Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Гордиев узел сексологии. Полемические заметки об однополом влечении
Шрифт:

Как тесно переплелись в этом письме чувство собственной неполноценности и самоуничижения с высокомерными претензиями на обладание высшей истиной, с завистью и мстительностью. Как торжествовалась победа над “примитивной” человеческой натурой! Где уж сексологу, погрязшему в материализме, понять эзотерические тайны йоги! Я отнёсся к “победе”, одержанной моим корреспондентом над собственными инстинктами, с недоверием, и оказался прав.

Несколько месяцев спустя, с наступлением новых каникул, строптивый пациент вновь появился в Центре сексуального здоровья с твёрдым намерением довести лечение до конца. Выяснилось, что сахаджа-йога не решила его проблем. Как ни прикидывался Аскольд йогом, запросто сбрасывавшим свои “грубые астральные оболочки во время медитации”, он оставался истериком, остро нуждавшимся в постоянном подтверждении собственной сексуальной привлекательности.

Поэтому он забыл о провозглашённом им ранее тотальном отказе от секса, предпочтя ему привычную пассивную роль в гомосексуальных связях. В этом Аскольд преуспел, добавив к случайным туалетным знакомствам постоянную связь с молодым, красивым и незаурядно одарённым в сексуальном плане любовником-актёром. Чувствуя себя послушной игрушкой в объятиях мастера, студент завистливо мечтал о реванше, о том, что когда-нибудь они с любовником навсегда поменяются ролями.

При возобновлении лечения был выбран путь, наиболее приемлемый для пациента, мечтающего о реванше. Ему была подобрана доза простагландина Е, которая обеспечивала эрекцию, достаточную для полового акта. Аскольд должен был выполнить лишь одно условие: реализовать гетеросексуальную близость. Ведь он сам обратился к врачу с требованием наделить его способностью к половой жизни именно с женщинами! Условие он выполнил, и окрылённый успехом, убедился, что брак для него вполне реален. На этом все его контакты с женщинами прекратились. Зато молодой человек с удвоенной энергией пустился в гомосексуальные похождения, благо, ему стала удаваться активная роль, сначала с введением препарата, а потом и без него, с помощью усвоенных им приёмов аутотренинга. Разумеется, Аскольд по-прежнему оставался невротиком, но он хотя бы избавился от коитофобии. Это смягчило его чувство зависти и ненависти к партнёрам и прояснило перспективы дальнейшего лечения пациента: отказ от невротического промискуитета, усвоение принципов равноправного партнёрства, словом, избавление от интернализованной гомофобии.

Медицинские аспекты совращения

Эпизод совращения Лычёвым 15-летнего Валерия удобно пересказать в передаче Льва Клейна. Это делается с тем, чтобы в полной мере продемонстрировать насколько они оба, и Лычёв, и Клейн, ошибаются в оценке мотиваций полового поведения партнёров.

“Опытный соблазнитель Дмитрий Лычёв рассказывает о том, как будучи солдатом, соблазнил 15-летнего школьника из присланных на допризывную подготовку. Брошенные начальством, они гоняли в футбол. В бильярдную беседку, где убирался солдат, горевший похотью, зашёл белобрысый мальчишка Валерка. «Блики от костра летали по его юношескому лицу, грязному от сегодняшних футбольных сражений»”.

Солдат стал учить его играть в бильярд. “Фонарь, тускло освещавший внутренности беседки, молча наблюдал, как я, показывая самые простые удары, беззастенчиво лапал мальчишку. <...> Валерка увлечённо постигал азы игры, в то время как мои руки сновали в опасной близости его лобка”. Появилась бутылка джина. “Юношу не пришлось уламывать попробовать джин <...> Глаза его налились теплотой и негой после второй дегустации огненного напитка”. Солдат завёл разговор о женщинах, красочно расписывая свои воображаемые удачи с “тёлками”.

“– Кстати, на этом столе это и было. Слушай, а ты никак возбудился...

Я схватил Валерку за возбудившийся кончик <...> От стыда за своего хозяина оголивший головку и зардевшийся, как переходящее красное знамя в углу. Смущённый Валерка наблюдал за моими руками, проявляя чудеса терпеливости. <...> За сей подвиг я немедленно вручил юноше переходящее знамя. Но не то, что валялось в углу – своё. Вернее только древко. Зато горячее и толстое. Потные холодные ладони бережно сжали его. Мы встали в полный рост, Валерка – сильно шатаясь. <...> Руки наши не покидали флагштоки друг друга. Это не могло длиться вечно – я чувствовал скорое приближение финиша. И, сам от себя подобного не ожидая, бухнулся пред Валеркой на колени. Самая маленькая его конечность была вмиг поглощена ненасытной ротовой полостью. <...> Непропорционально большие “производители семени” трудились в ударном темпе. Это я понял через минуту, когда семя горячим фонтаном оросило нёбо. Я глотал, а оно всё хлестало артезианским колодцем. Колодец высох только после взрывов на втором десятке”.

А вот конец всей истории: “Валерка

не мог или не хотел говорить. Этот податливый нежный юноша неожиданно превратился в грубого неотёсанного мужлана. Сквозь пелену …тумана “до него дошло, что только что он поимел дело с настоящим пидаром. Даже вафлёром назвал, за что тут же получил сильную затрещину. Заплакал. Пьяные слёзы скатывались по разрумянившейся мордашке. Достигали подбородка, где их и ждал мой язык. Поцеловать себя так и не дал. Мотивировал тем, что я у него сосал. Мне стало скучно с ним. Сразу. В один миг. Задув свечки, я грубо вытолкал его на улицу”.

Историю совращения Валеры Клейн подытожил фразой: “Наученный горьким опытом, этот больше не поддастся на соблазн. Но даже если в подобных случаях произойдет повторение, и оно ещё не означает увлечённости”.

