Камень
Шрифт:
Со стороны моей команды раздался победный рёв, который просто не могли издавать четыре человека. Я обернулся и заметил, что все, кто играл в регби и занимался в спортивном городке, стоят неподалёку, и с рёвом прыгают на месте.
Всего это веселье было прервано очередной командой ротмистра на построение.
– Курсант Пожарский, подойдите ко мне. – приказал Смолов, когда я попытался встать в конце строя. – Снимите шлем и балаклаву. – сказала он подошедшему мне.
Когда я оказался с «непокрытой» головой, а строй наконец затих, ротмистр меня представил:
–
«Волкодавы» не спешили расходиться, разглядывая меня как неведомою зверушку. Не обращая больше ни на кого внимания, Смолов обратился ко мне:
– Алексей Александрович, пойдёмте, нас ждёт тир.
Уже когда мы шли по лесу, Смолов поинтересовался у меня с улыбкой:
– Князь, а вы никакого подвоха не заметили?
– Да нет… Разве что, когда меня попросили мяч подкатить на центр поля…
– Именно! А подвох был в том, что этот шар, на моей памяти, в одиночку до центра поля смог дотолкать только один человек, и то на пределе своих возможностей. – ротмистр ухмыльнулся. – Через это испытание проходят все новички, и я когда-то проходил… А вы, Алексей Александрович, особо и не напряглись, толкая круглого до центральной отметки, а потом ещё и против пятерых не только выстояли, но и шар за линию загнали! Так что вы теперь у нас звезда! – он, улыбаясь, смотрел на меня.
– А кто был тот, который дотолкал?
– Полковник Орлов.
– Понятно. – протянул я. – Виктор Борисович, вы, когда к строю обращались, помимо господ офицеров, упомянули ещё и дам…
– Алексей Александрович, не бегите вперёд паровоза! – улыбался ротмистр. – Ещё успеете со всеми познакомиться!
В тире Смолов положил на стойку передо мной «Стечкин» и десять патронов к нему. Отстрелявшись на двадцать пять метров, я приблизил к себе мишень.
– Семьдесят. – подсчитал ротмистр. – Для лицея может быть и нормально, но для нашего подразделения из рук вон плохо! Насколько я знаю, Иван Васильевич разговаривать с вами о задачах, стоящих перед нашим подразделениям. – я кивнул. – Так вот, в свете этих задач, применение нами оружия является крайней мерой, когда ничего другого не остается. Но, это применение ни в коем случае не должно приводить летальному исходу объекта задержания, жизненно важные органы злодея не должны быть задеты даже близко, а значит сотрудник точно должны знать, куда он целится – туда и попадает! Это понятно?
– Да, Виктор Борисович. – кивнул я.
– Отлично! Огневую подготовку будем подтягивать, борьбу тоже, хотя, с ней у вас все в порядке, на себе испытал. – Смолов демонстративно потёр шею. – Ножевой бой с нашими специфическими приемами освоите, пройдёте стажировку минёров, ну и так, по мелочи. А на сегодня вы можете быть свободны, Алексей Александрович.
– Когда в следующий раз, Виктор Борисович? – поинтересовался
– Следующий раз во вторник, у вас же три пары будет?
– Да. Тогда до вторника!
– И ещё, господин курсант! Шкафчик за вами закреплён, оставляете все там.
На обратной дороге из Ясенево Прохор спросил:
– Ну что, Алексей, задал жару господам офицерам?
Пришлось рассказывать всё моему воспитателю, не забыл я попенять ему за мою плохую огневую подготовку.
– Да я сам как-то не особо хорошо стреляю, для сотрудника корпуса, конечно… – хмыкнул он. – Ты же сам знаешь, что я ножи люблю, и тебя этому делу учил…
Да уж, с колюще-режущими предметами они, на пару с его знакомцем Фёдором Кузьмичом, занимавшимся со мной «казачий спасом», обращаться научили.
– Так что, Лёшка, сделают из тебя в Корпусе человека! Не захочешь – заставят!
Высокопоставленный чиновник вместе с помощником смотрели на огромной плазменной панели видеозапись из Ясенево с тренировки «волкодавов».
– Неплохо. – откинулся в кресле хозяин кабинета. – Что-то ещё?
– Да, мой господин! К молодому человеку проявили интерес девицы из семей Юсуповых и Долгоруких, с которыми он вместе учится.
– Вот как? Ты досье на них подготовил?
– Всё здесь. – помощник положил папку на краешек стола.
– Гляну на досуге… Ещё что-нибудь?
– Нет, мой господин. – помощник поклонился и покинул кабинет.
Глава 6
Днем, в субботу, мне позвонил Андрей Долгорукий.
– Алексей, мы сегодня собираемся ночной клуб, а перед этим пойдём в ресторан. Я и девочки тебя приглашаем. Инга просила передать, что ты обещал и твоя явка обязательна. Так как?
– Андрей, спасибо за приглашение, обязательно буду.
– Отлично. Адрес и время вышлю тебе в сообщении. – Долгорукий положил трубку.
Первым делом, я приготовил себе одежду на вечер – джинсы, рубашку и клубный пиджак, при этом вспоминая добрым словом Лесю, которая помогла мне всё это подобрать. Сегодня я опять ночевал у неё, а утром был отправлен домой под предлогом того, что ей надо было собираться и ехать на студию. Чтобы не отвлекать девушку от работы, я не стал звонить, а написал сообщение о том, что сегодня ночью иду в клуб, на что, через некоторое время, получил краткий ответ: «Отдохни от меня хорошо! Целую!» и улыбающийся смайлик… Святая женщина!..
К восьми часам вечера Прохор отвёз меня до ресторана «Уютный дворик», который соответствовал своему названию и находился во дворе старинного особнячка, и, судя по гербу на вывеске, принадлежал Роду Долгоруких. Метрдотель на входе поинтересовался моим именем, после чего проводил к моим университетским приятелям. Пока мы шли до их столика, я успел оглядеться. Сам ресторан был небольшой, буквально на десять-двенадцать столиков, занятых из которых была буквально половина, причём, один из столов занимали охранники молодёжи в строгих деловых костюмах.