Душелов
Шрифт:
А ведь все так неплохо начиналось…
– Дар, а как быть с петом? – Я с тревогой глянул вниз – черепут продолжал торопливо поглощать траву, словно собрался набить вместительное пузо на несколько жизней впрок. На нем, кстати, тоже висела аура «Благословения». – Ты можешь отправить его подальше отсюда, пока не поздно? Нам ведь нужно его сохранить!
– Тогда мы и минуту не продержимся, – Дар дернул головой. – Не переживай, ты просто его способностей еще не видел, он сумеет о себе позаботиться. Дуй к лестнице – не дай прислужникам сюда прорваться, первым делом они постараются вывести из строя кристаллы!
– А что в них такого особе…
Ответа не потребовалось – защита Источника сработала, когда псы преодолели половину пути.
Клыканы сильно опередили своих вожаков – пятерка закованных в доспехи воинов не торопилась в свалку, следуя позади прислужников размеренным шагом. Оно и понятно – в такой куче железа не побегаешь. Мини-босс, пройдя два десятка метров, и вовсе остановился, вскинув свой устрашающий меч в высоко поднятых руках и обратив к небу темное лицо, словно в молитвенном экстазе. Определенно готовил какой-то гадский сюрприз!
Я подбежал к верхней ступеньке лестницы, готовясь перекрыть путь атакующим.
– Дар! Можешь что-нибудь сделать? Прервать бы этот ритуал!
– Я его не достану отсюда! – Навершие посоха мага мигнуло, и что-то ядовито-зеленое унеслось в сторону стаи. Попавший под удар клыкан дернулся и взвизгнул от боли, но не потерял желания сражаться и лишь немного отстал от остальных. – Да и нечем! Я всего лишь седьмой, ничего приличного из заклинаний еще нет!
Что уж тут говорить о моем третьем…
Тут, видимо, ментор дал мысленную команду черепуту – наш броненосец, выдернув последний пучок травы, на всех парах унесся за колодец, где и пропал из виду. Что Дар задумал? Решил все-таки поберечь животинку? Я повращал кистью с мечом, разминаясь перед схваткой. Высунувшись из-за моего плеча, Дар ткнул куда-то вниз навершием посоха. Машинально отследил групповой лог, потратив долю секунды, – «Животворящий капкан»: заклинание в течение пяти секунд било по небольшой площади, нанося урон каждому, кто попадал в зону поражения. А говорил, что ничего приличного нет! Получается, флоромант – это боевой хилер, а не сбоку припека.
Первый же клыкан, сунувшийся к лестнице, завизжал так, словно его резали на куски – из земли у подножия выметнулись побеги ядовитой лозы, опутав тварь с головы до лап и мгновенно парализовав. Еще трое собратьев попытались отскочить, но высасывающие жизнь отростки достали и их, пригвоздив к земле еще три тела. Общую атаку это не остановило – еще один клыкан, высоко подпрыгнув, перескочил опасную зону и приземлился на лестнице прямо передо мной. Полная жутких клыков пасть ощерилась с низким горловым рыком, горящие злобой красные глаза уставились на меня. Странная мысль мелькнула в сознании в этот момент, когда клыкан несся по лестнице: Господи, что я тут делаю? Не конкретно на этой лестнице, а вообще ЗДЕСЬ… А потом думать стало некогда. Меч врубился в голову твари огненной вспышкой, с неожиданной легкостью развалив череп на куски. Дымящиеся ошметки мозгов и брызги вскипевшей крови обдали стену колодца. Потянуло горелой плотью и шерстью. Рухнув на ступеньки, тело соскользнуло вниз, оставляя за собой расширяющуюся кровавую полосу…
Вакантное место пустует долю секунды – на лестницу запрыгивает следующий прислужник, чтобы тут же напороться на быстрый
По телам погибших уже прется следующий клыкан, роняя пену с ощеренной пасти. Этот оказывается шустрее и успевает припасть на передние лапы – лезвие уника, вжикнув у него над головой, сбривает остроконечные уши и взрезается в стену колодца. Брызгает каменное крошево. Прислужник рывком преодолевает последние ступеньки… и, воя, катится вниз, оплетенный невесть откуда взявшимися зелеными змеями растущих прямо на глазах растительных побегов. Все стаи прислужников вторят ему полным ярости многоголосым хором, взбешенные очередной неудачей.
– Дар! – стараюсь перекричать вой. – Забыл спросить, опыт при смерти срезается?
– Что? А, нет! – кричит в ответ ментор. Он стоит в двух шагах за спиной, стараясь не мешать мне. Его одиночные заклинания, с шелестом проносясь над правым плечом, с короткими интервалами бьют в бешеный круговорот черных лоснящихся тел. То одну, то другую фигуру опутывают темно-зеленые побеги «Хищного плюща», впиваясь шипами в плоть, пробивая нутро, заставляя тварей бесноваться от боли, отшвыривать соседей. В таком месиве не разглядеть, какой урон им наносит «тикающее» заклинание, и остается лишь пожалеть, что его мощи не хватает, чтобы убивать сразу. – Но память может пострадать! Возможно, этого сражения мы не вспомним, если оно закончится не в нашу пользу!
– И к лучшему! В воспоминаниях о собственной смерти не вижу ничего приятного!
Некогда смотреть, насколько близко вожаки, изо всех сил отбиваюсь от собак всеми доступными способами. Из-за узости лестницы клыканы не имеют возможности кинуться все скопом, но так как каждый старается добраться первым, то все вместе толкают и отпихивают друг друга. Что и позволяет разбираться с ними по одному. Долго ли продолжится такая пруха?
– Дар, а если успеем забрать два десятка прислужников с собой… Сойдет как утешительный приз, когда окажемся в Репликаторе?
Это я вспоминаю о дополнительном условии задания «Страж Источника» – набить двадцать тушек. Интересно, будет ли оно засчитано при провале основного?
– А, ты об этом! Не проверял, но может сработать! – Не вижу, но чувствую, как ментор азартно скалится за спиной во все тридцать два зуба. – Нравится мне твой настрой, брат Зуб!
Удар сапога с отчетливым хрустом ломает челюсти следующему кандидату в мертвяки, косой взмах меча – тварь улетает вниз, а к ушам на ступеньках присоединяется дергающаяся когтистая лапа, отсеченная по корпус. Через пару секунд отсеченных лап становится больше, а ступеньки полностью окрашиваются красным, кровь льется ручьями. Адреналин в венах кипит, тело само жаждет продолжения банкета.
На лестнице появляется сразу парочка прислужников, каким-то чудом они умудряются не скинуть друг друга. Взвившись в воздух, тварь летит в лицо, раскрыв оскаленную слюнявую пасть. Отклоняюсь в сторону и навершием рукояти бью под челюсть, разрядив накопленные очки атаки. Удар страшен. Слышится отвратительный хруст костей и шейных позвонков, и со свернутой набок башкой клыкан влипает в стену, кувыркаясь вниз и сбивая с лап спешащего следом… Но второй до меня добирается, проскользнув прямо под первым. Сверкают зубы, и боль пронзает бедро до кости. Ору благим матом. Мощный рывок едва не заставляет рухнуть со ступенек прямо в беснующуюся внизу массу. Едва успеваю ухватиться за зубец крепости обеими руками, но меч со звоном падает на камень, опасно скользит по гранитной плите, еще немного – и нырнет за край… Пытаюсь на него наступить, но повисшая на мне тварь не желает отпускать, а весит она не меньше меня самого, и тяжесть живой «гири» вот-вот сбросит в объятия своры, жаждущей разорвать на клочки.