Цифровой
Шрифт:
Глава 30
— Нет Солнце, вот что хочешь делай, а мне твоя новая внешка не нравится, — девушка прикрылась пледом, пряча тем самым прекрасные формы. — Иногда и поцеловаться хочется!
Мне осталось только грустно вздохнуть, а ещё бесило это погоняло Солнце. Я что светило? Есть же имя…
Погодите, а какое имя… или ник? Как меня зовут? Стикс вас забери!
Как я не тужил свой могучий мозг, то простое слово коим меня звали мама и папа, так и не всплыло.
Ну
Поднялся с кровати, девушка смотрела чуть обиженно, она вроде как чего-то хотела, а я значит не оправдал надежд. Поднялся, не скрывая тела, мне стыдится нечего, подошёл к зеркалу.
Клыки на серо-зелёной морде и мутный взгляд белесых буркал, словно паука с чужим скрестили, убили и зачем-то оживили. Зрелище так себе, права СимпоТяжка, целоваться не захочется.
— Налюбовался? — поинтересовалась девушка, как бы случайно оголив верхнюю часть бедра.
Лежа полубоком СимпоТяжка извернулась так, что за долю секунды показала мне всё и ничего, но естеству того хватило. Я прыгнул прямо с места, в кровать. Ни тут то было, она ловко выскользнула из моих лап и сверкнув шикарным задом устремилась к входной двери.
— Фиг тебе, пока внешку не сменишь, никаких вкусняшек! — показала язык и была такова.
Я взревел, готовый порвать всё и вся, матрац с подушкой разлетелись в мелкие клочья, из горла почти вырвался крик:
Я сменю, дай мне пару минут! Но вовремя заткнулся.
Я… Кнут… Артур… И хрен тебе, если не хочешь! Ура! Я вспомнил своё имя!
Совершенно неожиданно в лёгкие ворвался прохладный воздух с привкусом тины, произошло это настолько резко, что глаза открылись сами собой. Звёзды, миллионы ночных глаз смотрели в ответ, с холодным безразличием. На горизонте забрезжил рассвет.
Так я уснул?! Это ж здорово! Это круто!
Пришла запоздалая реакция на быстрое пробуждение, я чувствовал, как покалывает затёкшее тело, тоже происходило и с головой, приятная нега после глубокого сна. Отвлёк рыкнувший во сне Вискарь, пёс лежал на боку, а лапы двигались в беге. Похоже очередного зайца загоняет.
Мои спутники спали, но не все, из тени выпал стройный силуэт с узким мечом.
— Ты уснул! — сказала девушка без каких-либо претензий и сладко зевнув присела рядом.
— Понял, — я попытался хохотнуть, но получилось тихое урчание, синевласка заворочалась во сне.
— Знаешь, тебе бы штаны какие-нибудь справить не помешает, — заявила она, глядя на тёмную гладь воды. — Твой наболдажник, больно уж выпирает! Я-то ничего, а вот Арина… сознание может потерять.
Глянул вниз, заранее понимая, что она права. Возвращается человеческое тело со всеми причиндалами и утренними реакциями. Детям такое видеть нельзя и ведь сказала так, будто в зубах от безделья ковырялась.
— Давай иголку с нитками, знаю,
Кира тихонько хохотнула.
— Верёвка есть. Давай свои рюкзаки!
Спустя примерно час совместного труда на мне появились шорты из рюкзака и старой камуфляжной куртки, так себе изделие, но главную функцию, скрыть чресла от детей оно выполняло!
— Фух… наконец-то, таких больших шорт, я ещё не видела.
— А ширинку сделать… слабо?
— Да, но я могу дырку вырезать, — Кира откровенно посмеивалась.
— Забей, это я и сам… смогу.
— Вижу речь становится лучше, а сам ты уменьшаешься, не весь почему-то, — девушка бросила взгляд на шорты. — Белку съел?
— Типа того… не думай об этом… тут всё сложно… лучше скажи, куда вы идёте? Мне компания незачем… Аринка попалась не в счёт, я её у нормальных… людей планировал оставить, — на последних словах поставил ударение.
— С моралью тут не очень, — грустно заметила Кира. — Если уж главы стабов, уроды озабоченные, то остальных можно не учитывать, — голос стал подрагивать.
— Не все такие, — хотелось успокоить. — Я много, где бывал… всякое видел. Многие… какими были такими и остались.
— Откуда ты знаешь? — сильная женщина смогла удержать бабьи слёзы.
Я промолчал понимая, что отвечать необязательно. А Кира, справившись с приступом слабости стала отвечать на вопросы.
— Сама не знаю, куда мы и зачем? У крестника дар хороший, я доверяю!
— Вот и прекрасно… вам там будут рады… Люди они строгие, местами злые и циничные, но людьми так и остались!
— Какая длинная речь, — заметила Кира. — Добрый ты и почему ещё живой, непонятно? Я думала ты за секс будешь толкать… Удивил!
Тут я начал ржать и не как заражённый с урчанием. А прямо так — конём. Смех разлетелся над утренней дымкой озера, уносясь в его самые дальние края, будя не только подростков, но и наверно крепко спящую рыбу.
Следующий день, как я и предупреждал вышел долгим, тяжёлым и однообразным, мы весь день шли по берегу Кира слева, Вискарь справа, подростки позади. Арина дулась за утреннюю тренировку с клокстопером, я, разумеется, тоже участвовал. А Кенарь как истинный мужчина её поддерживал, морально, присутствием.
— Не слишком жёстко, с ребёнком? — тихонько спросила Кира. — Я всё понимаю… Но она же двухнеделька, да и мой балбес отвлекал.
Я задумался, вспоминая свои первые дни. Свежак, начавший свою карьеру едва ли не с высшей планки. Да, жестковато я с ней. Но, с другой стороны, лучше я научу, чем те же самые муры, о которых девчушка имеет самые посредственные представления. Оглянулся, у синевласки надутые губки, даже Кенарь глянул с осуждением.
— Подумаешь, тюкнул пару раз… умнее будет.