Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

– Заметано, – сказал он.

– Ты вступаешь в общество Красных пинкертонов, – сказал Ленька так же торжественно, как и Карпа.

– Куда, куда? – удивился Никита.

Карпа возмущенно хлопнул себя по колену.

– Тебе же говорят русским языком: в общество Красных пинкертонов. Сыщиков то есть.

– А вот это, смотри, наш герб, – показал Ленька.

– Мы его три дня рисовали, – сказал Карпа.

Только тут Никита заметил прибитый к свае квадратный лист фанеры, на котором химическим карандашом был начерчен жирный круг. В круге маяк посылал лучи в волнистое море. Снизу

крест-накрест нарисованы были сабля и ружье. С одной стороны по кругу написано было: «Честь», с другой стороны: «Верность», а сверху: «Дружба».

– Маяк – это чтобы все видеть, – объяснил Карпа. – Все опасности и рифы. Сабля и ружье – сам понимаешь. Это революция.

– А теперь клянись хранить тайну, – сказал Ленька. – Чтобы никому, ни под каким видом!

– Клянусь! – сказал Никита серьезно. – Никому!

Помолчали. Потом Карпа сказал:

– У нас и девиз есть, – и показал на фанерный лист с гербом.

– Какой еще девиз? – спросил Никита.

– Слово такое, чтобы своих узнавать, какой ты непонятливый, – объяснил Карпа.

– А без слова что, не узнаешь? – все не понимал Никита.

Карпа на мгновение задумался.

– А если в темноте? Тогда как? – наконец спросил он.

Ленька сказал:

– Наш девиз: «Верность и честь». Пароль «Верность», а отзыв: «Честь». Запомни хорошенько. Если человек говорит тебе: «Верность!», ты должен ответить ему: «Честь!», бросить все дела и тут же бежать на помощь. Такой у нас закон. Соображаешь?

– Соображаю, – сказал Никита. Этот закон ему понравился.

– Понимаешь, – продолжал объяснять Ленька, – дружба – это верность и честь. Без верности и чести не бывает дружбы. Без дружбы и чести нет верности… А вот честь – она всегда… Она сама по себе… Понимаешь?

Никита ничего не ответил. Дружбу он уважал, она не раз выручала его в трудную минуту. Но вот рассуждать о таких вещах, как верность и честь, ему никогда не приходилось. В том мире, откуда он пришел, была, конечно, своя верность. И даже своя честь была. Только об этом не принято было говорить.

Занятные Никите попались знакомцы. Смешно на них глядеть. И игру придумали какую-то шибко мудреную. Здоровые парни, лет по двенадцать небось уже стукнуло, а лепят каких-то сыщиков. За последние три года Никита играл только в очко да в три листа, а уж в сыщиков-то, извини-подвинься! Сколько раз ему приходилось, дурея от страха, отрываться от грохающей сапогами толпы под жуткий свист дворников и милиционеров.

– А этого Гленарвана, не сомневайся, мы все равно найдем, – сказал Карпа. – Он нам давно подозрительный. Правда, Леня?

Ленька не успел ответить. В светлом проеме между сваями показался чей-то темный силуэт и раздался веселый окрик:

– Пинкертоши, вы где?

– Мы здесь, Володя! – крикнул Ленька и полез наружу.

– Это Ленькин братуха. Он из горкома РКСМ, комсомолец, – шепнул Карпа Никите, устремляясь за Ленькой. – Он про нашу тайну ничего не знает, ты не думай… Это он просто дразнится, потому что мы книжки про Пинкертона любим. Пошли.

Ребята выбрались из-под причала, жмурясь от яркого дневного света.

– Эге, да вашего полку прибыло. А это кто? – спросил высокий парень в выцветшей

гимнастерке, подпоясанной широким армейским ремнем.

– Это, Никита, сын Лепехина из редакции, – сказал Ленька.

– Небось тоже в комсомол метишь? – спросил Володя.

Никита не знал, куда он метит, но на всякий случай кивнул.

– Три пацана – это уже ячейка.

– Да, ячейка, – протянул Карпа. – А когда записываться приходили, так ваш Головко знаешь что сказал? – при этих словах Карпа странно изменился. Он раздался в ширину, у него опухли щеки, а взгляд устремился куда-то в небо. «Комсомол – це вам не в бабки грать, це – передовой авангард рабоче-крестьянской да казачьей молоди», – сказал Карпа нравоучительным басом.

