Дружба творит чудеса. Четыре дракона
Шрифт:
— Четыре дракона, — начала Хай Лин, — решили помочь голодающим людям. Красному дракону пришла в голову замечательная идея.
Пока Хай Лин описывала сцену из пьесы, образы в воображении Вилл начали меняться. Она больше не представляла себе актовый зал Шеффилдской школы, декорации и Ленни Калински в самодельном костюме дерева.
Чародейка вдруг оказалась в кристально-прозрачном небе! Она парила рядом с четырьмя волшебными драконами. Их переливающаяся чешуя была великолепна — красная, желтая, черная и белая. Их морды, несмотря на острые рога, раздувающиеся ноздри и маленькие
Хай Лин продолжала свою историю:
— «Море! — крикнул красный дракон своим товарищам, скользившим рядом с ним в небесах. — Там полно воды! Значит, мы сможем помочь людям! Надо набрать в рот побольше воды, а затем распылить ее над полями. Тогда она превратится в долгожданный дождь и оросит всходы!» Драконы так и поступили, — говорила Хай Лин. — Они лета-
ли за водой сотни и сотни раз. Люди отказывались верить своим глазам!
Вилл представила себе бедную крестьянку с впалыми щеками и почти пустой миской каши. Она сидела во дворе, привалившись спиной к камню, и не находила в себе сил, чтобы встать и вернуться в дом. Она зачерпывала кашу понемногу, самым краешком ложки, и медленно отправляла ее в рот, чтобы растянуть удовольствие.
Кап.
Неизвестно откуда взявшаяся капелька воды упала прямо в скудный завтрак тощей женщины.
Та посмотрела в миску с изумлением и недоумением.
Кап!
Еще одна дождевая капелька! Она упала на бледную щеку крестьянки.
Кап-кап-кап… Вууущшш!
Отдельные капельки слились в настоящий ливень! Растрескавшаяся земля жадно впитывала влагу. Люди повыскакивали из домов и глядели в небо растерянно, удивленно и радостно!
«Дождь! Дождь!»— кричали они, разевая рты и ловя языком капли. Вода приклеивала ко лбам пыльные волосы, пропитывала грязную одежду.
— Они были спасены! — воскликнула Хай Лин, раскрасневшаяся от волнения. — Давно люди не испытывали такого счастья! Но император не одобрил действий драконов. Он впал в страшный гнев!
«Схватить их! — приказал он своим слугам. — Привести их сюда! Немедленно!»
— Драконов доставили во дворец в цепях, — рассказывала Хай Лин, снова помрачнев. — Император придумал для них жестокое наказание…
— Что, заставил слушать историю о четырех драконах? — с притворным зевком поинтересовалась Ирма. Но тут же подмигнула Хай Лин и кивком велела ей продолжать. Конечно же, Ирма шутила. Ей, как и остальным чародейкам, очень хотелось узнать, чем же закончится легенда.
— Требовались усилия сотен человек, чтобы удерживать каждого из драконов на земле, — произнесла Хай Лин.
Вилл снова представила себе картину: огромный дворец на вершине скалы, выходящий окнами на море. Вокруг рассредоточена многочисленная охрана. Обнесенный стенами двор настолько велик, что в нем помещаются четыре могучих дракона с оковами на шеях и лапах.
Хай Лин вела повествование дальше:
— «Вы посмели ослушаться меня, — взревел император на драконов, — и понесете за это наказание! Я приказываю духу гор, который подчиняется мне, запереть этих четырех драконов внутри четырех гор так, чтобы они никогда не смогли выбраться!»
Красный дракон осмелился
Император был неумолим. Он не слушал оправданий драконов.
В голове у Вилл возник новый образ: плоская равнина, лежащая позади обширного дворца. Глядя на бескрайние луга, маг в черном одеянии простер руки к небу. Он пробормотал заклинания и призвал горного духа, который создал четыре величественных и прекрасных тюрьмы — четыре горы!
Каждый дракон был заключен в одной из гор, как сияющее Сердце Кондракара было заключено в теле Вилл. Но, в отличие от талисмана Вилл, который часто появлялся у чародейки на ладони, чтобы объединить и привести в действие силы Стражниц, драконы навсегда остались взаперти без шанса вырваться или быть освобожденными.
«Твоя воля исполнена, повелитель!» — сказал утомленный тяжелой работой маг своему жестокому хозяину.
«Так будет с каждым, кто посмеет меня ослушаться! — прорычал император, обращаясь к четырем горам. — Теперь драконы не смогут больше мне помешать!»
Это была всего лишь сказка, но от несправедливости императорского наказания в душе у Вилл вскипел гнев. И, когда история Хай Лин сделала неожиданный и вселяющий надежду поворот, Вилл взволнованно затаила дыхание.
— Вдруг вспыхнул яркий свет, — рассказывала Хай Лин, — и перед императором прямо из воздуха возникла женщина необыкновенной красоты.
Ее длинные иссиня-черные волосы были уложены в роскошную прическу. Кожа ее была бледной и прозрачной, словно фарфор. Ее проницательные черные глаза светились умом. Одеяние загадочной гостьи было выполнено из пурпурного шелка и изящно развевалось на волшебном ветру. В общем, выглядела она классно!
Вилл не сдержала смешка:
— Что, правда? В старинной сказке так и говорилось: «классно выглядела»?
— Эй, нельзя прерывать рассказчика! — с улыбкой укорила ее Хай Лин. — Ты разве не хочешь узнать, кто была эта женщина? Это была нимфа Синь Янь, отважная и справедливая. Она не захотела мириться с жестоким решением императора.
— Синь Янь? — переспросила Вилл, перекатывая на языке приятные успокаивающиеся звуки имени.
— Это означает «Хрустальное Сердце», Вилл, — объяснила Хай Лин, со значением взглянув на подругу.
Вилл нахмурилась. Вся эта история про драконов казалась до боли знакомой.
— Слова нимфы прозвучали сурово и веско, — Хай Лин теперь не рассказывала, а зачитывала отрывок из сценария. — «Твоя жестокость, — заявила нимфа императору, — может сравниться лишь с твоей надменностью!»
«А твоя красота, — дерзко ответил император, — как всегда, несравненна!»
«Посмотри на эти величественные горы, — сказала Синь Янь, указывая на только что сотворенные вершины, заслонявшие горизонт. — Смотри внимательнее, потому что больше ты их не увидишь».
— Отменить приговор императора нимфа не могла, — пояснила подругам Хай Лин. — Но ей хотелось, чтобы память о подвиге и жертве храбрых драконов осталась в веках. Она взмахнула руками, высвобождая магические потоки. От нее во все стороны полились лучи розового, зеленого, оранжевого, серебристого и голубого волшебного света.