Газлайтер. Том 15
Шрифт:
Проспект остается позади, минуем ворота в городской парк. Однако то, что я вижу, заставляет меня нахмуриться.
Парк заброшен: скамейки сломаны, мусор валяется повсюду, фонари разбиты, трава увяла, а клумбы заросли сорняками. И это центральный парк? Ну пипец.
— Печальное зрелище, — замечает Лакомка, оглядываясь вокруг.
Я киваю.
— Нужно заняться благоустройством. Мой город заслуживает лучшего.
Проходим дальше по тропинке. Из-за кустов появляются двое мужчин. Они одеты в поношенные куртки, лица
— Эй, господин, не найдётся ли монетки на выпивку? — протягивает руку один из них, ухмыляясь.
Я останавливаюсь, глядя на мужиков равнодушно.
— Боюсь, нет, — спокойно отвечаю.
Второй, более коренастый, делает шаг вперёд, не теряя наглости во взгляде.
— А может, у вашей дамы что-то найдётся? — говорит с намёком, его взгляд упирается в грудь Лакомки.
Она молчит, поднимая подбородок с величественным достоинством, не удостаивая его даже словом.
Первый хохочет.
— Смотри-ка, какая гордая. Может, нам стоит научить её манерам? Чего она молчит как рыба?
Я позволяю себе лёгкую усмешку.
— Моя жена полагает, что крайне невежливо обращаться к даме в присутствии её мужа, да ещё без его позволения.
— Ого себе! — мужики угорают. — Да вы оба друг друга стоите! И вас обоих надо…
— Подождите, уважаемые, сейчас освежу вам память, — прерываю я, поднимая на поверхность в их пропитых головах воспоминание с ежедневной газетой, которую они мельком видели в мусорке. На первой полосе как раз было мое лицо. — Так что нас надо?
Мужчины переглядываются, их улыбки стираются.
— Граф, вы?! — блеет коренастый. — Простите, мы не знали, да и откуда нам знать? Вы же без охраны, да еще ходите в этом гадюшнике…
Я усиливаю ментальный импульс.
— Это не гадюшник, а центральный парк. Соберите весь мусор на газоне, а затем отправляйтесь в полицию и сдайтесь с повинной за дебоширство.
Их глаза затуманиваются. Не говоря ни слова, они наклоняются и начинают собирать бутылки, обёртки, пакеты, складывая их в кучи.
Лакомка с равнодушием наблюдает за происходящим.
— Надо было отдать Гересе этот парк, а не бордель.
Я усмехаюсь, представив как вместо мусора тут валяются эти мужики со свернутыми шеями.
— Тут и без богатырши наведем порядок.
Мы продолжаем путь, оставляя позади новых работников, усердно очищающих парк.
В магистрате мы долго не задерживаемся. Я лишь уточняю, как используются выделенные мной средства, и устраиваю разнос за состояние парка. Градоначальник скрючивается в извинениях, обещает всё исправить.
— Жду отчёт по итогам месяца, — говорю напоследок. — И учтите: мои деньги — это не благотворительность. Всё, что вы получили, будет вычитаться из городского налога моих предприятий. Привыкайте работать эффективно, иначе я наберу новый магистрат.
Следующая остановка — полицейский
— Ваше Сиятельство, рад вас видеть, — произносит он, делая лёгкий поклон.
— Здравствуйте, — отвечаю я, пожимая ему руку. — Хотел обсудить несколько вопросов.
Он проводит нас в свой кабинет, где стоит массивный стол, заваленный документами.
— Слушаю вас внимательно.
Я сажусь напротив, Лакомка устраивается рядом.
Начинаем разговор с моего предложения о помощи в борьбе с преступностью. Мои гвардейцы могут патрулировать улицы совместно с вашей полицией.
Глаза полицмейстера загораются интересом.
— Это было бы весьма кстати. В последнее время участились случаи грабежей и контрабанды. Но мы делали и будем делать всё что в наших силах, чтобы в Невинске было спокойно. Это наш служебный долг! — серьёзно кивает он. Какой ответственный полицейский! Даже удивительно, как при таком шефе полиции в городе бродят гопники.
— Это радует. И вот еще один момент. Здесь собраны доказательства против некоторых ваших заместителей. — Я достаю из внутреннего кармана папку и передаю ему. — Они замешаны в крышевании контрабанды по Балтике.
Полицмейстер вдруг бледнеет, открывая папку. Его руки слегка дрожат, когда он просматривает документы. Данные собрала моя разведка под командованием Дятла, а потому сомнению они не поддаются.
— Это… серьёзные обвинения, — шепчет он.
— Да, — подтверждаю я. — Думаю, вы захотите немедленно принять меры.
Он нервно сглатывает, вытирая пот со лба.
— Конечно. Я немедленно займусь этим.
— Предлагаю начать с ареста замешанных лиц прямо сейчас. Ваши главный заместитель создал преступную сеть. Давайте его первым и схватим.
Полицмейстер смотрит на меня, в его глазах мелькает паника.
— Может, стоит сначала разобраться…
Я поднимаю бровь.
— Документы говорят сами за себя. Или вы сомневаетесь в их достоверности? Сомневаетесь в моих словах?
— Нет, нет, конечно, — тут же заверяет он. Еще бы! Нельзя говорить дворянину, что он врет, если не готов к дуэли. — Вы правы. Давайте действовать.
Мы вместе с полицмейстером и несколькими его подчинёнными направляемся к кабинету его главного заместителя. Дверь открывается с лёгким скрипом, и тот, сидя за своим столом, лениво поднимает глаза от вороха бумаг.
— Что случилось? — спрашивает он, заметив напряжённые лица коллег.
Полицмейстер выступает вперёд.
— Вы арестованы за коррупцию и содействие контрабанде, — объявляет он.
Заместитель бледнеет.
— Что за бред, Борь? Это какая-то ошибка!
Полицмейстер чуть вздрагивает, но, почувствовав мой взгляд, расправляет плечи и, собравшись, делает очередной выпад.