Хроники Шандала. Тетралогия
Шрифт:
– Дела у Дамира хуже некуда! После разгрома в Синем лесу он не решался на крупномасштабные сражения, предпочитая партизанские действия и, видимо, уповая на Великий лес Друидов. К сожалению, он просчитался. Через три-четыре дня Йоних доберется до Дастила. И никакой лес Дамиру не поможет.
– Почему же так безнадежно? – удивился я.
– С Йонихом Мэлл.
– Дочь Бришана?
– Да! Именно благодаря ей была одержана победа в Синем лесу. Поэтому шансы Дамира выстоять очень малы.
– Но вы же помогали Дамиру, – вмешался гном, – и мои сородичи туда должны
Настал черед мне опять удивиться. Гном крайне редко интересовался политикой, тем более войнами, не затрагивающими непосредственно его драгоценную особу. Поэтому такая осведомленность выглядела по крайней мере странно.
– Ты прав, гном, – ответил Солавар, – конечно, мы помогали Дамиру. Но, увы, как всегда, среди Великих магов нет согласия. Несмотря на то что мы являемся союзниками, человеческие характеры на меняются. Маги индифферентны, пока враг не вторгнется в их пределы. Тогда – конечно! Они вопят о союзе, требуют помощи, ссылаясь на решения Пятиугольников и все такое прочее, о чем забывают, когда беда приходит к другому. Дэмн послал в четыре раза меньше магов, чем просил Дамир. Фэйдер еще меньше. Лишь Андра дала сильный отряд гномов. Этого вместе с силами самого Дамира хватило бы, если бы не девчонка. Я немного знаю о ней, и то, что мне известно, говорит о серьезности нового противника. Тем более есть еще и Маурон. Если он вмешается, то исход сражений ясен заранее
– Еще бы… – пробормотал я. – А как Дэмн?
– Он пока держится. Но, честно говоря, дела его тоже обстоят не самым лучшим образом. Саре рвется к Ноднолу. Попытки разгромить его артиллерию, которая является одной из главных причин побед армии Синего королевства, никак не удаются. Дэмн с боями отступает. Его друг Фэйдер все же решился прийти на помощь. Около Ноднола собирается громадная армия. И решающее сражение, скорее всего, будет именно там. До битвы нам надо постараться освободить Таурона.
– Что ж, – я покачал головой, отпивая вино, – очень убедительно. Я согласен: Таурона надо освободить. И даже готов согласиться рискнуть еще раз. Но Сорес мертв! Кто будет нашим проводником? Мы же не знаем, как попасть в Град!
– А вот этот вопрос как раз решаемый, – улыбнулся Сол авар и прошептал несколько слов.
В комнате вспыхнул голубым светом портал, и из него появилась… Стэлле. Верховная фея, одетая в свое излюбленное плотно обтягивающее фигуру длинное платье, как всегда, была неотразима. Я невольно залюбовался ею, забыв о внезапности и странности появления здесь феи.
Она же, приветливо кивнув, опустилась на стул против меня.
– Я вижу, ты удивлен? – продолжил Солавар. – Но это факт. Верховная фея решила отправиться с нами в Град Богов. Об остальном она расскажет сама.
– А как же нейтралитет? – не удержался я от вопроса. Уж больно долго Стэлле носилась со своей тактикой невмешательства в любые войны. – Что заставило тебя принять такое решение?
– Реальность, – улыбнулась фея, покачав головой, – реальность, Ван. Наступает время, когда нейтралитет перестает иметь всякий
– Когда ты успел? – повернулся я к старому магу. – Ведь только что закончилось сражение!
– А с чего ты взял, что вопрос решался после сражения? Накануне у меня состоялся плодотворный разговор с Верховной феей. Как видишь, мы пришли к согласию.
– Хорошо, пусть так, – не сдавался я, – но как же мы попадем в этот Град? Без Сореса!
– Кнэлле готовила заклинание непосредственно с Соресом. Она очень талантливая девушка и сумела запомнить все. Правда, оно довольно необычное, к тому же на языке демонов, но я понимаю его. Так что мы можем отправиться хоть сейчас!
– Эй, подождите! – Это уже гном, почувствовавший, что запахло жареным, решил вмешаться в разговор:
– Допустим, мы доберемся до Града, до этого проклятого Зала тысячи порталов, ну а дальше? Там тысяча порталов! Сорес-то знал, какой ведет в башню, а ты, повелительница, это знаешь? А?
В глубине души я поражался гному. Когда речь шла о его жизни, Гниммер совершенно преображался, являл собой как будто другую личность. Наверно, именно это его качество, выручавшее меня несколько раз во время серьезных схваток, не позволяло мне расстаться с ним. Вот и сейчас он разговаривал со Стэлле и Солаваром, словно равный с равными!
– Ты прав, гном! – Фея в отличие от Солавара, неприятно удивленного последней тирадой Гниммера, знала гнома прекрасно. – Нужный портал будет найти тяжело, но опять же у нас есть Кнэлле. Я прозондировала ее память и думаю, что смогу определить его.
– Думаешь?
Это уже перебор! Я вздрогнул. С Верховной феей так не разговаривают! И зарвавшийся гном получил, что заслуживал! В глазах Стэлле засверкали молнии, и она даже начала приподниматься. Гном, наоборот, весь сжался, понимая, что сморозил глупость.
– Ты! – В словах феи звучал лед. – Если бы ты не был другом Вана, я размазала бы твои глупые мозги по стенке. Ты сомневаешься в моих словах? Как ты смеешь разговаривать со мной подобным образом? Со мной, Верховной феей!
– Извини… – испуганно проблеял Гниммер и сам уже осознавший, что переборщил. Ему повезло – фея была в добром расположении духа.
– Итак, – произнесла она, повернувшись ко мне, – ты с нами?
– А что, разве есть выбор? – поинтересовался я, пожав плечами.
– Пожалуй, действительно нет! – кивнул Солавар.
– Тогда до встречи. – Стэлле встала из-за стола. – Меня ждут в Феерграде.
Снова в комнате вспыхнул портал. Я повернулся к гному:
– Ты как, Гниммер? Решился?
– Да что с вами делать? – удрученным тоном произнес тот. – Как ты правильно заметил – выбора-то нет!
– Почему нет? – улыбнулась Стэлле, не упустившая возможности маленько отомстить. – Насколько я знаю из летописей, Маурон ненавидел гномов. Обычно сдирал с них живых кожу и сжигал тело, завернутое в нее. Так что выбор есть!