Мифы и легенды народов мира. Том 8. Древняя Индия
Шрифт:
Он терпел вблизи себя одних рабов и стремился к неограниченной власти над всей Индией. Союзником его был Калайени, приверженец богини Кали [88] , предававшийся мрачному искусству магии. Супругой Кансы стала дочь Калайени Нисумба, жадная и коварная колдунья. Она овладела сердцем царя, разжигая его темные страсти и умножая заложенное в его душе зло. Кроме Нисумбы было у Кансы еще триста жен, для которых был отведен один из десяти дворцов, но он внимал одной лишь Нисумбе. Страстным желанием Нисумбы было иметь сына, но чрево ее, несмотря на все ее ухищрения, оставалось бесплодным, как раскаленный песок пустыни.
88
Кали —
Тогда же все три мира огласило мычание. Индра, пробудившись ото сна, поднял голову.
— Что это за звуки? — спросил он у своего советника–риши.
— Это корова–Земля взывает о помощи! — отозвался риши. — Ибо злодеяния Кансы достигли предела возможного, и должен вступить в действие Закон.
И отправился Индра, сопровождаемый богами, к владыке Закона. Прочитав протянутую богами челобитную, Брахма задумался.
— Вот что, — произнес он, нахмурив лоб. — Поскольку от неистовства этого Кансы более всего пострадал Вишну, пусть он, о боги, и предпримет необходимые меры.
И отправились боги к Вишну, как обычно дремавшему на благом змее Шеше. Услышав шаги, он открыл глаза, и в его четырех руках заколебались чакра, раковина, булава и цветок лотоса. Выслушав рассказ о злодеяниях Кансы и решение, принятое Брахмой, он молвил:
— Не сомневайтесь! Зло в Матхуре будет низвергнуто и искоренено. Я возрожусь в одной своей части в человеческом облике. Тот, на котором я восседаю, — он коснулся лотосом чешуйчатой спины змея, — будет мне помощником.
Вырвав из себя два волоса, черный и белый [89] , он продолжил:
89
Мифологема о двух волосах, черном и белом, остается трудно объяснимой. Черный был цветом племен дасью, с которыми вторгшиеся в Индию арии вели борьбу. Нет ли здесь намека на местное, неарийское происхождение этого великого бога индуизма?
— Эти мои волосы опустятся на землю и освободят ее от подавленности. Черный волос воплотится в восьмом ребенке, зачатом богоподобной Деваки, женой Васудевы, в мальчике, который убьет Кансу.
Вскоре после этого вся Матхура поднялась на ноги. Началось торжественное жертвоприношение и молебствие о рождении у царской четы сына и наследника. Бросив в алтарь горсть благовоний, Нисумба отступила на несколько шагов, и ее место занял Канса. Обратившись к жрецу–возжигателю, считавшемуся также предсказателем, он спросил:
— Скажи, какая из моих жен родит владыку мира?
И в это время к алтарю приблизилась сестра Кансы, рожденная от Уграсены, а не от демона, принявшего его облик. Ее звали Деваки. Она была женой Васудевы [90] и была известна добродетельным образом жизни и трудолюбием. При виде Деваки на лицо жреца внезапно пал свет, и он воскликнул:
— Ни одна из твоих жен, о царь, не родит владыку мира. Но его родит твоя сестра, которая сейчас стоит на коленях.
Лицо жреца потемнело. Через несколько мгновений он продолжил:
90
Васудева —
— Она родит восемь сыновей, и одним из них ты будешь погублен.
Услышав это, Нисумба подняла голос:
— Прикажи, царь, немедленно убить Деваки!
Канса обернулся.
— Деваки моя сестра, а Васудева мой родственник, — сказал он. — Мы с ним вместе решим, как нам быть.
В тот же день Васудева узнал о предсказании и дал совет, как обезопасить жизнь царя, не погубив дорогой ему Деваки:
— Заточи меня вместе с Девакой в крепости, в той, что на островке посреди Джамны. Я сам буду передавать тебе рожденных ею сыновей, а после восьмого ты нас выпустишь. Слово мое нерушимо.
И стали Васудева и Деваки царскими узниками. И рождались у них сын за сыном. Шестерых убил Канса, пока Васудева не догадался, как их можно было спасти. На воле у него оставалась еще одна жена, Рохини, которой было разрешено посещать островок и общаться с мужем через решетку. Ей–то и передал Васудева через прутья зародыш в виде змейки, попросив выносить его в своем чреве. Чтобы об этом не узнал Канса, он предложил Рохини перебраться в страну пастухов и поселиться в семье знакомого ему пастуха Нанды.
Прошла еще одна луна, и Деваки услышала небесную музыку. Под эти звуки вышел на свет еще один ребенок, сразу явивший облик изначального Чуда. Родился он темнокожим, и поэтому родители назвали его Кришной. Был он в тиаре, с ожерельем и с маленькими, похожими на детские игрушки символами власти.
В момент рождения в темницу сквозь ее стены прошли боги, чтобы поклониться родившемуся владыке мира. Но Брахма вычеркнул это чудо из памяти узников, да и знаков будущей власти Кришны никто не увидел.
Деваки, кормящая Кришну
Вместе с Кришной Васудева и Деваки вышли наружу, но оставалось непреодолимое препятствие — бурная Джамна. На островке не было ни только лодки, но и дерева, которое можно было бы использовать для переправы. Васудева, глядя в бурные волны, загоревал: «Удастся ли спастись?» Но младенец коснулся волны ножками, и могучая Джамна обмелела, и беглецы перешли на другой берег, не замочив ног.
На другом берегу их ожидали пастух Нанда и его жена Яшода. Она была на сносях. Вскоре у нее родилась девочка. Васудева подменил новорожденную Кришной и сделал так, чтобы родители забыли о рожденной девочке и считали Кришну своим сыном.
Васудева, уносящий Кришну к Яшоде
Подхватив девочку, вернулся с нею Васудева в темницу. Утром, узнав от стражи о рождении младенца, Канса захотел его убить. Но ребенок на его глазах вырос до огромных размеров и, рассмеявшись ему в лицо, вознесся на небо. Тогда Канса собрал подданных и приказал им уничтожить всех мальчиков, обладающих необыкновенной силой. Васудеву же и Деваки он выпустил из тюрьмы, ибо от них больше не исходило угрозы.