Мантра лунного света
Шрифт:
– Возможно ты прав, мудрый Апис, – Верья поднес к носу ладонь и принюхался. – Но сегодня я все равно одержу победу. Кроме Бандарии в Стилантре нет никого, кто мог бы сравниться с нами. Сегодня вечером мы обретем свободу, братья мои. И тогда, наконец-то, сможем отомстить.
– Надеемся на тебя, непобедимый волк, – улыбнулся Караак.
– Пусть твой вой заставит дрожать в страхе весь город, – Апис положил огромную ладонь на плечо чемпиона.
– Да будет так, – оскалился Верья.
***
Сегодняшний день – наверное самый необычный, за последние несколько лет. Так решил для себя Равван, обнаружив
Равван больше не был рабом! И все потому, что молодая асура, по всей видимости тот самый новый распорядитель арены Стилантры, посчитала его достойным сражаться в этом городе. Вот так вот просто, она выкупила его у Огира, да еще и подарила свободу Лети. Ухмылка могучего воина стала только шире.
На этом, кстати, его потрясения не закончились. Мужчина смутно помнил, как львиная жанварка вытащила его из арены и бросила в карету. Они приехали куда-то и она, отдавая резкие приказы, понесла его в комнату, залитую ослепительным светом. Только там он наконец-то полностью отключился, теряя нить повествования, но вскоре проснулся, крича от боли. Несколько лекарей кружились над ним, как пчелы над сочным цветком. Равван почувствовал освежающее дыхание лаванды и вскоре вновь окунулся в беспамятство. В себя он пришел уже здесь – в этой самой комнате.
На столе, прямо перед кроватью, на которой лежал Равван, оказался вытянутый, широкий сосуд. Внутри плескалась синеватая жидкость эликсира, а рядом валялась аккуратная записка, выведенная идеальным почерком.
«Пожалуйста, выпейте все до дна,» – гласил кусочек бумаги.
Равван неуверенно поднялся с кровати, чувствуя приступ отдаленной боли и косясь на многочисленные бинты, покрывающие тело. Похоже, целители хотели ускорить процесс его восстановления, проводя довольно рискованные, но действенные манипуляции. Теперь же дело оставалось за малым – опустошить бесценный эликсир. Равван уже забыл – видел ли он когда-нибудь в жизни столь чистый состав. Такое лекарство стоило в десять раз больше, чем попросил за его жизнь толстяк работорговец. Но чем безропотный раб заслужил такое гостеприимство? Мужчина прервал поток мыслей, хватаясь за бутылку и вытаскивая пробку. Может, его новые наниматели ошиблись и дали эликсир не тому бойцу, но он не собирается отчитываться за их оплошность. Равван опустошил снадобье одним мощным, уверенным глотком, закрывая глаза и позволяя целебным свойством концентрированной чакры разлиться по телу.
Боль исчезла через несколько минут, словно ее и вовсе не было. Синекожий слышал, как затягиваются трещины на его теле и выпрямляются покореженные кости. Даже такой заряд бесценного эликсира не сможет за раз восстановить все его раны – но сегодня Равван чувствовал себя лучше, чем за последние несколько лет. А главное – впервые с того момента, как стал товаром Огира, синекожий воин понял, что все еще жив.
С поверхности зеркала на него смотрел мускулистый, уверенный Равван,
Игнорируя рамки приличия и такта, дверь в комнату Раввана открылась безо всякого стука, но для того, кто давно забыл какого это – не быть рабом, такое поведение было приемлемо.
– Ты Равван? – спросила бойкая асура с короткой стрижкой.
– Да, – прохрипел в ответ синекожий, неожиданно понимая, что до сих пор ничего не ел и не пил, если не считать тот самый целебный эликсир.
– Отлично. Мне велено переодеть тебя в официальный костюм и сопроводить на Черную Арену. Сейчас я пошлю за костюмом, – девушка сощурила глаза, оценивая размеры мужчины. – Жди.
– Постой, – Равван плохо понимал происходящее, ведь с тех пор, как он пробудился, то не покидал эту самую комнату. – Я могу увидеться с Лети?
– С кем? – недоуменно подняла брови асура.
– Маленькая девочка с золотыми волосами, – попытался объяснить Равван, но асура тут же замотала головой:
– Мне ничего ни о какой Лети не говорили. Тебя вызывает распорядитель арены Аша берн Спирн и ты обязан явиться и выглядеть соответственно. А я – обязана проследить, чтобы ты это выполнил, желательно без опозданий. Вот, когда доберемся до Аши, тогда и задашь ей все свои вопросы, договорились?
Раввану ничего не оставалось, кроме как согласиться. Асура радостно кивнула и исчезла из дверного проема, захлопнув дверь. Синекожий заметил на придиванном столике большой графин с водой и несколько пухлых булочек. Нормальной еды ему не предложили, а может ему стоило и самому попросить? Мужчина пожал плечами и уселся на кровать, быстро расправляясь с булочками и запивая водой прямо из графина.
– Ты что, голодный? – асура вновь ворвалась в его покои, распахивая дверь и держа в руках длинный, фиолетового цвета строгий деловой костюм со слегка претензионным золотым узором на левом лацкане.
– Меня не кормили, – пожал плечами Равван. Огир редко кормил своих рабов, поэтому мужчина привык подолгу обходиться без еды.
– Я попрошу, чтобы в карету снарядили что-нибудь горячее, – улыбнулась девушка, пронося костюм мимо Раввана и подвешивая на стенку высокого зеркала. – Поскорее переодевайся, а то мы рискуем опоздать.
– Мне обязательно надевать это? – кивнул мужчина в сторону костюма, сомневаясь что вчерашнему рабу под стать такое одеяние.
– На арене ты представляешь великий дом Вайолет Спирн, поэтому да, ты должен выглядеть соответственно.
Синекожему воину ничего не оставалось, кроме как подняться с кровати и подойти к зеркалу, скидывая с себя одежду и аккуратно облачаясь в непомерно дорогое одеяние, которое, к слову, село на него как влитое. Он нехотя отметил, что такой строгий костюм идет ему чуть лучше, чем Равван надеялся. Если уж выбирать – мужчине нравился просторный, классический восточный стиль, столь популярный в Бхуми. Но и этот утонченный западный наряд выглядел ничуть не хуже. Равван обернулся, готовый подождать возвращения деловитой асуры, но обнаружил, что та так и не покинула его комнату, наблюдая за мужчиной из дверного проема. Никакого стеснения, никакого стыда, асура только хищно улыбнулась, подмигивая синекожему воину и исчезла, не проронив ни единого слова.