Караван историй.Анастасия Волочкова. Ночная волчица.
Шрифт:
Возглавивший недавно балет Большого театра Сергей Филин тут же позвонил мне:
— Настя, у меня проблема. Нет вакансий. Я начал выяснять обстановку и обнаружил, что ты числишься в штате! А ведь ты у нас не танцуешь...
Я онемела от возмущения:
— Получается, первый, кто должен подвинуться, Волочкова? Я вообще-то еще не достигла пенсионного возраста! Может, еще организую свой бенефис на этой сцене, которой лишена вот уже восемь лет по милости «замечательного» руководства. Не лучше ли начать с сорокапятилетних девушек из кордебалета? Я выстрадала право быть
меня это дело чести!
— Для тебя — дело чести, а для кого-то ставка.
— Сергей, я не получаю зарплату в Большом театре с 2003 года.
Когда шел суд, мой счет арестовали. Выиграв процесс, я спросила:
— Где мои деньги?
В бухгалтерии театра замялись:
— Позвоните в банк.
Я не поленилась и даже приехала туда, чтобы услышать: «Ваш счет аннулирован». До сих пор не знаю, где мои деньги. И не стремлюсь узнать: не хочу снова лезть в это болото, погрязшее в коррупции, воровстве и разврате.
Я была совершенно измучена войной с пешками, которые двигал мой всесильный бывший возлюбленный, когда встретила Игоря Вдовина. Он очень меня поддержал, всегда буду ему за это благодарна.
Всех почему-то очень интересует, почему наш брак не был официальным. Даже обвиняют в том, что мы якобы обманули страну, сыграв свадьбу, не зарегистрировавшись в ЗАГСе. Вот уж глупость! Какое дело стране и людям до штампов в паспорте? Зато нашу свадебную церемонию вспоминают до сих пор, а мы с Игорем с удовольствием смотрим снятый о ней видеофильм. Голливуд отдыхает!
Вот я лечу на воздушном шаре, а вот еду в единственном в своем роде ретроавтомобиле по любимым местам из Петербурга в Царское Село. А как хороша была карета, подвозившая меня к императорскому дворцу, украшенная цветами моих любимых оттенков белого и фисташкового! Дворцы, фонтаны, катание на гондолах... Гостей в Петербург доставил свадебный поезд № 1 «Анастасия Волочкова». Клятвы жениха и невесты мы произносили под аркой из живых цветов. Я видела такие еще в детстве в западных фильмах, восхищалась и мечтала, что когда-нибудь у меня будет все точно так же. Чтобы произнести слова любви и верности, мы пригласили сотрудницу ЗАГСа. И даже расписались в пустых бланках. Она страшно волновалась, участвуя в этой «инсценировке», вся покрылась красными пятнами.
Игорь лично вникал во все тонкости свадебных приготовлений: какого цвета салфеточки на столах, цветы в вазах. Интернет пестрел обсуждениями: каков был бюджет нашей свадьбы? А я не знаю, даже неловко как-то. Она стала
для меня подарком Игоря. Я хотела быть невестой, хотела праздника, и он исполнил мою мечту. За один день я сменила пять роскошных свадебных платьев. Для девушки это незабываемые, невероятные воспоминания — волшебство! Мне кажется, что наша свадьба была изысканнее, чем у принца Уильяма... Конечно, не так масштабно — возможности не те, но, как мне кажется, гораздо душевнее.
Мы замечательно жили и очень любили друг друга. Игорь веселил меня, когда чувствовал, что мне грустно, устраивал приятные сюрпризы, возил отдыхать в красивейшие места, дарил замечательные подарки, приезжал, прилетал, где бы я ни выступала, зная, что его появление в зале меня всегда порадует.
Разве какая-то печать способна так связать людей? Обремененные
Спустя столько лет уже не хочется копаться в причинах нашего расставания, хотя, наверное, для кого-то эта история послужит хорошим уроком. Мне казалось, что счастье наше
безоблачно. И вдруг в одночасье все рухнуло. Я сильно переживала, изменения в семье стали трагедией потому, что я уже привыкла к счастью и радости, которые принес в мою жизнь Игорь. Разлад в отношениях не связан с изменой или предательством. Причиной стали новые духовные убеждения мужа.
Могу сказать одно: я очень страдала. Но я открытый человек и всегда делюсь как радостью, так и огорчениями. Мне казалось, что во избежание сплетен и домыслов нужно поведать о моей печали людям. И я решилась на публичное признание в двух достойных СМИ: журнале «7дней» и программе «Пусть говорят» на Первом канале...
Надеялась на человеческое участие и понимание, но совершенно неожиданно в студии появилась Ксения Собчак и все, что я рассказала, было немедленно вывернуто наизнанку, мое горе превращено в фарс. По своему обыкновению, я старалась не реагировать. Но не могла сдержать слез. Тем более когда эта особа стала насмехаться над именем моей дочери. Ей почему-то не понравилось, что дочь зовут Ариадна. Какое ее дело? Причем здесь моя Ариша?
Наверное, только Бог дал мне силы перенести все это и не сломаться. Ведь в тот момент рушилась не только моя семья, но и творческая команда. До сих пор не понимаю, как люди, которым я доверяла, которыми бесконечно дорожила, относилась с уважением и любовью, с которыми столько довелось испытать, бросили меня без предупреждения, не оставив наработанных за долгие годы связей, контактов, даже телефонной книжки.
Я позвонила каждому сама: «Может быть, вы боитесь, что Игорь откажется финансировать мои творческие проекты? Зря — я вполне финансово самостоятельна. Давайте сядем, поговорим, и если вы не измените своих намерений, я поблагодарю вас за работу и мы расстанемся, но по-человечески».
Я думала: мы встретимся, выпьем по бокалу вина, вспомним все самое лучшее, что нас связывало и приносило радость. Это мой, возможно шизофренический, принцип, выражающийся в том, что жизнь надо помнить радостью встреч, а не горечью расставаний.
«Хорошо!» — ответили мне и назначили время встречи. Когда я пришла с тортом и шампанским, оказалось, что они уже успели отметить, но не продолжение нашего сотрудничества, а свой уход. Директор, которого я десять
лет считала своим другом, испугавшись угрозы безденежья, увел за собой всех. Это был серьезный удар. Я осталась одна и должна была сама каким-то образом выстраивать свой гастрольный график. Меня поддержал только мой партнер Ринат Арифулин. «У тебя все получится, Настя, — сказал он. — Люди в команде всегда заменимы, а Анастасия Волочкова — единственная! Бог на твоей стороне, потому что твой путь — путь правды!»