Ограничившись этой сентенцией и отказавшись от детального анализа поведения обоих участников происшествия, Клейн совершил ошибку. Ведь он поставил перед собой сложную и важную задачу: выяснить, кто подаётся гомосексуальному совращению, а кто остаётся равнодушным к чарам даже самого опытного искусителя. Чтобы уточнить, какие психосексуальные особенности лежат в основе готовности к совращению, а какие определяют “сопротивление материала” (по меткому выражению Клейна), надо разобраться с мотивацией поведения, как Валерия, так и Лычёва.

Клейн уверен, что совратительский зуд последнего объясняется вынужденным половым воздержанием (“солдат, горевший похотью”). Взаимоотношения Димы с Алексеем, Аликом, Борисом, грозным ефрейтором и Костей вполне убеждают в ошибочности подобного объяснения. Известно также, что от идеального партнёра Дмитрий требует несколько непременных достоинств: тот должен быть сильным молодым мужчиной, способным оградить своего любовника от опасностей и тягот армейской жизни. Очевидно, что Валерий в подобную схему никак не вписывается. Так, по крайней мере, думает читатель. Однако истерическое восприятие Лычёва способно преобразить реальность до неузнаваемости. Он видит и ощупывает “непропорционально крупные яички” подростка (иными словами, они кажутся ему “переполненными спермой”). Он глотает невообразимо обильный эякулят (“артезианский колодец”), извержению которого, кажется, не будет конца. На самом деле, всё это лишь плоды истерического воображения, весьма далёкие от реальности. Размеры яичек не зависят от количества спермы. Объём эякулята у 15-летнего мальчика обычно около 1,5-2 миллилитров, составляя что-то около половины чайной ложки. “Потоки спермы”, о которых взахлёб повествует фантазёр Дмитрий, – это объём в 8-10 миллилитров, что бывает лишь при очень тяжёлых воспалительных поражениях простаты и придатков яичек. С чего бы это у 15-летнего мальчика, который и половой близости-то, скорее всего, ещё не имел, который не болел ни гонореей, ни хламидиозом мочеполовой сферы, вдруг такой тяжкий воспалительный процесс?

Лычёв обманывает и себя, и читателей. При этом его фантазии имеют вполне очевидный смысл: Валерию приписывается всё тот же неизменный “спермотоксикоз”. Тем самым Лычёв убивает сразу двух зайцев: он причисляет своего любовника-подростка к категории “взрослых самцов”, и в то же время, превращает его в двойника того мальчика, с которым связаны сладкие воспоминания давно ушедших лет. (В интервью, опубликованном в Интернете, Дима рассказал о своём первом партнёре, любимом друге детства, которого ему удалось совратить во время школьных каникул).

Между тем, реальный, а не вымышленный Валерий, – обычный подросток, одержимый идеей стать “настоящим мужчиной”, приобретя соответствующие мужские формы поведения. Он и к солдатам-то затесался, чтобы побыть в среде “настоящих мужиков” и поднабраться от них мужественности.

Вначале Лычёв безукоризненно играет роль бывалого воина, отличного бильярдиста, который при всём своём восхитительном мужестве не пренебрегает только что приобретённым младшим другом, поит его джином, посвящает в свои сексуальные мужские тайны. Валерик, счастливый от всего этого, даже не замечает, что их взаимная мастурбация как-то не очень вяжется с поведением двух взрослых мужчин. Сказалось двойное опьянение: алкоголем и радостью общения на равных с “настоящим мужиком”. Последовавшая за всем этим фелляция открыла горькую правду: его предательски обманул “пидар”, замаскировавшийся под “настоящего мужика”. От нестерпимой обиды подросток даже заплакал.

Поделиться:
Популярные книги

Не грози Дубровскому! Том III

Панарин Антон
3. РОС: Не грози Дубровскому!
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Не грози Дубровскому! Том III

АН (цикл 11 книг)

Тарс Элиан
Аномальный наследник
Фантастика:
фэнтези
героическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
АН (цикл 11 книг)

Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

Ланцов Михаил Алексеевич
2. Маршал Советского Союза
Фантастика:
альтернативная история
8.46
рейтинг книги
Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

70 Рублей

Кожевников Павел
1. 70 Рублей
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
постапокалипсис
6.00
рейтинг книги
70 Рублей

Энциклопедия лекарственных растений. Том 1.

Лавренова Галина Владимировна
Научно-образовательная:
медицина
7.50
рейтинг книги
Энциклопедия лекарственных растений. Том 1.

О, Путник!

Арбеков Александр Анатольевич
1. Квинтет. Миры
Фантастика:
социально-философская фантастика
5.00
рейтинг книги
О, Путник!

Адептка в мужской Академии

Завгородняя Анна Александровна
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.44
рейтинг книги
Адептка в мужской Академии

Титан империи

Артемов Александр Александрович
1. Титан Империи
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Титан империи

Переиграть войну! Пенталогия

Рыбаков Артем Олегович
Переиграть войну!
Фантастика:
героическая фантастика
альтернативная история
8.25
рейтинг книги
Переиграть войну! Пенталогия

Черный Маг Императора 6

Герда Александр
6. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
7.00
рейтинг книги
Черный Маг Императора 6

Истребители. Трилогия

Поселягин Владимир Геннадьевич
Фантастика:
альтернативная история
7.30
рейтинг книги
Истребители. Трилогия

На границе империй. Том 9. Часть 4

INDIGO
17. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 9. Часть 4

Купец IV ранга

Вяч Павел
4. Купец
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Купец IV ранга

Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

Чернованова Валерия Михайловна
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.57
рейтинг книги
Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна