Крейсер-призрак HK-33. Боевые операции немецкого ВМФ в Индийском океане
Шрифт:
Спустя несколько дней пленные сошли на берег. Ханефельд наблюдал, как они сходят на причал по трапу. Когда очередь дошла до капитана Торнтона, тот протянул немецкому офицеру руку и дружелюбно улыбнулся:
— Желаю удачи, но только вам, а не вашей стране.
Моряки обменялись сердечными рукопожатиями.
8 декабря впередсмотрящие на «Пингвине» заметили на горизонте мачты. Крюдер отправил наверх сигнальщика с двумя флагами, чтобы передать и принять установленные сигналы.
— Все
«Пингвин» взял курс на приближающееся судно. Это был немецкий вспомогательный крейсер «Атлантис» под командованием капитана Рогге. Крюдер и Рогге были старыми друзьями, а их вспомогательные крейсера — кораблями одной серии и когда-то принадлежали компании «Гонза». Несмотря на маскировку, эксперт, безусловно, заметил бы сходство.
Доктор Хассельман описал встречу в своем дневнике.
«Мы вышли на палубу в парадной форме, но дисциплине не уделялось должного внимания. Два корабля уже подошли так близко, что вполне можно было разглядеть лица собравшихся на палубах людей, и вскоре старые знакомые махали друг другу руками и выкрикивали приветствия. Когда же мы оказались рядом, на палубах творилось нечто невообразимое. Это было похоже на встречу соскучившихся школьников. Потом начался обмен визитами. Люди обсуждали наболевшие вопросы и давали друг другу полезные советы. Обмен опытом шел вовсю! И старые военные, и бывшие торговые моряки встретили старых знакомых. Моим коллегой на борту „Атлантиса“ был Георг Рейль, которого я знал еще по колледжу в Киле».
Встреча была радостной и запомнилась всем без исключения, но оказалась очень короткой. Спустя двое суток, то есть 10 декабря, корабли разошлись, каждый лег на свой курс. Крюдер теперь вел судно в Антарктику, в район между островами Крозе и Принс-Эдуард.
Если считать потопленный тоннаж, корабль Крюдера был самым успешным вспомогательным крейсером Второй мировой войны, а «Атлантис» побил мировой рекорд продолжительности пребывания в море. В течение шестисот двадцати двух дней постоянно готовый к бою вспомогательный крейсер «Атлантис» бороздил океаны и ни разу не зашел в порт. В конце концов он был обнаружен в точке встречи со своим судном снабжения и потоплен британским крейсером «Девоншир».
На борту «Пингвина» люди уже знали, куда направляется судно, и спешили насладиться последними теплыми деньками. Дул легкий приятный ветерок, море было ослепительно синим и таким прозрачным, что брошенный в воду предмет можно было видеть очень долго, пока, наконец, он не терялся в темноте глубин.
Может показаться странным, но в периоды спокойствия, которые следуют за периодами волнений и смертельной опасности, люди обычно страдают от скуки. Так получилось и на «Пингвине». Свободные от вахты матросы маялись от безделья и лениво слушали музыку, транслируемую из радиорубки. Их почему-то даже не радовал тот факт, что они пили лучшее бременское экспортное пиво, славящееся во всем мире. Они даже почти не разговаривали. Все, что люди хотели сказать друг другу,
Ветер усилился, температура воздуха быстро понижалась. «Пингвин» приближался к Антарктике — тому месту, где Атлантический, Тихий и Индийский океаны сливаются воедино, образуя гигантское водное пространство. Изменился и цвет морской воды: из сине-зеленой она стала грязно-серой. Все реже встречались альбатросы — эти величавые монархи птичьего царства, их сменили другие птицы — предвестники грядущих штормов, и множество чаек. Пронзительно крича, они летали вокруг редкого гостя.
16 декабря «Пингвин» вошел в полярные воды, а на следующий день на борту воцарилось волнение, ничуть ни меньшее, чем было бы при встрече с эскадрой британских военных кораблей. На самом деле на пути «Пингвина» встретился всего лишь первый айсберг. Потрясенные до глубины души моряки собрались на палубе и с уважением следили, как бело-голубой монстр величаво проплыл мимо. Крюдер провел судно так близко, как это было возможно, не подвергая его ненужному риску, чтобы люди могли как следует рассмотреть ледяное чудо.
— Я никогда не был склонен к преувеличениям, — сказал Михаэльсен, — но айсберг — есть само преувеличение. Боюсь, они еще доставят нам много неприятностей.
Пессимистичный прогноз оказался пророческим. Очень скоро айсберги стали встречаться уже не в одиночку, а группами. Особенно сильное впечатление они производили на лейтенанта Хеммера, который глазел на них, как школьник — на игру знаменитой футбольной команды.
— Вокруг нас плавает уже штук сто пятьдесят, — сказал Крюдер и отправился в каюту спать.
На следующее утро, когда он вышел на мостик, Хеммер сообщил:
— Докладываю о наличии в пределах видимости ста пятидесяти айсбергов.
Крюдер рассмеялся:
— Вам придется внести существенный вклад в рождественскую подарочную копилку, если это не так, — сказал он и начал считать. Айсбергов оказалось ровно сто пятьдесят. Крюдер немало удивился, затем добродушно расхохотался и сам внес щедрый вклад в рождественскую копилку.
Глава 17
ЗАХВАТ РЫБОЛОВНОЙ ФЛОТИЛИИ
В период между Рождеством и Новым годом Крюдер дал людям отдохнуть, а затем отправил «Арадо» в разведывательный полет. Авиаторы вернулись ни с чем. Команда на это никак не отреагировала, люди сочли разведку доказательством осторожности Крюдера. Однако «Пингвин» пришел в Антарктику вовсе не для того, чтобы позволить морякам спокойно встретить Рождество, и даже не для того, чтобы выскользнуть из сети, раскинутой противником для его поимки. У Крюдера был вполне определенный план, и заключался он ни много ни мало в том, чтобы захватить весь норвежский китобойный флот, желательно, конечно, без единого выстрела.