Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Хохочущие куклы (сборник)
Шрифт:

Было очень светло, однако никто не приходил. Если бы зашел Гуидо, можно было бы дать ему распоряжения, он бы прислал Мани или другую женщину, которая умыла бы ее, одела и причесала. Гуидо заходил иногда по утрам сообщить новости, но сейчас его не было. Нора ждала некоторое время. Она хотела перестать ждать и начать думать о своем возлюбленном, но мысли о Коленьке не шли в голову. Хотела радоваться тому, что не будет снова закована в одежду и утяжелена украшениями, однако легкость становилась чем-то досадным, словно отобрали тело, и теперь только волосы держали у подушки. Получилось заснуть ненадолго, однако на этот раз никто и ничего не приходило во сне.

На четвертый день началось нехорошее –

не смогла встать с кровати, смогла лишь сесть, опираясь на подушку. Вспомнить о возлюбленном не удавалось, как если бы его никогда не было. Появилась дрожь, хотя ей вовсе не было холодно, наоборот – тело покрывалось от жара пленкой пота. Ждала боя часов, но звук словно проходил мимо – отвлекалась и не улавливала.

Нора терпеливо повторяла попытки, охотилась за временем, пока не поймала: пробило восемь часов. И на циферблате восемь. Два часа до того, как погаснет свет. Ей повезло: она догадалась, что, если не встанет, умрет. Дальше новые догадки посыпались дождем: возможно, кто-то даже хочет, чтобы она умерла, например Алекс Ниффлонгер, которому для спасения его дел нужно либо сочетаться с ней браком, что многими может быть не понято, либо деть ее куда-нибудь. Алекс ее любит как брат, но превыше всего ценит свое имущество. Или мальчик, мерзкий мальчик, или даже Гуидо с его хитрыми глазами и словами, а может, сама Мани…

Теперь наконец получилось вспомнить о возлюбленном: как будет ему печально, если он придет и не застанет ее… или не будет? И вдруг проснулось в ней что-то. Мелькнуло в памяти огромное оранжевое солнце. Конечно, она видела солнце, и не раз, она жила с ним рядом, часто видела и не замечала. Мелькнуло, исчезло, но оставило горячее чувство – злобу. Несколько секунд Нора ненавидела всех: Гуидо и Мани – за то, что они вечно вертелись поблизости, свою матушку – за то, что та ее недостаточно любила, своего возлюбленного – за то, что его не было рядом, Алекса Ниффлонгера – за его вальяжность и хитрость, но всех сильнее – своего возлюбленного – за то, что его не было рядом. С ненавистью к ним захотела другого: дальше чувствовать свои руки, свои ноги, спину и грудь, вдыхать и выдыхать свой воздух, думать свои мысли, видеть свое отражение в зеркале. Жить. Нужно спасать себя и постоянно охранять себя от смерти. Она не заметила, как встала, не заметила, какими тяжелыми были первые шаги, – но были. Как вышла из комнаты, как делала шаг за шагом, босая, торжествующая и злая. Лишь позже прислушалась к ощущениям. Движение ног. Стянутый голодом живот – но что голод, он приходит, потом уходит с пищей, так было всегда, с тех пор как были животные и люди. Как приятно растягивается внутри, если вытянуться вверх, подняв руки, как расширяются ребра, если много-много вдохнуть. Душный, пустой воздух – ей хватало. Губы в улыбке. От дрожи не осталось ни следа. Осталась радость.

Через коридоры, помещения с окнами, и зеркалами, и гобеленами, и карнизами, осыпавшейся росписью плафонов. Повсюду горел электрический свет, нигде не было людей. Ненастоящим было все, и даже старинная изношенность была поддельной. Нора повторяла маршруты своих обычных прогулок, открыла сама другой путь в комнату мамы, но дверь была заперта изнутри. Она спешила дальше. В тяжелом платье она никогда не ходила так быстро. Она спешила, словно искала что-то, отчаянно и торопливо искала, не обращая внимания на голод и слабость, – нет, обращая и радуясь, что чувствует. Всё быстрее, всё быстрее, понимая, что время исходит, благодарно принимая мимолетные картинки памяти, ярче и живее, чем воспоминание о птичьих временах и деревьях в кадках: углы домов, ощерившиеся кошки на деревьях, столб фонаря, избитый асфальт улиц с прорастающей травой…

Свет погас. Десять. Не успела. Нора наизусть знала сплетения переходов,

залов, могла вернуться в спальню и в темноте, и с закрытыми глазами. Лечь во влажную несвежую постель. Укрыться, свернуться, за секунду до сна вспомнить, что именно искала: выход. И пообещать себе найти назавтра. Кажется, она была совсем рядом с выходом.

Но на следующее утро Мани вошла, едва засветились лампы, будто с вечера ждала возле спальни. Помыла, одела, убрала волосы, украсила. Гуидо предлагал широкий спектр развлечений. Оба – Мани и Гуидо – говорили так, словно не было этих четырех пустых дней, словно ее не забывали, и это утро было следующим после того вечера, когда, раздев, ее оставили в последний раз. Нора ни о чем не спрашивала. Пошли разные сутки.

