И вновь продолжается бой!
Шрифт:
Всё это не прибавляло скорости процессу, зато я успел согласовать легенду своего побега. И отрепетировал речь так, чтобы от зубов отскакивала. Неплохо получилось, даже нужные эмоции изобразить смог. Эх, надо было в актёры подаваться, сейчас жил бы, горя не знал. Шучу, конечно, актёр из меня как пуля из известной субстанции. Но никто ничего особого и не ждал, так что прокатило. А сейчас от меня требовалось сидеть тихо и никому не мешать, что я, естественно делать не собирался. Но у них и без меня проблем хватало.
— Мы категорически не можем выпустить вас в эфир вместо шестичасовых новостей! — ворвался в
— Не надо кричать. Пойдёмте поговорим спокойно. — поднялся ему навстречу Клаус и обернувшись к Густаву ткнул в меня пальцем. — Глаз с него не спускай!
— Чего там опять стряслось? — меня как раз отпустили, и я плюхнулся рябом с «хорошим шпионом», на место ушедшего Клауса, закидывая Густаву руку на плечо. — Вот скажи мне американец, в чём сила? Думаешь сила в деньгах? А вот и не верно! Сила в ньютонах! Тише, тише, тише… Мой друг такой чувствительный. Если случаются какие-то проблемы, начинает нервничать и даже может устроить истерику. — Последнее я сказал по-немецки, обращаясь к удивлённо уставившейся на нас визажистке, одновременно удерживая бьющееся в агонии тело американского агента и ногой подхватывая знакомый тёмный шар, выпавший из него.
Если кто-то думал, что после победы над ведьмой я заброшу тренировки Пробоя, то он сильно ошибался. Наоборот, я удвоил работу с этой ультимативной техникой. Да, она была не слишком удобной в применении, но при этом возможность убить энергета на несколько рангов выше себя окупала всё с лихвой. А главное, что теперь на её использование мне не требовалось слишком много энергии. Тех крох, что у меня осталось хватило, правда и прокол получился микроскопическим. Это лишь означало, что стоило тщательно подходить к месту удара и я выбрал голову. Затылок, а точнее место соединения головы и позвоночника.
Именно повреждение спинного и головного мозга могло дать эффект даже если удар получился бы не смертельным. Как минимум можно было рассчитывать на паралич, но всё получилось, как надо. «Хороший шпион» Густав отправился в страну Вечной охоты, или куда там попадают после смерти агенты ЦРУ, а я, как только закончились судороги агонии, усадил его поудобнее на стул, а сам поднялся на ноги.
— Красавица, подскажи, где у вас ватерклозет? — сделав жалостливое лицо я повернулся к визажистке. — Мой товарищ уснул, он всегда вырубается, когда начинает волноваться, а мне очень приспичило! Обещаю мокрыми руками за лицо не браться и быть предельно осторожным!
— По коридору до конца, направо, затем по указателям. — Вздохнула девушка. — И стоило изображать из себя дебила?
— Прошу прощения, это небольшая игра. — я приложил руку к сердцу. — Обещаю, больше этого не повторится! Ладно, я быстро. Не будите, пожалуйста, его. Пусть отдохнёт.
Естественно, ни в какой туалет я не пошёл. Путь отхода был продуман мной ещё когда мы только шли к гримёрке. Телецентр был огромным, с множеством павильонов, где одновременно снимался добрый десяток программ и мимо нескольких мы проходили, но лично меня интересовал только один. Тот, который на данный момент рабочие полностью перестраивали. Шум, гам, множество народу в одинаковых спецовках, шныряющих туда и сюда. Одни декорации заносят, другие уносят, кто-то что-то долбит, кто-то крутит. Короче нормальная рабочая суета,
Найти подходящего по размерам рабочего особого труда не составило. Как и обнаружить укромный уголок. Два коротких удара в корпус и по голове и бессознательная тушка лишается робы и бейджа. Натянув спецовку прямо поверх своей одежды, я подхватил кусок непонятной конструкции, которую тащила моя жертва и шустро двинулся вслед за остальными. Секунды до обнаружения тела Густава стремительно утекали, но я заставил себя не спешить и делать всё так же, как остальные и это принесло свои плоды. Следуя за рабочими, я спустился вниз, на склады, сдал свой груз, оказавшийся куском декораций от какого-то шоу, и заметил ворота на улицу, где как раз разгружалась фура.
— Пойду перекурю, — в кармане робы удачно нашлись сигареты, поэтому махнув удивлённо уставившимся на меня коллегам, я двинул на улицу, по дороге угостив куревом охранника и ещё одного рабочего, благо табличка с указанием места для курения имелась в наличии и указывала точно на дверь. И там действительно нашлась лавочка с урной, где уже смолило ещё пара человек. — Вот проклятье, одна штука осталась! Я сбегаю, куплю.
— Дождись конца рабочего дня, — начал было пожилой рабочий, но видя, что я, не слушая его двинулся к воротам телецентра досадливо махнул рукой. — Молодой балбес! Увидят, что покинул территорию, выпишут штраф! Ничего, умнее будет!
Собственно, это было единственно препятствие на моей пути к свободе. Охрана даже не взглянула на бейджик, махнув рукой чтобы проходил. Оно и понятно, человек в робе с символикой телецентра идущий изнутри явно был своим, а их задачей было прежде всего не пускать посторонних. Вот если бы я попытался вернуться могли бы быть проблемы. Но я этого делать не собирался, а свернув в ближайший проулок ловко скинул с себя спецовку, засунув её в ближайшую урну и спокойной походкой двинулся подальше от места, где я должен был совершить предательство своей страны, семьи и всего, что мне дорого. Только вот зря пиндосы решили, что я поведусь на их бабло. Если уж на то пошло, я уже практически был долларовым миллионером и мне не нужны были их грязные деньги.
Куда может податься беглец в незнакомом городе? Конечно туда, где тусуются студенты, среди которых можно затеряться! А учитывая, что кое какие знания у меня имелись я с лёгкостью вышел на так называемый Бермудский треугольник, место, забитое как туристами, так и местными, решившими отдохнуть в одном из многочисленных заведений. Чуть позже вся эта толпа расползётся по ночным клубам или отелям, но пока здесь вполне возможно было встретить как гостей из-за рубежа, так и студентов, отмечающих очередной день недели.
Жертв я нашёл почти сразу же. Две подружки, лет двадцати сидели за столиком потягивая штурм, молодое ещё не перебродившее вино, фактически даже винное сусло, особый австрийский напиток, который практически не встречается в других местах. В меру симпатичные, особенно по меркам немок, которые, скажем прямо, женской красотой никогда не отличались. Уже немного выпившие, с блестящими глазками, бегающими по сторонам и готовой к приключениям задницей. Именно такие мне и нужны были, хотя сгодилась бы и одна из них. Но найти одинокую девицу было на порядок сложнее, поэтому я, не раздумывая пошёл на абордаж, стараясь опередить несколько парней, тоже наметивших подружек целью.