Их любимая кукла
Шрифт:
– А почему не ты? – брякаю, не успев задуматься. И буквально чувствую, как ещё сильнее напрягается змей старший. От него так и фонит недовольством.
– Потому что брату с-с-сейчас очень хочется позаботиться о тебе. А тебе очень нуж-шно почувствовать его заботу, – со смешком отвечает Шоа-дар, оглушая своей прямолинейностью. Притом, не только меня.
Резко вскинув голову, я успеваю заметить, как сжимает челюсти Са-ард. Сужает грозно глаза, награждая брата раздражённым взглядом.
Ага, так по нему и видно, что он хочет обо мне позаботиться. Видимо, судьба
– Мне кажется, ты преувеличиваешь, Шоа-дар, – качаю головой, отворачиваясь. Чувствуя, как глаза начинает щипать от совершенно необоснованной обиды. Не на сурового старшего на-агара, а так, вообще...
Что-то я совсем расклеилась.
Впрочем, это и немудрено после всего пережитого. Да ещё после такого сна. Вот вроде бы бред, а всё равно душа не на месте. Хотя, о чём это я? Она и так не на месте.
– Брат не преувеличивает, – вдруг врывается в мои нерадостные мысли голос Са-арда. И я слышу, как он поднимается с сафы.
А ещё спустя несколько секунд меня осторожно вынимают из рук змея младшего и действительно уносят в спальный отсек.
– Я же не соглашалась, – бормочу с вымученным возмущением где-то на полпути.
– Вслух не соглаш-ш-шалась. Но не ври, что в с-самом деле хотела отказаться, – замечает на-агар ровным тоном.
– Всё-то вы знаете, – фыркаю.
– Не вс-с-сё. И мы договаривались, что ты не будеш-ш-шь мне выкать.
– Мне сложно привыкнуть, – пожимаю плечами.
О том, что его командирские замашки этому привыканию тоже не особо способствуют, я благоразумно умалчиваю.
Чтобы не смотреть на его невозмутимое лицо, я ещё раз обвожу взглядом комнату управления. Снова отмечая, что тут всё выглядит так, будто ничего не произошло.
Всё стоит на своих местах. Третьего кресла больше нет.
Вместо окна в открытый космос снова тёмный экран…
– А это действительно окно, или мы видели только выведенное на экран изображение? – вырывается у меня животрепещущий вопрос.
– Действительно окно, – в голосе Са-арда появляется намёк на усмешку.
Даже так?
– А почему оно всегда закрыто? – поднимаю на него удивлённый взгляд.
– А зачем его открывать без надобности? – вопросительно изгибается белоснежная бровь.
– Может, чтобы видеть, куда мы летим? – произношу, и сама понимаю, насколько нерационально это звучит. Они и так всё видят, благодаря бортовым системам. – Ну или для того, чтобы любоваться открытым космосом.
– Любоваться? – теперь уже откровенно хмыкает Са-ард. – Если у нас возникнет такое ж-шелание, это всегда можно ус-с-строить. Окно закрыто, потому что наш-ш-ш корабль весь покрыт плотными энергетическими ш-щитами, которые надёжно защищают нас и делают максимально невидимыми и неосязаемыми для любых с-с-систем поиска. Когда носовые зас-с-слоны подняты, поддержание целостности этих ш-щитов требует гораздо больш-ш-ших энергетических затрат. Поэтому мы их и не поднимаем без надобности.
И почему теперь в его интонациях мне явственно слышится подначивание? А предложение заставляет устыдиться своих прежних мыслей. Ну вот же. Чем не забота? Бескорыстная притом.
– Спасибо, но это лишнее. Я сегодня уже насмотрелась, – отвожу взгляд.
– Расскажеш-ш-шь, как во второй раз провалилась в видение? – мягко интересуется на-агар, занося меня в свою каюту.
– Так же, как и в первый, – признаюсь тихо. – С той лишь разницей, что в этот раз я полностью осознавала происходящее. Слышала ваши голоса. Понимала, что на самом деле нахожусь на корабле. Так что Шоа-дар был прав. Степень моего погружения напрямую зависит от того, понимаю ли я, что происходит.
– Это хорош-ш-шо, – Са-ард всё так же бережно опускает меня на кровать. И одним ловким движением стягивает с меня свою сорочку. – Ложись на живот, Ж-шеня.
Наблюдая, как он закатывает рукава, скользя потемневшим взглядом по моему обнажённому телу, я невольно сглатываю. Не от страха. От предвкушающего волнения. И от неожиданной волны жара, омывшего меня изнутри.
Чёрт. Эти на-агары меня в нимфоманку какую-то превращают.
– Ж-шеня, ложись, – многозначительно тянет Са-ард. И смотрит на меня так… понимающе.
У-у-у-у, змей искуситель.
Вспыхнув, как спичка, я поспешно отворачиваюсь и послушно растягиваюсь на кровати так, как он велел.
– Хорош-ш-шая девочка, – слышу ласковое. – Я сейчас вернусь.
Судя по доносящимся до меня звукам, он уползает в очистительный отсек. Подняв голову, я вижу конец чёрного с серебристым узором хвоста, оставшийся в спальне. А потом обратно появляется и сам Са-ард с каким-то флакончиком в руках. Это масло?
Кажется, мне собираются устроить настоящий массаж. М-м-м, пожалуй, я уже вся в нетерпении.
– Подсматриваеш-ш-шь, – усмехается он клыкасто.
– А что, нельзя? – ворчу с лёгким вызовом. Ведомая неудержимым желанием получить хоть какой-то реванш в нашем с ним сегодняшнем общении.
– Пока что можно, – получаю довольно загадочный ответ.
Пока? А потом что, нельзя будет?
Оказавшись возле кровати, Са-ард плавно заползает ко мне на огромное ложе. Большая ладонь приятной тяжестью опускается на мою поясницу и плавно скользит вверх по позвоночнику, останавливается между лопаток.
– Закрой глаза, Ж0шеня, – склоняется надо мной на-агар. – Расслабься. И получай удовольс-с-ствие.
И как-то так многообещающе это звучит, что у меня даже мурашки по коже бегут. Даже веки тяжелеют, так что выполнить его распоряжение совсем не сложно.
Вот никогда не думала, что когда-либо смогу так легко доверять своё тело мужчине. И наслаждаться всем, что этот мужчина со мной делает.
Отстранившись, он убирает руку. И спустя минуту я чувствую, как на мою спину что-то капает. В воздухе начинает ощущаться пряный сладковатый аромат. Масло.