Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Через несколько часов, часть из которых я убил на чтение отцовского трактата, а часть – на ожидание Топпи, я встретился с последним на Ковент-Гарден, в кофейне «Пьяцца». Я убедил себя, что, проштудировав «Совершенного физиогномиста», научусь читать характер по лицам и смогу заглянуть в душу любого человека – мужчины или женщины, дабы затем перенести ее на полотно. Достойные Особы готовы, разумеется, дорого платить за портреты своих душ? Более того, эти знания пригодятся мне еще тысячу раз в Лондоне, где на каждом шагу сталкиваешься с вероломством и предательством со стороны как мужчин, так и женщин.

Просматривая газету, я наткнулся на примечательный рассказ о коварстве последних. Позднее я завел себе привычку просиживать здесь добрую часть утра, попивать кофе и сетовать вместе с Топпи на пороки человечества. В тот день речь зашла – если моя газетка заслуживала доверия – о пороках женщин:

я прочитал, что парламентом был утвержден акт, призванный защитить интересы и репутацию Джентльменов, коих представительницы прекрасного пола обманным путем побудили к супружеству. «Любая Женщина, независимо от Возраста, Положения в Обществе и Рода Занятий, – гласил закон, – если она обманным Путем побудила кого-либо из Подданных Его Величества заключить с нею Брак, какие бы Способы при этом ни использовались: Духи, Румяна, косметические Примочки, искусственные Зубы, фальшивые Волосы, Кринолины, Туфли на высоких Каблуках, накладные Бедра, должна быть наказана по Закону за Колдовство, Брак же объявляется недействительным».

Прочитанное рассмешило меня до слез.

– Каким же нужно быть болваном, – сказал я Топпи, показывая ему заметку, – чтобы жениться на красивой внешней оболочке!

Но Топпи не поспешил возвысить свой голос против подобной неосмотрительности, поскольку, как он уверил, именно так поступает большинство джентльменов, а равно и леди.

– Подумай, Джордж, – сказал он, – какой малостью определяется наше суждение о богатстве и характере человека: двумя-тремя предметами одежды, лентами, нашивками. – Он, как шпагоглотатель, откинул голову назад, словно обращая речь к потолочным балкам, – обычная его поза, когда он разглагольствовал. – Каждый из нас своим внешним существом обязан портному. В этом городе ты встретишь множество людей, не имеющих иного существования, кроме определенного их портным. Сними с них нарядное платье, и получишь совершенно незнакомую особь, похожую на себя одетого не больше, чем на короля Пруссии. Портной – тот же торговец маскарадными костюмами, его изделия точно так же скрывают наше истинное лицо. В чем же разница, хотел бы я знать?

Случайно мы как раз и побывали незадолго до этого у торговца маскарадными нарядами, на складе одежды мистера Джонсона на Тависток-стрит, за углом, куда мы направились из нового дома Топпи на Гроувенор-Сквер. Я явился к Топпи затем, чтобы рассказать о своих новых знакомых и спросить совета, как себя с ними вести. По моему убеждению, Топпи, сам принадлежавший к Достойным Особам, должен был в этом разбираться.

Однако мои надежды пока не осуществились, поскольку обратиться за советом у меня не было возможности. Два часа назад меня приветствовал у дверей Уилрайт, старый служака, взятый недавно из Челсийского инвалидного дома. Топпи нарядил его в пышную форму швейцарской гвардии и поставил у парадного входа выкликать часы и охранять от грабителей хозяйское добро. А оно водилось в изобилии и многообразии, потому что Топпи вознамерился сделать свой дом одним из самых утонченных в Лондоне, чего бы это ни стоило. В первые же дни по прибытии он арендовал дом и накупил имущества на четыре тысячи фунтов, а затем с большой энергией и разборчивостью взялся его ремонтировать и украшать, причем ни конца, ни каких-либо результатов пока не наблюдалось. Едва ли не каждый день две изможденные серые в яблоках кобылы от лавки Гамли и Мура подвозили к дому повозку с новой мебелью, и каждый день немного продвигалась работа итальянских мастеров – резьба в стиле рококо и золотая лепнина над каминами и дверями. Мастеров этих несколько раз увольняли и отсылали в Италию, а потом призывали обратно, так что они не имели надежного куска. Как следствие, ремонт в комнатах и коридорах тянулся неделями, но бывали периоды, когда работа кипела вовсю, и приходилось держать ухо востро, чтобы увернуться от деревяшек, летевших из окон четвертого этажа, или не угодить под неожиданный дождь штукатурки с потолка.

