Горбачев и Ельцин. Революция, реформы и контрреволюция
Шрифт:
Экономические преобразования в России начались 1 ноября 1991 года, когда Съезд народных депутатов РСФСР принял постановление «О правовом обеспечении экономической реформы». Страна была на грани голода. Парламент не успевал принимать нужные законы. И Ельцину была дана возможность принимать указы, которые будут противоречить устаревшим законам РСФСР.
15 ноября 1991 года Ельцин подписал два принципиально важных документа, которые меняли экономическую реальность в стране: указ «Об отмене ограничений на заработную плату и на прирост средств, направляемых на потребление»
Горбачев поддержал Ельцина. Прочитав его речь, сказал:
— Главное — он набрался смелости занять позицию ускорения реформ. Это нелегко, и важно, что он решился на это.
Михаил Сергеевич предпринимал отчаянные усилия для того, чтобы сохранить хотя бы остатки союзного государства. Для него это был и единственный шанс остаться в политике и в Кремле. Пытаясь уговорить Ельцина подписать союзный договор, Михаил Сергеевич шел на любые уступки. Но было уже поздно.
Горбачев грешил на окружение Ельцина:
— Когда с ним встречаешься один на один, почти обо всем можно договориться. Правда, это может рассыпаться, как только он выйдет из комнаты и подпадет под влияние своего окружения.
Горбачев ошибался. Дело было в другом.
Ельцину трудновато было соревноваться с быстрым на язык Горбачевым, он не так легко находил аргументы в споре. И он никак не мог найти верный тон во взаимоотношениях. Он вроде бы уже и сильнее Горбачева, но вместе с тем формально тот выше. На общих совещаниях Ельцин часто молчал. Это позволяло Горбачеву единолично пользоваться ролью лидера.
Ельцин, конечно же, решил избавиться от Горбачева, но не хотел говорить об этом в глаза. И дело не только в мести. Хотя Борис Николаевич, очевидно, ненавидел Михаила Сергеевича за то, что с ним сделали в 1987 году, главное состояло в том, что Горбачев просто мешал ему получить всю полноту власти. В Кремле есть место только для одного президента. Горбачев стал лишним.
Экономические реформы Гайдара
В последних числах декабря 1991 года Борис Николаевич Ельцин унаследовал не только кремлевский кабинет своего поверженного соперника Горбачева, но и весь груз не решенных им проблем.
К ним добавились новые. Распад СССР привел к тому, что двадцать миллионов русских людей оказались за пределами России. Возник спор о границах, который сразу приобрел смертельно опасный характер. Пошли разговоры о возможности войны, об обмене ядерными ударами между Россией и Украиной. Причем эти разговоры воспринимались всерьез.
Первый заместитель главы украинского правительства Константин Иванович Масик заявил:
— Если дошло до того, что запугивают превентивным ядерным ударом Украину, страдающую от Чернобыля, то можно ли это назвать отношениями между цивилизованными странами? Нас хотят запугать, сделать послушными…
Запас терпения у людей, казалось, был исчерпан. Они больше не желали слышать обещаний. Ельцин должен был действовать, и действовать
Жизнь становилась все труднее. Магазины окончательно опустели. Правда, появились коммерческие киоски, в которых продавались самые экзотические товары, но по бешеным ценам. Вместо денежного оборота расцвел бартер, местные власти, областные хозяева запрещали вывозить продовольствие соседям и, естественно, не подчинялись Москве. Это вело к распаду государства.
Наступило время, когда казалось, что страну ждет экономическая катастрофа и избежать ее невозможно. Боялись, что колхозы и совхозы перестанут продавать продовольствие городам — ничего не стоящие рубли им не нужны, а механизмы принуждения уже не работали. Опасались, что с исчезновением райкомов не удастся обеспечить тепло в домах и уборку улиц. Ждали, что голодные люди выйдут на улицы и устроят погромы.
В худшем положении оказались крупные города: их нечем было снабжать. Во всех городах были введены карточки на мясо, масло, сахар, молоко, табачные изделия. Разумеется, получить все положенное по карточкам не удавалось. Люди стояли в безнадежных очередях. В те дни первый заместитель министра экономики и финансов России Андрей Алексеевич Нечаев проводил совещание о ситуации с продовольствием в Ленинграде. Один из участников в отчаянии сказал:
— У нас куры дохнут, а скоро и люди начнут.
Ельцин подписал 12 декабря 1991 года указ «О едином экономическом пространстве РСФСР», запрещавший ограничивать поставки продуктов из одного региона в другой. Но такого рода указания не действовали: никто не хотел торговать по государственным ценам, то есть за копейки.
Столичные власти в декабре предупреждали, что в ближайшие дни в столице может разразиться продовольственный кризис. Мэр Москвы Гавриил Попов раздумывал над тем, что предпринять, если в городе начнется бунт. Юрий Лужков обратился в правительство России:
«Снабжение населения продовольственными товарами продолжает оставаться критическим… В январе 1992 года Москва может остаться без продовольствия».
Правительство ничем не могло помочь. Валютные резервы были фактически полностью исчерпаны, и от золотого запаса мало что осталось. Единственный выход из положения — стремительно проводить рыночные преобразования. Но эти настроения и ощущения уже забыты. А ведь именно поэтому начались гайдаровские реформы. Они были проведены, потому что страна уже падала в пропасть и надо было ее спасать.
Но для того, чтобы начать реформы, требовались политическая воля, программа и команда, готовая ее реализовать. Политической воли у Ельцина хватило бы на десятерых.
Над экономической программой России на госдачах в Архангельском трудились две группы экономистов. На даче № 6 команда, которую возглавлял министр силаевского правительства Евгений Федорович Сабуров, разрабатывала план преобразований для всего постсоветского пространства. На даче № 15 молодые ученые, которые признали Гайдара старшим, исходили из того, что политическая реальность требует сосредоточиться на спасении России — другие республики Москве не подчинятся.