Нора чувствовала себя очень хорошо, намного яснее и веселее, чем раньше, – может, благодаря электричеству, кое-как прогревающему здание, которое она не могла прогреть собой. Маленькое разочарование, оставшееся где-то под корочкой бытия с того вечера, когда, свободная, почти нашла выход, сжигала в многочисленных дневных пасьянсах. Хотела выиграть, начинала с нуля.

Знакомые лица мелькали вокруг, как и незнакомые. Люди ходили, будто занятые своим делом или даже работой, озабоченные, легко одетые, с бумагами, усталыми вздохами и мобильными телефонами. Раньше здесь не бывало столько людей, но ничего: обрывки их болтовни заполняли скучное пространство.

Обиду на непослушные карты, как вода, гасила тоска по возлюбленному. Тоска, смешанная с чувством вины, – она помнила, как крепко ненавидела его недавно, и тоска пьянила тем сильнее, чем меньше раскаивалась в ненависти. Хитро смотрели на Элеонору Фелисию карточные дамы из-под своих покрывал, покусывали розы и фиалки, кивали понимающе. Преданно смотрели юнцы-валеты, ясно и грустно короли. Одни мертвые тузы не пытались подать знак.

Подняв взгляд, заметила своего возлюбленного среди других людей. Он стоял растерянно, как во сне – таким он приходил к ней вначале, когда еще не знал ее и не знал, где он. Держал что-то в руках. И бросилась: рассыпая карты, опрокидывая столик, через каркас, путаясь в жестком нижнем платье, в тяжелом верхнем, хватая воздух.

– Это ты?

Стояли, обнявшись, не стесняясь многочисленных прохожих, не придавая значения мешающей одежде. Сжимаясь всё теснее, боясь потерять друг друга.

– Ты ведь не плачешь, Нора? Тссс!

– Я ждала. Тебя так долго не было.

– Всего несколько дней.

– Это были слишком длинные дни.

Уходя с ней в спальню, сунул проскользнувшему дерзкому мальчику шоколадку в красной обертке. Тот бросил на Нору взгляд победителя, Нора высокомерно отвернулась и спросила вдруг:

– Что такое душа? Почему в книгах о ней пишется, будто она бывает отдельно от тела?

– Потому что так раньше думали, а у тебя книги все старые.

– А что сейчас?

– Сейчас объяснили кое-какие механизмы работы… головного мозга. Но некоторые дальше думают.

– Хорошо, это я и хотела знать – значит, все вместе. Мне не хотелось бы разделяться надвое.

Посмотрел на нее с любопытством.

– Разве не обидно исчезать, когда умираешь? Для того и душа, чтобы после смерти жить.

– Мне не обидно. Я уже недавно не умерла. Я бессмертная, была здесь всегда и буду всегда.

– А я вот не считаю, что ты здесь была всегда и будешь! Я… – начал слишком громко, Нора перебила:

– Да, я была не здесь, но, когда я сюда попала, я попала во всегда и теперь бессмертна всегда, но только пока я здесь. В любом другом месте я погибну. Но это неважно, потому что меня все равно не отпустят.

Он хотел спросить, желает ли она быть отпущенной, ведь спросить об этом не только стоило – было необходимо, но вопрос застрял в горле, и шли молча.

Поделиться:
Популярные книги

Болотник 2

Панченко Андрей Алексеевич
2. Болотник
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.25
рейтинг книги
Болотник 2

Барон диктует правила

Ренгач Евгений
4. Закон сильного
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Барон диктует правила

Часограмма

Щерба Наталья Васильевна
5. Часодеи
Детские:
детская фантастика
9.43
рейтинг книги
Часограмма

На границе империй. Том 7. Часть 4

INDIGO
Вселенная EVE Online
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 7. Часть 4

Вечный. Книга I

Рокотов Алексей
1. Вечный
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга I

Возмездие

Злобин Михаил
4. О чем молчат могилы
Фантастика:
фэнтези
7.47
рейтинг книги
Возмездие

Сотник

Ланцов Михаил Алексеевич
4. Помещик
Фантастика:
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Сотник

Локки 4 Потомок бога

Решетов Евгений Валерьевич
4. Локки
Фантастика:
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Локки 4 Потомок бога

Мама из другого мира. Дела семейные и не только

Рыжая Ехидна
4. Королевский приют имени графа Тадеуса Оберона
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
9.34
рейтинг книги
Мама из другого мира. Дела семейные и не только

Охотник за головами

Вайс Александр
1. Фронтир
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
5.00
рейтинг книги
Охотник за головами

Бракованная невеста. Академия драконов

Милославская Анастасия
Фантастика:
фэнтези
сказочная фантастика
5.00
рейтинг книги
Бракованная невеста. Академия драконов

Ротмистр Гордеев 2

Дашко Дмитрий
2. Ротмистр Гордеев
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Ротмистр Гордеев 2

Последняя Арена 2

Греков Сергей
2. Последняя Арена
Фантастика:
рпг
постапокалипсис
6.00
рейтинг книги
Последняя Арена 2

На границе империй. Том 8. Часть 2

INDIGO
13. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 8. Часть 2