Но в то утро стояла тишина, и голубые драпировки – тяжелые, в складках и кисточках – были плотно задернуты. Я пустил в дело латунный дверной молоток, на повторный удар которого явился лакей Томас. От него я узнал, что Топпи «нездоровится», в колокольчик он пока не звонил и за порог спальни не ступал. Я был приглашен ждать его пробуждения в Зеленой бархатной гостиной.

Название «Зеленая бархатная» относилось, вероятно, к прежнему воплощению этой комнаты, поскольку ныне ни на стенах, ни на полу, ни на ворсовом ковре не наблюдалось ни малейшего кусочка бархата, а равно и зелени. Первоначально в ней хранили новую мебель, пока не будет решено, куда ее поставить, или, наоборот, старую, убранную с прежних мест. Двадцать пять минут я просидел в окружении кресел

и кабинетов, терпеливо ожидая, совместно с ними, милости Топпи.

После того как Уилрайт громогласно возвестил о наступлении девяти часов, явился Томас с кружкой черного чая. Это был веселый молодой парень, весьма недурной наружности, но со следами оспы, которые он пытался скрыть за парой бакенбард. Но это были пустые надежды, так как волосы на рябой коже росли неровно, пучками, как корешки на репке.

Устроившись на нагроможденной мебели, Томас вскользь коснулся погоды, а затем вдруг признался, что состоит в любовной связи с одной из судомоек. С хитрой миной он поведал, что частенько они двое, пока хозяин спит, прокрадываются в винный погреб и под перезвон бутылок с кларетом празднуют свой недавно заключенный альянс. Эта фривольная болтовня (как на нее отзываться, я не знал) не могла заглушить звуки, ясно свидетельствовавшие о том, что наверху разыгрывается подобная же сценка: стремительные, можно сказать, игривые скачки, раскаты хохота, сладостные звуки лютни, которые слышались время от времени на лишенной перил, осыпанной строительной пылью лестнице.

Уилрайт возгласил четверть десятого, я покончил с чаем и поднялся на ноги. Лютня звучала теперь настойчивей и громче, утешая «приболевшего» Топпи приятным исполнением мелодии «О моя госпожа». Нахмурив брови, я заметил про себя, что, поистине, в доме Полликсфена на Куинз-Сквер меня встречали более любезно. Когда я выходил через парадную дверь, на пол свалился, едва не угодив мне в голову, кусок штукатурки.

Однако на пути к Брук-стрит меня остановил оклик Топпи, чья не прикрытая париком голова высунулась из окна на верхнем этаже. Поэтому, пока Уилрайт не оповестил о наступлении часа пополудни, мне вновь пришлось томиться в Зеленой бархатной гостиной, ожидая, пока Топпи оденется, а вернее, пока его оденет Томас. Затем в наемном экипаже мы проследовали на Тависток-стрит, чтобы обзавестись костюмами для маскарада, намечавшегося через две недели в Воксхолл-Гарденз.

Портняжная лавка занимала высокое и узкое здание, повторявшее пропорции собственника, который тоже был высок и узковат; из его кружевных манжет торчал изрядный кусок запястья, а чулки кончались на несколько дюймов ниже, чем начинался край штанов. Его лицо почти целиком было занято носовым хрящом, и новые клиенты (из тех, конечно же, кто был слаб зрением) частенько принимали его за одну из висевших на крючках масок, а именно маску Панча. Наши шаги разбудили хозяина, который дремал за прилавком, и он поспешно вскочил, выдернул из кармана парик и нахлобучил его на лысую макушку в венчике седых волос. Он предложил нам заглянуть в каталоги, которые Похвалялись «Обширнейшим Ассортиментом Театральных и других Маскарадных Костюмов», а потом – в его замечательный инвентарь, недавно пополнившийся костюмами с прошлогоднего венецианского карнавала.

