Единственная на всю планету 2
Шрифт:
– Примерно через месяц, – ответил Нор. – Но следующее занятие уже, наверное, будет вести Александра.
Выполнили разминку, после чего Ольга разбила всех на пары. Каждая пара успела провести поочередно по две схватки. Татьяне напарника не досталось, поэтому к ней в пару стала Ольга. Все остальные наблюдали за боем, а потом слушали разбор ошибок.
– Молодцы, – в заключении сказала Ольга. – Вы уже неплохие бойцы, а если учесть то, что мы с вами так немного тренировались, то результаты вообще замечательные! На этом закончим. Таня, мы тебя
– Хочешь навести справедливость? – мысленно спросил Нор Ольгу из мужской раздевалки.
– В первую очередь хочу помочь пострадавшему товарищу, – отозвалась она. – А Тарасов... Нужно убедиться в том, что это его рук дело, а потом эти руки оторвать, можно вместе с головой. Ну насчет головы я немного погорячилась, но даром ему такое не пройдет. Еще раз убеждаюсь в том, что наезды прощать нельзя. Отец у нас, как Лев Николаевич – готов всех прощать. И мне тогда вставил клизму. Кое за что заслуженно, я не спорю, но и лишнего много наговорил. Ты уже переоделся?
– Я с Татьяной уже взял одежду в гардеробе, – в дополнение к словам мысль Нора донесла смешок. – Это ты у нас копаешься. Смотри, я сейчас, пользуясь случаем, начну увиваться за Танькой. Она из голенастого кузнечика превратилась в красивую бабочку. Уже есть на что посмотреть и за что подержаться.
– Болтун! – ответила Ольга. – Возьмите мою одежду и обувь, я сейчас подойду. – Где Сергей с Верой?
– Ждут нас на улице.
Ольга прошла в вестибюль, быстро сменила обувь и надела куртку, после чего они втроем вышли из Дворца. Помимо Шилова и Нестеровой их еще ждали Федорова с Ольховской.
– Это что за группа поддержки? – спросила Ольга. – Значит, так, девочки! Сейчас мы втроем идем к родителям Бориса, и в этом походе нам спутники не нужны. Потом мы вдвоем будем разбираться с Тарасовым, и уж тут нам, поверьте, никто из вас и подавно не нужен. Я сказала, что должна задержаться в городе, а для одних вас, ребята, машину давать отказались. Поэтому действуем так. Сейчас идем вместе по направлению к дому Пановых и вас всех оставляем в ближайшем кафе. Поскольку это незапланированное мероприятие, денег почти наверняка ни у кого нет. Поэтому я ваши посиделки финансирую. Тысячи хватит? Вот и хорошо. Сидите до нашего возвращения и не вздумайте звонить нам по телефону. Когда вернемся, уедем на такси. Всем все ясно?
Пановы жили в центре совсем рядом с Дворцом спорта, так что много времени на хождение не потратили.
– Этот подъезд! – показала рукой Таня. – Квартира у них тридцать первая.
– Все, Сусанин, довела и можешь быть свободной, – сказал ей Нор. – И не нужно на нас так жалостно смотреть. Я тебе потом звякну, чем все закончится. Понятно, что только при условии, что ты проглотишь свой язык.
– Вы на меня можете рассчитывать всегда и во всем! – сказала она. – Вы всю мою жизнь перевернули! Кем я была, и кем стала! Стародубцевы всегда умели быть благодарными, это у нас семейное!
– Я запомню, – улыбнулась Ольга. – До свидания.
– Подождите, –
Они зашли в распахнутую Татьяной дверь, поднялись на третий этаж, и остановились перед массивной стальной дверью квартиры Пановых.
– Одна женщина, – сканировал квартиру Нор. – Это хорошо. Я звоню?
Видимо, хозяйка ожидала Стародубцеву и, когда зазвонил звонок, открыла дверь, даже не посмотрев в глазок.
– Вы кто? – удивленно и немного испуганно спросила она, в первый момент не узнав Ольгу. – Это вы? И у вас хватило наглости прийти к нам после всего?
– Мы пришли помочь, – сказала Ольга, посылая женщине установку на доброжелательность. – Клавдия Петровна, вы нас впустите? Или так и будем разговаривать на пороге?
– Проходите, – неохотно сказала она, немного посторонившись и пропуская их в прихожую. – Раздевайтесь и снимайте обувь.
Если бы не магия Ольги, она захлопнула бы дверь перед их носом. Панова провела их в гостиную и осталась стоять, не предложив присесть и Нору с Ольгой.
– Почему вы так враждебно настроены и считаете меня виновной в несчастье с вашим сыном? – спросила Ольга. – Даже если это все устроено Тарасовым, я и в этом случае не виновата. И я хочу только помочь!
– Чем вы можете помочь? – заплакала Клавдия Петровна. – У Бореньки внутри все отбили! Если он выживет, для него это уже будет не жизнь!
– Вы никогда не задавались вопросом, почему ваш сын так изменился? – спросила Ольга. – Он пришел на секцию полным, ленивым и не слишком умным мальчишкой. И ведь мы совсем недолго занимались.
– Да, это удивительно, – сказала она. – Но что это сейчас меняет?
– Я могу быстро и полностью исцелить вашего сына! – сказала Ольга. – Не останется ни шрамов, ни внутренних повреждений, даже зубы вырастут новые. Для этого мне нужно, чтобы вы меня провели к его кровати и дали посидеть рядом с полчаса. А потом вы должны забыть о моем визите и о том, кого вы привели в больницу! Его исцеление, если о нем узнают врачи, вызовет большой шум, и вам все это придется пережить. Было бы удобней все сделать, когда вы заберете сына домой, но это будет еще нескоро, а чем позже я возьмусь за лечение, тем его будет труднее делать. Да и не могу я надолго задерживаться в Алейске.
– Вы действительно сможете?! – воскликнула Клавдия Петровна, схватив Ольгу за руку.
– Да, конечно, – ответила она, опять пустив в ход магию. – Мы можем сходить прямо сейчас?
– Ну и зачем мы потеряли столько времени? – мысленно спросил Нор, когда они втроем ехали в такси к больнице. – Все равно ведь будешь всем чистить память.
– Пусть! – сказала Ольга. – Я обещала отцу. Одно дело враги, с которыми можно не церемониться, и совсем другое – такие, как она. Сотру, конечно, но я ее об этом честно предупредила и получила согласие.