-то типа "сейчас, сейчас, погодь, уже иду".Заскрежетал замок.Он всё скрежетал и лязгал, но дверь не открывалась.Старческий голос смачно выругался.Наконец, дверь открылась и моему взору предстала замшелая старушка в половину моего роста.
– Ты каков будешь?- поинтересовалась она.
– Таков, каков есть.- вежливо ответил я.
– Еврей?
– подозрительно шмыгнула носом бабушка.
– Нет,половец,- нагло соврал я. От бабки премерзко воняло, и это весьма раздражало.
– Всё равно еврей,- равнодушно сказала бабка.- Моих жидов дома нет.- и она нарочито громко захлопнула дверь.Консьерж проснулся и дико вытаращился на меня.
– А ты ещё кто?!- заорал он.
– Изя Рабинович, зашёл вот к Кацману на рюмку водки, а его дома нет спорол я совершеннюйшую чушь.
– Ты, жидовская морда, марш вниз и боле ни шагу сюды! Шоб ты, собака, лучше меня понял, вот кнопка, а вот я её нажимаю, и давай .... отсюда через три минуты от тебя костей не останется!
Я не знал, блефует он, или же через три минуты действительно разразится катастрофа и все известные огненные ангелы приземлятся на двадцатом этаже этого странного строения.Метнувшись к ближайшему лифту, нажал кнопку вызова.Сразу же открылись двери.Кабина была на месте.Я ткнул кнопку наугад, двери закрылись и Блуждающий чёртов Лифт с ужасной скоростью доставил меня на балкон, где я и был выдворен из теперь спасительного лифта путём выкидывания. И тут же Лифт исчез.Взгляду моему открылся длинный коридор, вроде бы без дверей, и толпа юных головорезов, вооружённых дубьём,цепями и даже пистолетами.Кое у кого в руках блестели ножи.Перспектива у меня была не из весёлых.Чуть раньше я обратил внимание, что мой балкон находится на высоте примерно десятого этажа, так что вниз лучше не прыгать.Обречённо улыбнувшись, я вышел навстречу облаве.Не добегая метров десяти, они как-то слишком резко остановились.По традиции, вперёд вышел один из них и, криво улыбаясь,процедил: