История нашей жизни том-4
Шрифт:
– Пожалуйста, проходите, гостями будете, – любезно принимал нас в гостинице осетин в черкеске, с кинжалом на поясе и с газырями на груди. – У меня есть номера семейные и одиночные. Могу предоставить номера для двоих молодых и пожилых господ. Можно отдельный домик для семьи. Как вам будет угодно? Мои услуги на ваш выбор. Сами можете выбрать место отдыха.
– Павел Степанович! За меня не беспокойтесь, – обратилась, к графу. – Пускай меня Устин проводит до церкви. Мне надо договориться с батюшкой Силантием и настоятельницей Агафьей насчёт отпевания завтра усопших. Ещё с батюшкой Силантием должна обговорить наше венчание с Фёдором. Ночевать останусь в своей
– Пускай будет так, – согласился Павел Степанович. – Мы утром семьёй заедем за тобой в церковь.
Семья Лебедевых стала располагаться по номерам в гостинице, а с Устином поехала в церковь, которая находилась не далеко от гостиницы, на правом берегу Терека, в центре города.
– Здравствуй, Мария! Хорошо, что ты заехала к нам, – приветствовал меня, батюшка Силантий. – Наши девчата два дня, как приехали. Рассказали мне, что ты собираешься венчаться у нас. Настоятельница Агафья шибко недовольна твоим решением. Кому теперь наш хор поручить? Ведь здесь нет достойного человека.
– Батюшка Силантий! Хор можно передать Марфе Аксёновой, – подсказала. – Марфа очень старательная. Может руководить хором и голос у неё певучий. Соглашайтесь, батюшка. С ней поговорю. Думаю, что Марфа будет согласна. Вы убедите в этом настоятельницу Агафью, чтобы она уступила Марфе наш хор.
– Пожалуй, твоё предложение подходит, – согласился Силантий. – С настоятельницей поговорю.
– Батюшка Силантий, с графом Фёдором Лебедевым буду венчаться у вас, – продолжила, наш разговор. – Это для меня очень важно. Мне не хочется терять связь с родными местами. Жить мне придётся далеко в России, а через церковь и господа Бога всегда буду со своими родными. Венчание, возможно, будет через месяц? На нас в дороге напали абреки, есть жертвы и раненые. Завтра мы привезём своих усопших на отпевание. После похороним усопших здесь на городском кладбище. Затем поедем в наш Старый хутор на речку Белка. После благословения моих родителей назначим время нашего венчания. Вот и все, батюшка Силантий, пойду к девчатам. Поговорю с подругами. Там и заночую. Встретимся завтра утром здесь в церкви.
Батюшка Силантий перекрестил меня, поцеловал в голову. Поцеловала его руку, перекрестилась и вышла из церкви. Коляски Устина не было на площадке у церкви.
Сразу сказала Устину, чтобы он ехал отдыхать, так как моя жилая комната находилась тут близко от церкви. Можно мне туда пройтись и пешком. Меня здесь никто не обидит. Каждый знает, что служу в хоре певчих.
– Ой! Мария вернулась! – завизжали девчата, когда вошла в дом, где жили монашки из хора.
Мы стали целоваться и обниматься, словно не виделись целую вечность. Девчонки плакали от радости нашей встречи. девчатам рассказала о нашем путешествии и о трагедии у Эльхотовских ворот. Девчонки рассказали о своих путешествиях обратно во Владикавказ. Где останавливались.
– Разговаривала с батюшкой Силантием, насчёт руководства хором, – сказала, девчатам. – Батюшка поддержал предложенную мной кандидатуру. Хором будет руководить Марфа Аксёнова…
– Ура! – разом, закричали девчонки. – Мы победили! Да здравствует, Мария! Мы рады за Марфу!
Когда девчонки перестали визжать от торжества выбора руководителем хора Марфы Аксёновой, стала им рассказывать о тайнах моего жениха, который ухитрился нашить мне целый гардероб точных платьев и костюмов без снятия с меня мерок на шитье. Девчонки внимательно слушали мои рассказы.
