Изверг его светлости
Шрифт:
Вдруг есть что-то такое, что Марианна знала, но не сказала мне? Например, о периодах появления василисков? Или что-то ещё?
Мысли пока плавали, сосредоточиться не получалось катастрофически. Бланка не задавала лишних вопросов, зато ловко помогла мне промыть волосы. После ванны обработала ранки и расторопно подготовила платье. Домашнее такое, серенькое, но вполне со вкусом.
Сейчас лучше выглядеть как можно более страдальчески, поэтому придется отставить всю сорочью радость в сторону. Сорока внутри, конечно, погоревала, но
— Если вы готовы... — осторожно начала Бланка.
Я посмотрела на себя в зеркало, подумала и взяла веер.
— Готова. Идем.
Бланка хихикнула:
— О, вы даже в такой ситуации не забываете про этикет. После всего произошедшего готовы прикрыть улыбку.
— Главное, после всего не врезать веером тому, кто эту самую улыбку рискнет стереть.
И прошла мимо Бланки, явно переваривавшей услышанное. Однако она быстро очнулась и практически побежала за мной.
— У нас ещё никогда не было таких, как вы, в поместье, — пробормотала она.
Я промолчала, понимая, что и так сказала достаточно. Характер как шило — в мешке не утаишь. Поэтому не остается ничего другого, как вовремя останавливаться. Настроение у меня сейчас тоже не из лучших. И если Томаш попытается меня в чем-то обвинить, то ещё вопрос, чьи перья полетят в разные стороны.
Томаш работал в кабинете. Бланка доложила о моем прибытии. Только кивнул, не поднимая головы от документов. Я прошла к нему и опустилась на стул напротив. Неудобно как-то. Будто специально так выбрано место. Допросы он тут устраивает, что ли?
Томаш занимался бумагами. Пользуясь моментом, я рассматривала его. Красивый. Классической красотой такой. У нас был бы на ролях героя-любовника во всех фильмах. Дамы бы томно вздыхали, кушали свой эклер и говорили, что хотят такого возлюбленного. А потом шли бы к своим мужьям, потому что эстетическое удовольствие – это эстетическое. Смотри, но не трогай.
Интересно, была ли у Гнезда Воронов хозяйка? Или же он предпочитает всем заправлять самостоятельно?
Пока что ничего определенного сказать о Томаше я не могла. Слишком мало было встреч, чтобы сделать конкретные выводы. И сейчас я просто прикидывала, какой могла бы быть пани Врана. Хм… может быть, чтобы не доставал Марианну, подобрать ему супругу? А что? Всегда работает.
В этот момент Томаш нахмурился, словно что-то почувствовал. Отложил бумаги, поднял взгляд и, сцепив руки, произнес:
— Итак?
Я резко раскрыла веер, всем видом показывая, что жду уточнений. Недосказанность – это прекрасный инструмент. Но не тогда, когда направлен против вас. Поэтому пусть четко проясняет ситуацию.
— Что именно интересует вас, пан хниздо Врана?
Будь я более собранной, то вообще бы не задала вопроса, выдерживая паузу. Но сейчас откровенно хотелось разобраться с ситуацией и вернуться к себе. Играть во взрослые игры не было никакого настроения.
— Я хочу услышать вашу версию произошедшего.
Глаза
Но, понимая, что это необходимая часть, я честно пересказала все события. Томаш немного хмурился, кивал, но не перебивал. Слушателем оказался отменным.
Когда я завершила, повисла тишина.
— Вот как… — только и сказал он.
За всё время моего рассказа я интуитивно ждала, что сейчас он скажет: не разрешал Марианне выезжать в город, брать крылушку, водить компаньонку по городу и… что-нибудь ещё. Только вот ничего подобного Томаш не озвучил. Следовательно, Марианна не нарушала никаких запретов, а он не пытается корчить из себя деспота.
Очень интересно.
— Ясно, — наконец-то подытожил он, только вот мне было совсем ничего не ясно.
— Что вы имеете в виду?
— Что в следующий раз вы должны быть осторожнее.
— Это понятно, — осторожно сказала я, решив не острить. Ситуация как-то не располагала. – Но хотелось бы ориентироваться в происходящем лучше. Мне рассказали о тёмной магии, но это крохи.
Томаш встал, заложил руки за спину и подошёл к одному из шкафов. Некоторое время внимательно изучал корешки книг взглядом, потом вытащил одну из них и протянул мне.
Я настороженно глянула на черную обложку со странным золотым знаком. Больше ничего. Попробуй догадайся, о чем тут. Может быть, и открывать не стоит? Ну, а как там вместо страниц челюсти, которые хватают за пальцы?
Однако Томаш не обратил на мою опаску внимания, сказав:
— Прочитайте это. Этой информации нет в тех книгах, что вам принесли. Здесь всё показано более… глубоко. К тому же выучите заклинания. Они помогут на начальном уровне.
— А что делать, чтобы уровень не был начальным?
Кажется, мы приближаемся уже к чему-то предметному.
Он наконец-то посмотрел на меня. Ухмыльнулся уголком рта:
— Мы над этим будем работать. Я уже договорился. На днях прибудет учитель. Он поможет вам овладеть магией светокрылов. Но при этом… С Сороками вам лучше пересекаться поменьше, пока мы не проработаем легенду. Потому что вы из другого мира – ваша сила отличается.
Я неосознанно погладила черную обложку. Вот оно что…
— А этот учитель… Его не удивит, что со мной… всё не так?
Томаш вздохнул:
— Я сказал, что у вас после потрясения проблемы с магией.
— Потрясения? – уточнила я. – Надеюсь, я не выпала из гнезда?
— Выпали, — совершенно невозмутимо сказал он, и я поперхнулась готовыми сорваться с губ словами.
Нет, ну это вообще безобразие! Какое отчаянное невежество!
Однако Томаш как ни в чем не бывало продолжил:
— Впрочем, можете поменять место падения. Главное, доложите мне. У вас травма, которая не давала нормально пользоваться магией. Так как вы сирота, то и заняться вашим лечением было некому.