Дом Дверей
Шрифт:
– Трогательно, – усмехнулся Тарнболл. После разговора с Андерсоном он чувствовал себя не в своей тарелке. – Дом Дверей напоминает фальшивый маяк, построенный мародерами. Мы, словно проклятые корабли, всякий раз идем на его свет и разбиваемся о прибрежные скалы.
– Скорее, мы напоминаем крыс в лабиринте, – встрял Варре. – Мы чуем запах пищи, находящейся в другом конце лабиринта. Но стоит нам добраться туда, экспериментаторы разворачивают лабиринт на сто восемьдесят градусов, и мы снова оказываемся в начале пути.
Терпение
– Итак, что вы предлагаете делать? – повернулся он к остальным. – Успокоиться? Не идти вперед, а успокоиться?
– Мы не можем успокоиться! – Андерсон сжал кулаки и потряс ими, неведомо кому угрожая. – Как мы можем успокоиться? Лечь и умереть, что ли? Но ведь в месте, где ты не нуждаешься в еде, ты и умереть не сможешь! Я не понимаю, как такое могло случиться… Более того, я начинаю сомневаться в том, что все это происходит с нами на самом деле!
– Будьте уверены, все происходит на самом деле, – ответил ему Джилл. – К тому же Клайборн мертв, разве вы забыли? И, возможно, Хагги. Вы хотите понять, как все это действует? Спрыгните вниз с этого балкона, узнаете.
При этих словах все поглядели вниз через паутину балок на листы проката, лежавшие далеко внизу. Андерсон отступил от края балкона.
– Это так… – вновь заговорил он. – Так…
– Так ублюдочно, – закончил за него фразу Тарнболл. – Словно кто-то хочет прикончить нас всех, но не хочет делать это сам. Словно ему что-то от нас нужно…
Все замолчали, обдумывая эту мысль. Молчание длилось, пока не заговорил Баннермен.
– Может, кто-нибудь соизволит помочь мне? Судя по словам Джилла, я с легкостью могу свернуть себе шею. Я и без этого достаточно изранен.
На мгновение мысли о несчастьях Баннермена отвлекли остальных от нерадостных мыслей. Более того, Сит благополучно отвел в сторону их внимание от опасной темы…
Они слезли на ближайшую «дорогу» – гигантскую полосу проката девяноста футов шириной и длиной… Бог его знает, какой она была длины. Она протянулась в обоих направлениях, насколько хватало взгляда.
Спускаться оказалось нетрудно. Если бы не Баннермен, то спуск показался бы увеселительной прогулкой. Повсюду было множество металлических лестниц, висящих кабелей, труб и пилонов. Казалось, что в земной коре этого мира… Хотя существовал ли такой мир? Может, он напоминал часть какого-то мира?.. Так вот, казалось, что в земной коре этого мира располагалась гигантская фабрика-робот, создававшая машины и машинные части. Потом эту фабрику сожгли, однако ее производственная линия безостановочно производила бессмысленные механизмы.
Пространство между огромными машинами, такими же огромными, как городские кварталы, заполняли мостики, по которым, видимо, двигались металлические пауки
Барни к тому времени оставил их. Когда люди стали спускаться, собака куда-то убежала, следуя своим более безопасным путем. Потом пес появился, снова яростно виляя обрубком хвоста и пытаясь привлечь внимание людей громким лаем.
– Он хочет, чтобы мы последовали за ним, – истолковала поведение пса Анжела.
– Конечно! – возмущенно фыркнул Варре. – Он ведь наш желанный спутник! К тому же собаки не слишком-то хорошие скалолазы. Он знает, что не может пойти с нами, поэтому хочет, чтобы мы шли с ним.
После этого Барни не было видно.
Вскоре почти прямо под лентой проката люди обнаружили работающий экран. Конечно, «работающий» на свой манер. Он показывал вихрь мутных цветов – словно тусклые краски смешивали в гигантском котле.
– Что это? – спросил Андерсон.
– Вы о чем? – повернулся к нему Джилл.
– Картина, экран, информация… Если там есть какая-то информация и это не просто статический «белый шум»? Кто ее передает? Мне кажется, тут нет людей…
– Естественно, тут никого нет, – уверенно согласился с ним Джилл.
– Тогда кому нужны все эти телевизионные экраны?
– Это лишь часть целого, – ответил Джилл. – Судя по тому, что я вижу, я могу сказать, что во всем, что нас окружает, нет никакого смысла. Это всего лишь мой величайший кошмар, воплотившийся в реальность, – миллионы безумных машин, заполняющих собой весь мир. Они – бессмысленные творения, именно это сводит меня с ума. Именно поэтому я стараюсь сдержаться, чтобы не начать сыпать проклятиями.
– Послушайте! – неожиданно предложила Анжела.
Они пролезли через переплетение частично разрушенных строительных лесов и остановились на металлической платформе в сорока или пятидесяти футах над дорогой. Когда все последовали предложению Анжелы, наступила нервозная тишина. Вскоре Андерсон нервно тряхнул головой и объявил:
– Я ничего не слышу.
– Попытайся почувствовать это, – предложил Джилл. – Это в металле, платформе. Используйте ваши ноги.
И вскоре в самом деле все почувствовали: приглушенный, отдаленный металлический гул – словно где-то далеко-далеко билось огромное металлическое сердце. А в следующий миг все услышали его Удары.