Голова королевы. Том 2
Шрифт:
— Это неважно. Итак, ты должна поехать со мной и сделаться моей женой!
— Но как отнесутся к этому мои родители и мой брат?
— Мы убедим их, моя дорогая. Итак, решено: священник повенчает нас. Я не могу допустить, чтобы ты оставалась предметом низкой спекуляции! — горячо проговорил Персон. — Если лорду Лургану вздумается позволить себе что-нибудь по отношению к моей жене, то у меня будет законное право защищать ее имя и честь. Ему придется передо мной отступить, несмотря на то, что он — богатый лорд.
Вероника задумалась.
— А как мы убедим отца? — нерешительно произнесла
— Я приду к твоему отцу в качестве мужа его дочери, — ответил Персон, — и преподнесу ему чек на две тысячи крон. Думаю, что это произведет на него приятное впечатление.
— Несомненно! — улыбнулась Вероника. — А ты забыл про Родриго?
— Если Родриго окажется добрым, хорошим братом, то я приму его с распростертыми объятиями, если же он выразит желание делать нам неприятности, то у меня имеются шпага и пистолет при себе.
— Я не понимаю, откуда ты… — начала было Вероника.
Но Персон прервал ее:
— Не будем теперь говорить об этом, ты после узнаешь обо всем. Итак, ты принимаешь мое предложение?
— Да, да! — согласилась она.
Персон крикнул от радости и, прижав к сердцу Веронику, крепко поцеловал ее.
— Ну а теперь едем! Поездка, конечно, утомит тебя, но зато после будет достаточно времени для отдыха, — проговорил Персон.
Они быстро поскакали дальше.
Дорога, по которой ехали всадники, была неровная и твердая. Мягкая почва от жарких лучей солнца настолько затвердела, что даже сильный дождь в недавнюю бурю не смог размягчить ее. Поэтому копыта лошадей стучали так, точно ударяли по булыжной мостовой.
Вскоре чуткое ухо Персона уловило звук отдаленного топота лошадей, он тревожно обернулся и крикнул:
— Черт возьми!… Вероника, ты вытерпишь более быструю езду?
— Я могу вынести все, что хочешь, мой милый! — ответила молодая женщина.
— За нами погоня! — крикнул Персон, хватаясь за пистолет. — Скорее вперед!
И они помчались во весь дух. Персон часто оглядывался назад, погоня отставала все больше и больше, очевидно, лошади преследователей были сильнее утомлены, чем скакуны Персона и Вероники. Молодые люди благополучно достигли Белфаста, но там их ожидали еще более серьезные опасности. В городе было возмущение толпы, и потому они не могли добраться до той гостиницы, в которой должна была остановиться Вероника. Персон решил ждать до полуночи, надеясь, что волнение утихнет. Но когда въехал в город со своей невестой, понял, что ошибся в расчетах. Они попали в самый разгар бунта. Босвел только что разрушил дом губернатора, убив при этом собственноручно лорда Спитту, и увел с собой его супругу, свою бывшую любовницу. Затем осадил монастырь, и Джону удалось вызволить оттуда свою Эстер.
Лорд Лурган вооружил между тем своих людей и пустился на поиски Вероники и ее спутника. В конце концов он натолкнулся на них. Вместе с Бастианом Лурган бросился на Персона, но тот выхватил меч и сильным ударом сбросил лорда на землю, где его сейчас же затоптала толпа, устремившаяся на набережную. Толпа увлекла за собой Бастиана, Персона и Веронику, и они, помимо своей воли, очутились в большой лодке; она быстро отчалила от берега и направилась к кораблю Босвела. Матросы поспешно подняли всех на борт, и корабль торопливо вышел из гавани.
Глава тридцать четвертая
В РАТГОФ-КАСТЛЕ
К числу лиц, особенно огорченных этой потерей, принадлежала и графиня Гертфорд, бывшая Екатерина Блоуэр, мать Филли и возлюбленная сэра Брая.
В судьбе графини многое изменилось после ее заточения. Друзья и приятельницы отдалились от нее, высшее общество, к которому одно время принадлежала она, не допускало ее больше в свой круг. Только Бэтси Килдар и Маргарита Морус удостаивали графиню Гертфорд своим знакомством, за что та была чрезвычайно благодарна им. Смерть двух благодетельниц страшно поразила Екатерину Блоуэр, и она почувствовала себя совершенно одинокой. Слухи о том, что произошло с Филли, дошли до нее и усилили ее подавленное настроение, к которому примешивался еще и страх, что в один прекрасный день к ней может явиться Брай. Предчувствие не обмануло Екатерину.
Брай, несмотря на отсутствие средств, нашел возможность довольно быстро приехать в Лондон. Прежде всего он позаботился о приличном костюме, а затем отправился к графине Гертфорд. Можно было думать, что Кэт, так долго ждавшая и боявшаяся Брая, успеет подготовиться к свиданию с ним, но это оказалось не так. Когда ей доложили о приходе ее бывшего возлюбленного, она смертельно побледнела, но не решилась отказать ему в приеме.
Кэт ждала самого худшего для себя, тем не менее она встала и сделала несколько шагов навстречу Браю.
— Не беспокойтесь, миледи, оставайтесь на своем месте, резким тоном остановил он ее, — наше последнее свидание слишком памятно для меня, и потому у меня нет никакого желания быть с вами на более близком расстоянии.
Графиня вздрогнула и остановилась как вкопанная в ожидании того, что будет дальше.
— Нечего, я думаю, и говорить, — продолжал Брай, — что только самые важные причины заставили меня явиться сюда. Ведь материнские обязанности по отношению к своему же ребенку вы предоставили мне. И не только не старались облегчить мне этот труд, а напротив изыскивали всевозможные меры для того, чтобы ставить мне препятствия на каждом шагу.