Игра II
Шрифт:
Ладно, мы и так уже лишнего испытываем здесь свою судьбу, пора и честь знать. Я с трудом закинул тяжеленые плавники на скамейку, заставив ковёр-вертолёт знатно просесть, опустил его пониже, забрался сам. С парой поломанных винтов и дополнительной тяжестью, полёт стал совсем не таким уютным, когда этого: вся конструкция тряслась и содрогалась, хорошо хоть, что большая часть вибрации гасилась канатами, на которых висела скамейка, а то Зубру бы не поздоровилось. Плюнув и на кротов, и на сожаление о том, что с редкой туши залётного иномирца мы, возможно, собрали всё ценное и поклявшись себе, первым делом развить сопряжение со сканером, чтобы такого больше не случалось, я кое-как поднял наш агрегат на пару метров над землёй. На бреющем полёте мы помчались вслед за Тузиком, который к этому времени покинул опасную зону и уже добирался до ближайший берёзовой рощи. Кроты, зашуганные появлением чужеродного монстра, расползлись по своим нормам и не казали оттуда носу, поэтому путешествие и наше, и Тузика прошло без осложнений, вернее, почти прошло.
Какой милашка, и как я его боялся еще несколько дней назад?
Взмах потрошителя и кончик носа, и щупальца упали на землю, а крот засучил лапами и начал проваливаться опять под землю, в итоге, воткнувшийся кончик потрошителя ему в пузо, под его же весом вспорол его до самой шеи, оправдав свое название. Еще один рывок, несколько быстрых шагов, и вот у меня под руками гладкая кора молоденькой березки, а дрожь земли, преследовавшая нас во время всего забега, исчезла.
Глава 7
Палатку мы расставлять не решились: стены, пусть и столь хлипкие, но создающие уют, в нашей ситуации были просто непозволительны. Опасность могла нагрянуть с любой стороны, поэтому мы ограничились тентом, растянутым меж четырёх берёз в глубине рощи. С одной стороны нас прикрывал жестяной бок нашей кибитки, с другой, застывший в летаргическом сне Тузик, две стороны остались открыты всем ветрам и теперь мы сидели спина к спине, вслушиваясь в мерный перестук капель по тенту, всматриваясь во все больше сгущающийся сумрак леса.
Правда, сразу мы сюда не пришли, кротовое поле нас так просто не отпустило. Во-первых, мне пришлось добраться до телеги и снова перенастроить управление оставшимися дронами, на обычный пульт, который все продолжал действовать, несмотря на то, что им мы пользовались гораздо дольше, чем сферой управления, считающейся самой продвинутой и сложной из всех имеющихся у нас в учебке. Но и переподключение нам не помогло: на один пульт одновременно можно было настроить только два квадрокоптера и наш ковёр-вертолёт отказывался лететь даже без лишнего веса в виде наших тушек. Даже, когда я задействовал два квадрокоптера, поставленных по диагонали, конструкцию начинало переворачивать. В итоге, мы не смогли вернуть ни коптеры, ни артефакты, добытые со змея, которые во время моих экспериментов оказались на земле. Пришлось выпрягать Тузика из телеги и заняться давно уже знакомым делом по выманиванию и уничтожению аборигенов кротового поля, только в этот раз мы не стали использовать вдруг ставшие сверхдефицитными мины, а пошли в рукопашку.
Вернее, в рукопашку пошёл я, а Зубр, положив пулемёт рядом с собой, остался бдить за окружающим.
Тузик весело взвизгнул гусеницами, выбираясь из рощи на кротовое поле и делая там круг почёта. Взбаламученных нашим присутствием местных обитателей долго уговаривать не пришлось: сразу два земляных бугра поползло в нашу сторону, с трудом взрыхляя перевитую древесными корнями почву. В конце концов им надоело рвать упругие берёзовые корневища, и они выглянули посмотреть, стоит ли потенциальная добыча таких усилий. Один из них так ничего и не увидел, он очень удачно вылез из норы буквально в полуметре от меня, так что мне даже не пришлось слезать с брошенного под ноги щита, я просто приставил кулак к его затылку и активировал потрошитель. Зря я это сделал. Я сильно переоценил свои силы, а также возможности потрошителя, и сильно недооценил прочность черепа противника. Отдача отбросила руку назад с такой силой, что ее чуть не вывернуло из плечевого сустава, а перед глазами появилась надпись, которую я ещё здесь не видел:
Внимание! Снижение прочности артефакта Потрошитель. Прочность 99/100.
Но, всё же, потрошитель пробил толстую кость, уйдя вглубь черепа сантиметров на пятнадцать-двадцать. Для человека подобное вмешательство в его тонкую душевную организацию наверняка было бы смертельным, однако эта туша и не думала загибаться. Она начала резко поворачиваться в мою сторону, выворачивая заклинивший хитиновый клинок, а заодно и прикреплённую к нему мою руку из сустава. Пришлось плюнуть на всё, прыгнуть ему на спину и, уперевшись в неё двумя ногами, рвануть
— А что поделать? Вот такой недобрый цирюльник тебе достался.