Скоро глаза у меня разбежались при виде самых фантастических нарядов, висевших на крючках вдоль стен. Разношерстная компания мельников, косарей, молочниц, пастушков и прочих деревенских персонажей составляла лишь малую часть изобилия, включавшего в себя трубочистов, пиратов, ведьм, тюремщиков, ночных сторожей, пилигримов, призраков, Фальстафов, комичных чертей, оборчатых пьеро, многоцветных арлекинов, квакеров в черных шляпах, индейцев, из племени могавков в медвежьих шкурах, турок в бриллиантах и тюрбанах с перьями, гусаров с аксельбантами и меховыми оторочками и еще сотню невероятных нарядов; не были забыты и венецианские домино всех размеров и цветов: шелковые капюшоны, кружевные накидки и просторные, в складках, плащи. А над костюмами, не уступая им числом, тянулись ряд за рядом бархатные и атласные маски, взирая на нас прорезями вместо глаз.

Под этими взглядами мне сделалось жутко, и я быстро остановил свой выбор на одном из домино – черном, но, когда я на него указал, мистер Джонсон поднял свою смоляную, напоминающую перо бровь и провел длинным пальцем вдоль не менее протяженного носа.

– Ага, – многозначительно кивнул он, – и кто же эта дама? – Обнаружив на моем лице не больше понимания, чем на масках у нас над головами, он продолжил: – Признайтесь, юный сэр, у вас на уме некая проказа… интрига? – Я поторопился его разуверить, но безуспешно. – Знайте, юный сэр, домино, кого бы оно ни облачало, мужчину или женщину (а разницу иногда чертовски непросто обнаружить), служит прикрытием кучи секретов, хитро охраняемых от остальных гостей. – Он таинственно хмыкнул в свой длинный нос – Кто скрывался под маской Панча или Пьеро, все мы узнаем еще до окончания вечера, но даже я не назову с уверенностью носителя черного домино – джентльмена, леди, а может, сводню или блудницу, – таинственного имярека, крадущегося по темным аллеям Воксхолла.

Поделиться:
Популярные книги

Утопающий во лжи 4

Жуковский Лев
4. Утопающий во лжи
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Утопающий во лжи 4

Темный Лекарь 3

Токсик Саша
3. Темный Лекарь
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Темный Лекарь 3

Барон ненавидит правила

Ренгач Евгений
8. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Барон ненавидит правила

Самый богатый человек в Вавилоне

Клейсон Джордж
Документальная литература:
публицистика
9.29
рейтинг книги
Самый богатый человек в Вавилоне

Огненный наследник

Тарс Элиан
10. Десять Принцев Российской Империи
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Огненный наследник

Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Герр Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.17
рейтинг книги
Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Секретарша генерального

Зайцева Мария
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
короткие любовные романы
8.46
рейтинг книги
Секретарша генерального

Часовое имя

Щерба Наталья Васильевна
4. Часодеи
Детские:
детская фантастика
9.56
рейтинг книги
Часовое имя

Генерал Империи

Ланцов Михаил Алексеевич
4. Безумный Макс
Фантастика:
альтернативная история
5.62
рейтинг книги
Генерал Империи

Седьмая жена короля

Шёпот Светлана
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Седьмая жена короля

Не лечи мне мозги, МАГ!

Ордина Ирина
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Не лечи мне мозги, МАГ!

Голодные игры

Коллинз Сьюзен
1. Голодные игры
Фантастика:
социально-философская фантастика
боевая фантастика
9.48
рейтинг книги
Голодные игры

Идеальный мир для Лекаря 14

Сапфир Олег
14. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 14

Доктор 4

Афанасьев Семён
4. Доктор
Фантастика:
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Доктор 4