Лишь Марфа Аксёнова
– Мария, извини меня, – перебила мой рассказ, Марфа Аксёнова, – но в тайне графа есть моя вина.
– Ты, о чём? – удивлённо, спросила, Марфу Аксенову. – Какая тайна и в чём именно? Ты поясни.
– Помнишь, когда нам предложили сменить монашескую одежду на русские и казачьи костюмы, чтобы мы могли выступать с хоровыми концертами среди населения, а не только в церквях? – опустив голову, объясняла Марфа Аксёнова. – Так вот, это все придумал граф Фёдор Лебедев, а никто-то другой. По просьбе графа Фёдора Лебедева, год назад, стащила у закройщицы твои мерки. Ты, уж, извини меня. Это сделала для твоего счастья. Совершенно бескорыстно. Хотя, граф Лебедев, предлагал мне большие деньги. Но от денег отказалась.
– Марфа! Как ты могла так поступить?! – стали возмущаться девчата. – Мария, всегда, старалась…
– Девчата! Прекратите обсуждать её, – прервала, нападки девчат на Марфу Аксёнову. – Она правильно поступила. Вовсе не собиралась быть монашкой. Поэтому, Всё равно, вышла бы замуж.
– Ну, как, ты попробовала? – таинственно, спросили меня монашки. – Это было приятно для тебя?
– Да, вы, что?! – отмахнулась. – Божьи пташки, как вы могли такое подумать? Пока, невеста.
– Мария, ты прости нас, – стали извиняться девчата. – Ведь мы ничего не знаем. Только песни, да молитвы. Когда это происходит, до свадьбы или после свадьбы? Любовь для нас закрытая тема.
Разговор с девчатами прекратился поздно ночью. Сослалась на завтрашние заботы. Пошла спать в свою комнату, которая находилась в другом крыле здания. Когда стала закрывать шторы в комнате, то, при свете уличного фонаря, увидела медленно проходящую девушку.
Она шла, опустив голову и слегка, вздрагивала, как бы плакала, или боялась чего-то. Что-то знакомое показалось мне в этой девушке. Внимательно пригляделась и была сильно удивлена. То была Ольга.
Такое позднее время! Одна, в совершено незнакомом ей городе! Опять с ней что-то случилось? Надо мне пойти ей помочь. Взяла тёплую шаль и вышла на улицу. Ольга тихо плакала, вовсе не обращая внимания на меня. Словно рядом с ней никого не было. Одна она в мире обид и трагедий. Надо поговорить с ней.
– Оля! Что с тобой случилось? – спросила, накидывая тёплую шаль на её плечи. – Откуда ты тут?
– Пошла из госпиталя в гостиницу и заблудилась, – дрожащим голосом, тихо, ответила Ольга.
– Ладно, – успокоила, Ольгу. – Все будет нормально. Пойдём ко мне в комнату. Нам пора спать.
Мы зашли в комнату. При свете керосиновой лампы увидела, что платье Ольги сильно забрызгано кровью. Ольга встретилась со мной взглядом. Увидела в её взгляде какой-то страх. Что-то с ней случилось? Наверно, обратно её изнасиловали? Какой ужас! Сплошная беда над девочкой.
– Что это у тебя платье в крови? – осторожно, спросила, Ольгу. – С тобой опять что-то случилось?
– Нет, все в порядке, – ответила Ольга, снимая с себя испачканное кровью платье. – У меня с носа кровь сильно текла. Ты родителям не рассказывай. Они и так за меня переживают. Все пройдёт.
– Хорошо! – согласилась сама. – Но тебе придётся сейчас застирать платье. Пока надень моё платье.
Полезла в свой домашний сундук, который мне смастерил братик Гурей. Достала из сундука самоё лучше платье и отдала его на Ольгу. В этом платье Ольга стала похожа на терскую казачку. Мне было приятно, что моё платье было в самую пору Ольге.