Впрочем, возмущался зверь зря, как хорошо известно, древним брадобреям, в своё время приходилось не только равнять волосы на лице, но и заниматься лечебными кровопусканиями. Пусть моё кровопускание было и не лечебным, но я все ж-таки начинающий парикмахер и пока только учусь. Чтобы не расстраивать зверюшку и дальше, я принял удар его лапы, на ступни ног, оттолкнулся от неё разворачиваясь и вонзил остриё клинка в горло, двумя руками рванув его на себя. Кровь хлестнула бурным потоком, до предела поднимая местный радиационный фон, но радоваться победе было рановато, да и освобождённый клинок уже не мог мне помочь: заходящее солнце закрыла тёмная тень, и я понял, что не успеваю развернуться.
— Фракир фас!
Энергетический хлыст, провисевший на стреме весь бой около моей левой руки, метнулся мне куда-то за плечо, и через краткое мгновение оттуда донёсся треск энергетического удара. Шандарахнул хлыст знатно: неповоротливый в своём бронежилете, будто перевернувшийся на спину майский жук, я успел перевернуться и вскочить на ноги, пока наполовину вылезший из земли противник после удара всё ещё пускал слюни и пытался развести в стороны глаза, сейчас сведённые в одну точку. Я, осознав, что мой клинок недаром назвали потрошителем, не стал бить ни в какие твёрдые места, всадив его куда-то чуть пониже головы, где в принципе у нормальных существ должна быть шея, затем рванул клинок на себя перерезая ему пищевод и трахею. Опять судорожные трепыхания и потоки кисло пахнущей радиоактивной крови. Не знаю, насколько поднялся от этого радиационный фон, пока мои непонятные пять единиц перекрывали и общую радиацию, и фон, идущий от этих животин. Интересно как эти единицы соотносятся с более привычным нам рентгеном? Надо будет при случае проверить.
Я огляделся, но новых противников не увидел. Обтер лезвие о шкуру крота и вытащил шприц.
— Надеюсь, вы не очень боитесь уколов, я постараюсь быть предельно нежным.
Дальнейшее моё продвижение было более размеренным, далеко Тузика я не отправлял, чтобы тот не агрил кротов со слишком большой площади, притаскивая их исключительно по одному. Большинство из них вылезали рядом с Тузиком, однако некоторые как-то умудрялись учуять меня и выскакивали прямо у меня под ногами, однако щит, на котором я в это время стоял, был слишком большой, чтобы быстро провалиться в их нору, и им приходилось выползать рядом, а я пользовался возникающей заминкой, чтобы пару-тройку раз вонзить остриё потрошителя не в самые жёсткие части тела противника. На пятый или шестой раз эта работающая схема поломалась: из-под земли вылез особо жирный крот и угол щита, на котором я стоял провалился под землю, туда же провалилась соскользнувшая с гладкой поверхности нога и я, чуть не лишившись такой нужной мне нижней конечности, пересмотрел тактику, перебравшись на Тузика. Теперь мы двигались самым малым ходом, а привлечённые скрипом гусениц и вибрацией земли кроты выныривали рядом и шустро ползли вслед за нами, а я свесившись вниз, исполнял роль злобной швейной машины, строча потрошителем, будто швейной иглой, протыкая на удивление неподатливую шкуру или отрубая более мягкие щупальца вокруг их пастей, оставляя бедных животин истекать кровью. Нам повезло, что даже будучи смертельно раненными, кроты не стремились убежать или зарыться поглубже в свою нору, так что каждые две-три минуты хранилище выполнялось пятью, а то и семью наноботами. На десятом подземном монстре, когда их убийство уже превратилась в рутину, ко мне пришло долгожданное сообщение что уровень навыка сбора наноботов меня поднялся до двадцати четырех процентов. На количестве собираемых наноботов пока это никак не сказалось, но на крупных тварях, где сбор исчисляется уже сотнями единиц, эта прибавка скажется в лучшую сторону.
Закапал мелкий дождь, но он не шёл ни в какое сравнение с теми ливнями, что пару раз бушевали там у нас в части, поэтому мы не стали обращать на него внимания, продолжив геноцид местного населения. У меня вообще возникла мысль, что нам неплохо бы сделать здесь временный лагерь и набить как можно больше опыта и наноботов. Местные обитатели были нам как раз по плечу и их истребление не требовало от нас расхода дефицитных ресурсов, разве что только топлива для генератора, с помощью которого мы заряжали батареи Тузика. Однако я уже зарёкся делать здесь долго идущие планы, так как игра выдавала слишком много неожиданных поворотов, чтобы попытаться их все предугадать, так что будь что будет, пока поохотимся здесь, а через час, может быть, у меня под ногами откроется портал и я перенесусь куда-нибудь на Марс, подавлять там бунт местных не биологических существ.