Кое-что за Одессу
Шрифт:
По-моему, нам стоит пройти ещё два квартала по Льва Толстого до одноимённой площади, чтобы посмотреть памятник самому великому писателю-артиллеристу. Первый из кварталов заканчивается пересечением с улицей Кузнечной: на ней жили кузнецы Верхней немецкой слободы. В советские годы – после успешного спасения в 1934-м экипажа и пассажиров парохода «Челюскин» – её, как и многие улицы в других городах СССР, назвали «улица Челюскинцев». Напомним, что спасение «челюскинцев» обеспечили семь советских лётчиков – семь первых Героев Советского Союза. Имена четырёх из них – Сигизмунда Александровича Леваневского, Анатолия Васильевича Ляпидевского, Николая Петровича Каманина и Маврикия Трофимовича Слепнёва – до сих
Памятник Льву Николаевичу Толстому изящно вписан в небольшую площадь. Приятный сюрприз ожидает любителей «одесского юмора», когда они посмотрят на тыльную сторону памятника. Мы узнаём, что памятник поставлен «от трудящихся Центрального района в честь 50-летия Великого Октября». Конечно, Лев Толстой – зеркало русской революции. Но вроде Ленин говорил о революции 1905-го года. И «от трудящихся Центрального района»: район, конечно, был центральный, но трудящиеся других районов, выходит, такой чести не удостоились?
В начале 2000-х годов восемь одесских районов преобразованы в четыре. В частности, Центральный и Жовтневый (Октябрьский) районы влиты в Приморский. Так что теперь разве что памятник напоминает всему свету о былом этапе устройства нашего города.
Остановимся на минуту на последнем квартале улицы Льва Толстого. С одной стороны видим склады, а с другой – ещё один четырёхэтажный дом, построенный архитектором Прохаской. Если заглянуть во двор и начать фотографировать типичные одесские наружные лестницы и галереи, опоясывающие старую – двухэтажную (в ней в 1950–60-е годы жил наш вышеупомянутый дедушка Баум) – половину здания полностью, а «прохаскинскую» – во дворе пятиэтажную – частично, вас обязательно втянут в диалог жители двора. Сначала они поинтересуются, откуда вы приехали, и предположат, что вы – родственник кого-то из тех, кто эмигрировал из Одессы тридцать лет назад. Вы, конечно, выполняете их поручение и снимаете родные для новых американцев, немцев, израильтян балконы и верёвки для просушки белья. Потом вам обязательно скажут, что двор фильма «Ликвидация» снимали в этом дворе.
Двор фильма «Ликвидация» – это просто ленинское бревно на субботнике в Кремле. Как известно, у бревна было не два конца, как у палки, а примерно 51: за один конец бревно нёс предсовнаркома, за другие 50 – официально зарегистрированные в институте марксизма-ленинизма напарники. Так и упоминаемый двор – 50 % жителей дворов такой конструкции скажут, что режиссёр Урсуляк работал именно в их дворе.
Для самых дотошных туристов предлагаем осмотр Одесской спецшколы ВВС. Для этого от дома Прохаски нужно пройти буквально сто метров – через Старопортофранковскую на улицу академика Ясиновского (врач Михаил Александрович Ясиновский во время войны был главным терапевтом Черноморского флота). На углу этой улицы и уже знакомой нам улицы 10-го апреля стоит красивое здание. Как следует из нескольких мемориальных досок, в здании этом размещалась сначала Одесская военно-морская спецшкола № 6, а в 1944–1951-м годах – Спецшкола ВВС, которую окончили, среди прочих, лётчики-космонавты СССР, Герои
Советского Союза подполковник ВВС Георгий Тимофеевич Добровольский и его тёзка генерал-лейтенант ВВС Георгий Степанович
Г.Т. Добровольский родился в 1928-м году и успел поучаствовать в одесском подполье: в 1944-м арестован оккупационными румынскими властями за хранение оружия, приговорён к 25 годам каторги, 19-го марта 1944-го года бежал из тюрьмы. К сожалению, удача не была на его стороне во время полёта на космическом корабле «Союз-11»: экипаж, командиром которого он был, успешно выполнил программу 24-суточного полёта, но погиб при возвращении на Землю из-за преждевременной разгерметизации спускаемого отсека. Лётчики-космонавты Георгий Тимофеевич Добровольский, Владислав Николаевич Волков и Виктор Иванович Пацаев похоронены в Кремлёвской стене. Имя Добровольского носит главный проспект самого населённого «спального района Одессы» – посёлка Котовского.
Одесский юмор – в топонимике и в секретном оружии
Возвращаемся к площади Льва Толстого и движемся направо по улице Асташкина. Улица названа в честь Михаила Егоровича Асташкина – ещё одного лётчика, оборонявшего Одессу. Старое название – Провиантская – не вернули из соображений конспирации: небольшое каре, ограниченное улицей и переулком Асташкина (Провиантским переулком), последним кварталом улицы Льва Толстого и кварталом Старопортофранковской, до сих пор занимают военные склады.
Останавливаемся на Т-образном перекрёстке. На доме слева по ходу движения обнаруживается мемориальная доска и табличка с названием улицы. Совмещение информации на них означает, что в честь великого пролетарского писателя Алексея Максимовича Пешкова (Максима Горького) улица названа Спиридоновская.
Цепочку ассоциаций можно создать: Горький – роман «Мать» – героическая революционерка – руководительница партии левых социалистов-революционеров Мария Александровна Спиридонова – улица Спиридоновская.
Ещё более забавная цепочка формируется в Киеве: улица Банковая, где, кстати сказать, расположена администрация президента (бывшее здание НКВД УССР – см. замечание о любви силовиков к одним и тем же зданиям), в советское время называлась в честь Григория Константиновича Орджоникидзе.
Как говорится, «минута на размышление» – и такая цепочка:
Орджоникидзе – революционная деятельность – экспроприации в Закавказье – самая знаменитая экспроприация: ограбление Тифлисской конторы госбанка – улица Банковая.
Удивительное дело, но мы находимся в трёх кварталах от одесской улицы Орджоникидзе, которая теперь вновь «Разумовская». Если у нас есть немного времени, имеет смысл прокатиться в машине к ней, и по ней пару кварталов. Тогда мы без всякого «допуска» (старшее поколение понимает, о чём это я) познакомимся с секретным оружием одесситов, реально участвовавшим в обороне Одессы в 1941-м году.
Наш маршрут очень короткий: один квартал по Асташкина, поворот направо по Тираспольской (бывшей «1905 года» – привет, Москва), затем налево один квартал по Старопортофранковской – и мы в начале Орджоникидзе-Разумовской. Два слова по дороге (больше всё равно не успеем):
одесситы говорят Тираспольская, а не Тираспольская, что необъяснимо, но факт;
улица Тираспольская переходит в Колонтаевскую (коллежский асессор Егор Иванович Колонтаев занимал множество должностей – от надзирателя Одесского порта до директора Городского театра – и всюду справлялся куда лучше нынешних «эффективных менеджеров»), бывшую Дзержинского (ещё одна потеря «военно-революционной» тематики), причём в перекрёсток упирается ещё и кусочек улицы «Прохоровский сквер», так что тут у нас ещё одни редкие для Одессы «пять углов».