Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Перепуганный, я помчался назад в Фонтэнэ-о-Роз, чтобы поделиться с Розановой происходящими странностями. Но она встретила меня печальным сообщением о том, что ее наручные часы остановились. Скорее всего, как она думала, иссякла батарейка. Поскольку Розанова привыкла постоянно глядеть на свою левую руку, чтобы узнавать время, мы ей привязали к руке настенные часы с кукушкой. Но стоило кукушке разинуть клюв, чтобы сказать свое традиционное «ку-ку», как внутри ее механизма заскрежетала пружина и язык застрял в горле.

И вот представь, мой друг, у всех часы остановились, а мои, как ни странно, все еще ходят. И что делать? Никто ведь не обязан жить по моим часам. Все живут так, как им удобно. А

им удобно жить как попало. Как живут после взрыва осколки, как живут блуждающие по небу мысли. Да-да, мой друг, мы живем в эпоху блуждающих мыслей. И разве их можно выстроить в один ряд? Поэтому не суди строго. Я сделал все, что мог.

P.S. А главное, все произошло так буднично, так спокойно, будто ничего не произошло вовсе. Бредя по набережной под начавшимся дождем, я заблудился и вместо того, чтобы попасть на остров Ситэ, попал на остров Сен-Луи. И не заметил разницы. За стеклами кафе, как в витринах магазинов, пили кофе такие же французы. Маленькие галереи предлагали прохожим те же пастельные пейзажи размытого дождем Парижа. Уличные музыканты все так же рвали сердце грустными мелодиями. И Сена текла со всех сторон. Перебравшись через очередной мост, я с полузакрытыми глазами прошел вдоль маленьких, кричащих товарами магазинчиков, вышел на площадь и уселся на лавку, уставившись в землю. Я не помню уже, о чем думал. Помню только, что, подняв глаза, вдруг увидел перед собой окаменевший взрыв по имени Нотр-Дам.

III. Комплекс полноценности

Я проснулся от собственного крика в осеннем парке на берегу реки Сысолы, с трудом разлепил глаза, увидел над собой густую паутину света, повисшую на ветках, и понял, что мне уже не выпутаться. Я был мухой с оторванными крыльями, бессильным, жалким и обреченным.

Ветер настойчиво обрывал с веток последние листья, уносил их куда-то за реку, а оттуда приносил эхо дальних выстрелов, возвещая сезон охоты на уток. Я не был уткой. Я был мухой с оторванными крыльями и уже не мог никуда улететь. А утки летели и летели. А охотники стреляли и стреляли. Потому что утки улетали туда, где тепло, где нет дождя, но есть апельсины на ветках, молодое вино и загорелые женщины. А охотники им завидовали. И стреляли. Поэтому я опять закрыл глаза и решил не шевелиться.

Жизнь текла мимо.

* * *

Этому я, кажется, тоже научился в Париже. Пока Синявский читал лекции в своей Сорбонне, я бродил по осенним улицам, пытаясь увидеть все и никуда не опоздать. Но ко всему опаздывал, ничего не увидел и, окончательно вымотавшись, присел на ступени какого-то собора. И тут произошло форменное чудо: Париж сам пошел мимо меня, и мне только оставалось вертеть головой, чтобы ничего не упустить. Так я сидел довольно долго, пока не подошли два клошара и не предложили скинуться на троих.

* * *

– Он просыпается с таким криком, как будто каждое утро его рождают заново! – услышал я над головой, но не пошевелился.

– А посмотри, какой он худой. Он такой худой, что даже если бы в магазин завезли одесскую колбасу, он смог бы ее есть только вдоль. Поперек не получится. Застрянет.

Пришлось опять открыть глаза. Надо мной стоял поэт Саша Алшутов – здоровенный, кудрявый, с выдающимися вперед огромными карими глазами. А за ним ютился Шурик, художник.

Алшутов, кстати, в шестидесятые годы был довольно известен. Его песню «Проходит кавалерия», которую вдохновенно исполнял знаменитый певец Владимир Трошин, многие помнят до сих пор. Сашка действительно любил лошадей и все мечтал, что заведет у себя в Максаковке какую-нибудь кобылку, чтобы по утрам ездить верхом на работу. «Зачем, не понимаю я, коня мы так обидели? Парады принимают –

и то с автомобилей». Впрочем, в то утро, когда я проснулся на берегу, Алшутов еще был бездомным, потому что вместо того, чтобы купить дом, он за те же деньги купил катер. И летом кочевал из Сысолы в Вычегду вместе со своей женой Верой. А питались они мышами. Так, по крайней мере, утверждал Сашка. Дело в том, что с ними по рекам кочевал еще и огромный кот. И пока они ночевали где-нибудь на берегу, кот успевал поохотиться, и к утру у изголовья каждого из них, на песке, как на блюде, красовалась удавленная мышь. А может, Сашка и привирал.