– Похоже, – засмеялся Володя. – Но вы не расстраивайтесь, братва, ваше время впереди. А пока для вас есть у меня дело. Нечего вам под причалом ошиваться.

Карпа многозначительно посмотрел на Никиту. Ленька потрогал козырек кепки, облизнул губы.

– Но! Какое задание?

– Разговор этот долгий, – сказал Володя. – Пойдемте-ка лучше в горком.

Никита боялся этих слов: горком, чека, губком – от них всегда веяло опасностью. Он подумал было, не пора ли смываться, но все-таки пошел за ними, отстав на всякий случай на полшага.

Этот Володя, Ленькин братуха, привел их в просторную комнату с двумя пустыми столами. За одним столом сидел толстый парень с маленькими глазками и, пыхтя и отдуваясь, что-то писал красной краской на длинной бумажной ленте. Никита догадался, что это и есть Головко, которого передразнивал Карпа, похоже получилось.

На стене висел плакат: толстый поп, хватающий жирной лапой узелок с яичками у старушонки, и надпись: «Все люди – братья, люблю с них брать я».

И еще один, непонятный. Усатый красноармеец в синем шлеме с красной звездой показывал на тебя пальцем и спрашивал: «А ты записался в ЧОН?»

Ленькин братуха долго разговаривал с ними. Никита не все понимал из их разговоров. Но Карпа потом объяснил ему, что Володя приказал им отправиться к бойскаутам.

***

После горкома Никита пошел к отцу. Карпа и Ленька проводили его и договорились назавтра встретиться после обеда.

Никита вбежал в ворота приземистого кирпичного дома. Во дворе дымила походная кухня. К ней подходили люди. Повар в солдатской форме и белом фартуке разливал в котелки и миски пахучее варево. Рот Никиты мгновенно наполнился слюной, и он прошмыгнул в низкую дверь столовой.

Прямо против двери тоже висел плакат: «Чтоб избежать холерной муки, мой чаще хорошенько руки!» Отца Никита увидел сразу: он сидел за свежеоструганным столом и спорил с каким-то дядькой в кожаной куртке и ремнях. Дядька горячился, размахивая руками, шлепал ладонью по столу:

– …Он до революции в купцах ходил, при англичанах торговал. К стенке его надо было поставить. А теперь этот субчик кондитерскую на углу Поморской открывает, крендель золоченый над дверью повесил, да еще название придумал: «Красный бублик»! Скотина! Что же, я к нему за белыми булками ходить буду? Как это называется?

Поделиться:
Популярные книги

Чужая семья генерала драконов

Лунёва Мария
6. Генералы драконов
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Чужая семья генерала драконов

Золушка вне правил

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.83
рейтинг книги
Золушка вне правил

Невеста снежного демона

Ардова Алиса
Зимний бал в академии
Фантастика:
фэнтези
6.80
рейтинг книги
Невеста снежного демона

Мастер темных Арканов 5

Карелин Сергей Витальевич
5. Мастер темных арканов
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Мастер темных Арканов 5

Идеальный мир для Лекаря 17

Сапфир Олег
17. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 17

Сирота

Ланцов Михаил Алексеевич
1. Помещик
Фантастика:
альтернативная история
5.71
рейтинг книги
Сирота

Герцогиня в ссылке

Нова Юлия
2. Магия стихий
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Герцогиня в ссылке

Идеальный мир для Лекаря 11

Сапфир Олег
11. Лекарь
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 11

Начальник милиции. Книга 5

Дамиров Рафаэль
5. Начальник милиции
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Начальник милиции. Книга 5

Товарищ "Чума" 2

lanpirot
2. Товарищ "Чума"
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Товарищ Чума 2

Жена моего брата

Рам Янка
1. Черкасовы-Ольховские
Любовные романы:
современные любовные романы
6.25
рейтинг книги
Жена моего брата

Вонгозеро

Вагнер Яна
1. Вонгозеро
Детективы:
триллеры
9.19
рейтинг книги
Вонгозеро

Газлайтер. Том 5

Володин Григорий
5. История Телепата
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 5

Семь Нагибов на версту

Машуков Тимур
1. Семь, загибов на версту
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Семь Нагибов на версту