Кесарь земли русской. Трилогия
Шрифт:
– Томила - крикнул я.
– Вот Томила, это Бажена старейшина в этом селении, оставь у нее десяток самых молодых своих воительниц, пусть научат тут всех как с арбалетом работать и заодно охрану пусть несут, тут врагов много вокруг по лесам шастает.
У Бажены на болотном острове я зарыл одну бочку с золотом, а сверху мы поставили сруб, в этот сруб снесли часть железа и запас продуктов, а про золото вообще никто не знает я его ночью закапывал, пусть тут полежит, целее будет.
И так через пять дней мы пошли строго на юго-восток.
Да, да я понял как работает
Так как руда до переплавки сохраняет элементарные магнитные свойства. Вот бросаю я эту палочку в воду, хоть в болото, хоть в пиалку со стоящей водой и она потихоньку плывет в сторону немагнитного поля земли, то есть на север. Соответственно я определяю примерно направление на юго-восток и проламываясь через чащобу пру к реке Днепр, я ведь карту в голове держу.
И этот этап самый сложный, потому как леса в моем понимании тут нет, есть тысячелетние буреломы, и мы прем по этим буреломам. Изредка обходя болотца и ручейки, но прем уверенно.
Срубаем ветки деревьев, мешающие движению, делая зарубки и по возможности растаскивая упавшие деревья. Мне скорость не нужна, мне нужна дорога от селения Бажены до Днепровских берегов, тут я поставлю свое новое селение и назову его Нижним Волочком или Смоленском. Я не знаю где по настоящему стоял этот город, но по карте он получается нижним, а потом я еще от Витебска попробую с помощью чудинов пробить дорогу до Волги и поставлю там город и назову его Верхним Волочком, так как он по карте будет находится выше чем днепровский.
Дорогу, которую мы с дедом прошли за двое суток, а потом еще сутки шли с людьми Бажены мы осилили только за восемь дней.
На восьмой день мы вышли на берег реки и пройдя вдоль берега вниз по течению я нашел неплохой песчаный пляж. Вот здесь я и буду ждать брата с его ладьями.
Пока мой отряд отдыхал, я прошел вниз по течению реки и убедился, что здесь как раз лучшее место для ночевки тех, кто ходит по воде. К тому же мы нашли множество мест с заброшенными кострищами.
На всякий случай в сотне метров от берега, за полоской леса мы срубили небольшой пятачок деревьев и поставили десяток деревянных шалашей. Внутри лагеря выкопали колодезь, а все место нашей стоянки обнесли частоколом, высотой в рост человека.
Шел мерзкий осенний дождь. Прошло уже двенадцать дней, а ни какой информации о судах речных людей не было и я приказал строить вышку внутри лагеря, чтобы с верху можно было вести круговой обстрел из арбалета прилегающей территории. Вышку поставили самую простую. То есть прямо внутри огражденного периметра стояло дерево в два охвата, вот на этом дереве мы и связали корзину, на приличной высоте. И в этой корзине у меня дежурили по две женщины арбалетчицы. Одна наблюдает, вторая отдыхает, а потом меняются. Я сам лично лазил на дерево и убедился, что наблюдательный пост выбран правильно в одну сторону река просматривалась почти на километр, а в другую в верх по течению до поворота реки шагов
Я окончательно решил здесь строить селение, поэтому мы нашли глину и начали месить и выкладывать для первичной просушки кирпичи.
Как раз я строил печь для обжига кирпича, как с дерева прокричали - судно, вижу судно, идет вверх по реке.
– Внимание всем сбор, одеть брони, в лагере остаются первый десяток отроков и наблюдатели арбалетчицы - приказал я - остальные за мной.
– Креслав, ты посади вон там пять мечников и десяток арбалетчиц - я показал рукой на удобно приближающийся к воде лесок.
– И вон там вверх по течению в трех сотнях шагов отсюда тоже пяток мечников и десяток арбалетчиц, остальные мечники все со мной.
Судно приближалось медленно, это была обычная ладья с шестью парами весел, даже без паруса.
На веслах сидели люди без брони, одеты в обычные кожаные накидки, на головах были разного вида шапки. Оружие я заметил только у двоих, что стояли на корме, один правил веслом, похоже это был рулевой, а второй наверное капитан или хозяин судна. И вот у них имелись кое какие брони, то есть у капитана была настоящая кольчуга и меч на поясе, а у второго за поясом топор и на боку какой то маленький меч или большой нож.
Когда судно поравнялось с местом нашей засады, я медленно вышел из кустов с веточкой в руке, которой отмахивался от комаров.
Видок у меня был страшный, полный пластинчатый доспех, на поясе меч 'медведь', справа топор, за спиной круглый щит, а на голове обычный стальной шлем. Голову медведя я надевать не стал, потому что она действительно пугала врагов. Так вот чтобы не пугать потенциальных союзников я её снял еще у себя в Полотске и водрузил над моим троном.
Меня заметили с судна, в начале кто то прокричал типа: 'о смотри воин', а потом даже гребцы перестали грести, уставившись на меня и судно начало тормозить.
Капитан понял, что судно сносит назад по течению и заорал - весла на воду грести, олухи.
Судно находилось примерно в пяти десятках шагов от меня и я прекрасно видел воина, что стоял на корме и как Илья Муромец на картине Три богатыря взирал на меня приставив руку ко лбу. Солнце уже шло к закату, а я стоял как раз на западном берегу Днепра и меня было плоховато видно.
– Кто ты?
– прокричал капитан.
– Я Чеслав, князь кривичский, а вы кто и куда путь держите.
– А где твоя дружины князь?
– спросил капитан.
Рядом со мной тут же материализовался десяток одинаковых как одно яйцевые близнецы мечников.
– О - лицо капитана приобрело соответствующий моменту эффект.
– А много ли вас?
– спросил капитан.
– Ты человек не прав - крикнул я - я ведь назвал себя, а ты задаешь мне вопросы и даже не представился.
– Я Рознег, человек Радомира - крикнул капитан - Радомир сказал, что бы я прошел вдоль берега и если найду, то забрал бы его брата Чеслава.
– А у тебя людей хватит, чтобы меня забрать - я засмеялся - скорее я заберу и тебя и твое судно.