Крым-42. Керченско-Феодосийская операция
Шрифт:
ВАСИЛЕВСКИЙ. А что же сейчас происходит в районе мыса Ильи и какова судьба десанта, высаженного в Судаке?
КОЗЛОВ. По данным ЧФ, в этом районе во второй половине дня сегодня шел бой. Артиллерия из района м. Ильи стреляла в направлении Феодосии. По берегу моря к Феодосии двигались мелкие группы пехоты. Наш десант будет сегодня или завтра снят. Поставлена задача ЧФ. Сегодня с ним устанавливают связь. […]
ВАСИЛЕВСКИЙ. Товарищ командующий, указания товарища Сталина, переданные мною вчера, безусловно, остаются в силе. […]
КОЗЛОВ. Как понимать первую часть Вашего указания?
ВАСИЛЕВСКИЙ. Отвечаю: в первой части разговора никаких указаний я Вам не давал, а лишь хотел проверить соответствие данных Вашего штаба действительной обстановке
КОЗЛОВ. Товарищ генерал-лейтенант, исходя из обстановки вчерашнего дня и указаний товарища Сталина, мною было принято решение на вывод 44-й армии на Акмонайские позиции не потому, что я не хотел продолжать борьбу за Феодосию, а потому, что, учитывая состояние войск на стыке двух армий и их потери, я не решился рискнуть потерей целой армии. Поэтому и принял решение, о чем прошу доложить.
Второе. Я совершенно точно разделяю Ваши соображения в отношении 51-й армии и такие указания дал генералу Львову, но ограничил сроками времени отход арьергардов 44-й армии с линии Тамбовка, Нижние Камыши. Оставлять одного Львова рискованно, поэтому я посмотрю и в зависимости от обстановки отведу его или сегодня перед рассветом, или завтра вечером. Мною сейчас дано указание Львову спланировать свой отход, исходя из этих соображений.
Мне самому тяжело пятиться назад, редко такие вещи со мной бывают и бывали, но обстановка заставляет. Я полагаю, что скоро за все мы немцам отплатим. Все.
ВАСИЛЕВСКИЙ. Прошу донести Ваше решение по организации исключительно жесткой обороны на Акмонайских позициях и Ваши соображения на дальнейшее, имея в виду, что задача, поставленная ранее товарищем Сталиным об освобождении Крыма, остается полностью за вами. Все.
КОЗЛОВ. До свидания.
Глава 3
Январь. Затишье после феодосийского поражения
Итак, в ходе боев 15–18 января 1942 года Феодосия была потеряна. Советские части на левом фланге отошли на Ак-Монайские позиции. Части Севастопольского оборонительного района, предпринявшие 15–18 января 1942 г. наступление в интересах Керченско-Феодосийской группировки, приостановили наступление, добившись лишь некоторого улучшения своих позиций. Судакский десант, высаженный в интересах Феодосийской группировки, не смог пробиться в Феодосию, и оказался отрезанным от основных сил.
Части Феодосийской группировки, пользуясь малочисленностью частей противника, частично сумели отойти к левому флангу Ак-Монайской позиции. Правый фланг (51-я армия) свои позиции удержал, лишь немного отойдя назад, но, вследствие отхода левого фланга, тоже отошел на Ак-Монайские позиции. Противник «запечатал» советские части на Керченском полуострове, существенно сократив фронт, и лишив советские части незамерзающего Феодосийского порта.
Снабжение Керченской группировки осуществлялось транспортами в порт Камыш-Бурун с использованием ледокольной проводки, или по льду Керченского пролива. При этом, для охраны этого маршрута снабжения, были расставлены сторожевые посты и были сооружены ледовые укрепления, занятые советскими частями. Укрепления хорошо просматриваются на немецких аэрофотоснимках.
Состояние отходивших на левый фланг частей было плачевным. Как указывал журнал боевых действий Закавказского военного округа от 18.01.42 г. «По докладу командарма части три дня не кормлены, снарядов нет. В 157-й СД потери 60–80 % (много
58
Ресурс «Память народа». Документы оперативного управления ЗакВО. Журнал боевых действий Кавказского фронта.
Поражение под Феодосией было достаточно неожиданным, и очень неприятным. Две очень слабых немецких дивизии: 132-я и 170-я, нанеся удар на очень узком участке 236-й СД, вдоль дороги Симферополь-Феодосия, прорвали советский фронт, и вышли к окраинам Феодосии, в течение трех дней захватив город.
Только слабость немецких войск позволила выскользнуть из окружения некоторым советским частям и отдельным военнослужащим. Отдельные советские группы и подразделения дивизий, удерживались в населенных пунктах позади новой линии фронта, уже после того, как основная группировка в Феодосии была разгромлена.
Из документов отдела 1C 30-го немецкого АК: «При повторном допросе врача Федорова, захваченного в госпитале в Феодосии, последний сообщил, что между 15 и 15.30 часами 16.01.42 при налете на станцию Сары-Голь (совр. Айвазовская) командующий 44-й армией генерал майор Первушин был тяжело ранен в голову, и потерял зрение. При этом же налете был убит комиссар армии и тяжело ранен начальник штаба армии полковник Рождественский…» [59] . Достаточно интересная информация. Станция Сары-Голь находится весьма далеко от пос. Насыпной, где по официальной версии находился штаб армии. Из дальнейших допросов пленных выясняется, что первым начал отход именно штаб армии, оставив оборудованный средствами связи КП, и в процессе отхода он попал под налет авиации. В общем, ситуация пока не совсем понятная.
59
NARA T314 R827
Откровенно говоря, удар немецкой армии против Феодосийской группировки имел большой процент риска, но иного выхода у командующего 11-й армией не было. Подкрепления не ожидались, а советские армии постоянно наращивали силы. Причем в Крым были переброшены достаточно стойкие советские части.
В немецких документах можно найти очень много удивительных фактов, подтверждающих мужество советских бойцов и командиров. К примеру, 13 февраля немцами был пленен боец 818 полка, который сообщил, что ранее он сражался в составе группы из 200 человек этого полка, занимавшей оборону в районе Ассан-Бай в окружении. 2.02.42 г. группа была распущена ее командирами, в связи с полным отсутствием продовольствия. Командовавшие группой майор и капитан застрелились, чтобы не попасть в плен.
Поражение в Феодосии было связано не со слабостью войск, а с их плохой организацией и снабжением. Сыграла свою роль и нехватка тяжелой артиллерии. Теперь перед советскими войсками на Керченском полуострове стояла задача собраться с силами. И сделать это нужно было как можно быстрее.
Сложность заключалась еще и в том, что в Феодосийском поражении погибли лучшие части 44-й армии.
Соотнося численность Феодосийской группировки (около 34 тыс. человек) и количество невозвратных потерь советских войск (по немецким данным, 10 тыс. пленными и 6 тыс. убитыми), приходится признать, что потери составили около 40 % от общей численности группировки.