Девушка с острова Тарт
Шрифт:
— Достаточно торжественно для тебя, если я приму подарок здесь? — уточнил он. Бриенна была на каблуках, которые совсем немного увеличивали рост, но стеснялась так, словно он говорил ей все это в район пупка, держа за колено. Или это платье так на нее действовало.
— Да, спасибо, — наконец вымолвила она, пытаясь глядеть на него уверенно. Робея, она протянула сверток. Он был синим и перевязан тесьмой.
— Я должен открыть его сейчас? — уточнил он. Бри мотнула головой отрицательно.
— Нет, лучше ты… — она на мгновение зажмурилась и сжала губы в одну тонкую линию, а потом решительно распахнула глаза, ослепив его этим сапфировым пламенем. Потрясающе красивые глаза. — Открой,
Ее ресницы снова дрогнули, но он не дал ей снова запаниковать.
— Хорошо, — произнес он уверенно, убирая во внутренний карман пиджака ее подарок. — Теперь ты должна мне танец, Бриенна. Не бойся, я не кусаюсь.
Вальс обнял их, поддерживая со всех сторон, втянув со временем, как воронка водоворота. Поначалу девушка была немного деревянной, но потом он чуть сильнее сжал ее в своих руках, и она отдала ему инициативу. Дело пошло на лад. То и дело их взгляды пересекались, и Бри начала краснеть. Щеки ее пылали, глаза блестели, а рот был приоткрыт. Если бы он мог позволить себе протанцевать с ней пару танцев подряд, она бы уже не так робела. А потом как бы было здорово сбежать с собственного дня рождения, которое больше напоминало похороны, утащить ее за руку вверх по лестнице, влететь в пустую комнату и развернуть ее подарок. Выслушать все, что она скажет, смотреть, как она обегает взглядом стены комнаты. Отчего-то ему была важна ее реакция. Чувствовать ее дыхание. Держать за руку. Он мечтательно улыбнулся, и она, впервые за танец, очень робко дернула одним уголком губ.
Музыка тем временем кончилась. Он отпустил свою даму, надеясь, что ее не съедят заживо сразу. Пара танцев, и он был уверен, что найдет способ сбежать с этого пышного мероприятия.
И снова сестра в его руках, и они движутся как единое целое. Так легко, словно части одного безупречного механизма. Шаг-шаг-шаг, улыбка, наклон, волосы перед лицом, искрящиеся весельем глаза, белоснежные зубы, темные ресницы трепещут, как крылья бабочки, маня и опустошая. Словно танцую со своим отражением в зеркале. Раньше это его вполне устраивало, теперь же… Чего-то важного не доставало. Слишком гладко, слишком правильно и вместе с тем не так. Устал я с этим праздником, подумал Джейме. И все дело в этом. Нет никого во всем мире прекрасней девушки, с которой я танцую, и я еще на что-то жалуюсь? Толпа ее кавалеров не умещается в зал, толпясь на галереях и в саду. А она с тобой, здесь, и улыбается только тебе. Сейчас тебе, а потом… Нет, стоп, это в прошлом. Все будет иначе, ведь я рядом. Музыка кончалась, и он улыбался Серсее, а она — ему.
Что-то неспокойное пробивалось в его голову, как росток сквозь почву. Взяв бокал шампанского, он поискал глазами брата, но не обнаружил Тириона в пределах видимого пространства. Бриенна тоже как сквозь землю провалилась, понял он. Ее подарок не был тяжелым, но почему-то он не мог забыть, что он в кармане. Танцы тоже начали утомлять, вдруг осознал он. Что можно считать благовидным предлогом, чтобы избежать продолжения этого праздника жизни и роскоши в отдельно взятом львином логове?
Тем временем Лансель кружил Серсею. Их лица были слишком близко. Черт! Хорошо, что он поставил бокал за минуту до того. Этого не может быть! Джейме подошел к отцу, кипя гневом. Его взгляд вперился в родителя, а указующий перст в пару грешников на танцполе.
— Отец, но почему ты это позволяешь?