Художник Шурик знаменитым еще никогда не был, но предпосылки к этому были. Он грозил вырасти в сумасшедшего художника. Вернее, так: он грозил вырасти в гениального художника. А сумасшедшим он был сам по себе. В тот период он как раз увлекся изготовлением масок. В том числе и посмертных. И на меня смотрел как-то странно. Словно размышлял, не пора ли и с меня маску лепить. А Алшутов отвернулся к реке, из-за которой все еще стреляли, и читал вполголоса:

Поредела в густом небе синь.Пролетели гуськом лебеди.Над утками серыми высоко-высокоПролетели с севера, севера и востока.Поводили в пути крыльями медленно, трудно.Превратились в пунктир, крикнули медно, трубно.След их снегом замело. Опустились низко.Сшили небо с землей на живую нитку.

И так это было грустно, так обреченно все внутри зарифмовано, что на душе стало еще тревожней. Поэтому я не выдержал, разделся и нырнул в ледяную воду Сысолы.

* * *

Кстати, во двор дома под Парижем в первый раз я так и попал – водным путем. Нырнув в Сысолу, я почему-то вынырнул в маленьком круглом бассейне с фонтаном. Вокруг плавали красные рыбки с перочинными мордочками, и медленно колыхались со дна длинные водоросли, живо напоминавшие привидения. Подняв голову, я обнаружил, что надо мной склонился сгорбленный старик с длинной седой бородой и смотрящими в разные стороны глазами.

– Смотри, Марья, – сказал он, – кто к нам приплыл. Мы ждем, волнуемся, а он рыбу изображает. – И протянул ко мне длинный палец.

Я так испугался, что нырнул назад. И вынырнул опять в холодной Сысоле, где на берегу меня поджидали Сашка с Шуриком.

* * *

– Ну что ты творишь, Епим? – говорил Алшутов, искусно подражая северным народам, у которых буква «ф» была не в чести. – Еще вчера ты был похож на человека. У тебя был дом в виде квартиры. У тебя была жена в виде Гали. А теперь у тебя ни дома, ни жены.

Про дом и жену я кое-что помнил. Вначале она меня самоотверженно любила и ждала по вечерам, как ждут моряков из дальнего похода. Потом постепенно начала кукситься, мрачнеть, раздражаться, пока не сообразила, что во всем виновата моя профессия. И правда: то, что мне удалось наворовать за последние годы, с рук почти не сбывалось. Так, по мелочи. И тогда она решила, что я должен сменить профессию, потому что соседский электрик Толик, который с одной халтуры снимает по сотне, ищет себе напарника. Тут же пришел Толик, и они начали меня уговаривать и стыдить. Пришлось согласиться, тем более что для первого раза мне пообещали сразу же пятьдесят рублей.

Поделиться:
Популярные книги

Печать мастера

Лисина Александра
6. Гибрид
Фантастика:
попаданцы
технофэнтези
аниме
фэнтези
6.00
рейтинг книги
Печать мастера

Его наследник

Безрукова Елена
1. Наследники Сильных
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.87
рейтинг книги
Его наследник

Мымра!

Фад Диана
1. Мымрики
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Мымра!

Жестокая свадьба

Тоцка Тала
Любовные романы:
современные любовные романы
4.87
рейтинг книги
Жестокая свадьба

Неудержимый. Книга III

Боярский Андрей
3. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга III

Душелов. Том 2

Faded Emory
2. Внутренние демоны
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
аниме
5.00
рейтинг книги
Душелов. Том 2

Держать удар

Иванов Дмитрий
11. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Держать удар

Толян и его команда

Иванов Дмитрий
6. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
7.17
рейтинг книги
Толян и его команда

Новый Рал

Северный Лис
1. Рал!
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.70
рейтинг книги
Новый Рал

Неудержимый. Книга X

Боярский Андрей
10. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга X

(не) Желанная тень его Высочества

Ловиз Мия
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
(не) Желанная тень его Высочества

Кодекс Охотника. Книга XV

Винокуров Юрий
15. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XV

Отверженный VI: Эльфийский Петербург

Опсокополос Алексис
6. Отверженный
Фантастика:
городское фэнтези
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Отверженный VI: Эльфийский Петербург

Законы Рода. Том 7

Flow Ascold
7. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 7