— Джейме, твой кузен Лансель танцует с твоей сестрой Серсеей, в чем проблема? — ответил Тайвин.
— Они целуются! — возопил Джейме. Он стерпел танец, но это было выше его понимания. Тайвин крепко взял его за руку, заставляя сесть и умолкнуть.
— Ей восемнадцать,
— Да это просто неприлично, мимо норм морали, публично целоваться всего в восемнадцать, — он говорил тихо, но яростно.
— Джейме, я правильно расслышал, — спросил подошедший Киван, — ты видишь какие-то проблемы в публичных поцелуях в восемнадцать? Напомнить тебе возраст Ромео и Джульетты или актуальный опыт южных народов?
— Дядя, я не гуманитарий, а Шекспира проходили черти-когда, и проблему я вижу в поцелуях в целом.
— Братьям, конечно, свойственно ревновать сестер, но не до такой же степени, ты не находишь? Серсея очень красива и она уже совершеннолетняя.
Дядя отпил из бокала и перевел на него взгляд, продолжая:
— Это жестоко. И они красивая пара.
— Мне тоже восемнадцать, но я не планирую таких вольностей для себя, — выпалил Джейме и немедленно пожалел об этом.
— Да? — произнес дядя Киван с лукавой усмешкой, заставившей его немедленно вспомнит, кто застал его над разрушенной койкой с Бри. — Ну, поживем — увидим.
— Любопытно — произнес отец, и у Джейме прошел холодок вдоль позвоночника. Он знает? Не может быть… О Серсее? О Бриенне? Отец страшный человек — он может знать все.
В панике он отошел от стола и оглянулся по сторонам. Бриенны нигде не было видно. Впрочем, в зале стояла такая духота, что ему и самому уже хотелось оказаться снаружи.
========== 3.12 Разговор с совестью / Джейме ==========
Он покинул зал через центральные двери, заметив отъезжающее такси. Странно, вечер был в разгаре, кому-то стало плохо?
— Тоже сбегаешь? — поинтересовался подошедший Тирион.
— Что значит «тоже»? — Джейме решил уточнить, все-таки было любопытно, кто так избегает их праздника.
— Ну… — протянул Тирион, и тут взгляд Джейме упал на одинокую женскую босоножку, лежащую на ступенях.
— Смотри, Тирион, чья-то Золушка потеряла туфельку, — улыбнулся Джейме, наклоняясь к обуви. Туфелька была изящной, но неожиданно большой. Он крутанул ее в руках, отмечая невысокий каблук, синий цвет. Мелькнула цифра 41 на подошве.
— Знаешь, брат, кто туфельку поднял, тому и Золушка, — глубокомысленно изрек Тирион, глядя исподлобья на него. Значит, он угадал, это была туфелька Бри, но от сравнения его покоробило. — Хотя, наблюдая ее побег, я не обратил внимания на волшебное превращение такси в тыкву. А вот само по себе бегство навело меня на мысль о том, что в тыкву, возможно, превратились кое-какие ее заблуждения… Вид у нее было, прямо скажем, обескураженный.
— Черт! — выругался Джейме. Для него сегодня был совершенно безумный, ужасный день, голова разрывалась от такого количества информации, поступающей туда одновременно. — Ты мог бы понятнее излагать, я сегодня плохо соображаю?
— Если ты не планируешь сегодня шокировать публику еще одним танцем с девушкой, не являющейся тебе сестрой, я предлагаю пойти и пообщаться в моей комнате…
— Пошли лучше в мою, мне срочно надо выпить, — Джейме рванул с шеи галстук, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. — И быстро.
— Алкоголь не сделает ситуацию понятнее, поверь… — начал Тирион увещевать, но Джейме отбросил его доводы взмахом руки
— А, отстань…. ***
Они добрались до комнаты быстро, Джейме налил бокал коньяка и опустошенно упал в кресло, сорвав, наконец, с шеи проклятую удавку. Тирион лежал на кровати, изучая брата. Луна серебрила верхушки леса, словно они были покрыты инеем. Ночь выглядела скорее февральской и крайне студеной.