Незримое пламя
Шрифт:
— Закрой глаза. Вдохни и выдохни. Посмотри на свою цель. Отдайся ненависти без остатка.
Я моргнул — обучение легендарному заклинанию огня звучало как наставление лорда ситхов только что перешедшему на сторону силы падавану.
— Если враг не вызывает у тебя ненависти, то вспомни, что ты ненавидишь сильнее всего, и умножь это чувство, — продолжал некромант. — Пока глаза не начнёт закрывать пелена, пока от гнева не станет сводить мышцы. А когда твоя кровь закипит от невыносимого жара, сконцентрируй его на ладони своей правой руки. Если почувствуешь страшную жгучую боль — заклятье сработало. У тебя хватит времени ровно на один удар.
—
— Пламенем, что выйдет из неё.
Разозлиться было несложно — щитоносец сделал всё, чтобы выбесить меня до белого каления. Боль, страх и отчаяние работали неплохими катализаторами, и я последовал наставлениям Маэстуса, до предела разжигая внутри ярость против этой грёбаной каменюки, по идиотской случайности зажавшей нас в угол. Пелена на глазах и кипящая кровь никак не приходили, но я надеялся, что это были скорее поэтические метафоры, чем реальный эффект. Впрочем, все мои усилия каким-то образом сфокусировать гнев на правой ладони оставались тщетны… Дьявол!
Заметив, что я застыл на месте, громадная фигура снова обернулась ко мне. Наперерез ей рванул Ронан, совершив отчаянный прыжок и поймав двуручником цепь топора. В следующую секунду большой меч отлетел в сторону, и за ним же последовал его владелец, получив страшный удар щитом. Мила зарычала и напрыгнула на щитоносца сзади, пытаясь короткими ударами кинжала нащупать хоть какую-то уязвимую точку. С тем же успехом можно было царапать перочинным ножом цельную скалу.
Что-то внутри меня щёлкнуло и перемкнуло. Мои сопартийцы, мои друзья в беде, а я не могу им помочь. Я был готов броситься на помощь Миле и расшибиться в лепёшку об непробиваемую башку урода, если бы это дало хоть что-то. Нет, не просто готов. Ноги сами сорвались с места, изо рта вырвался неразборчивый крик-хрип, а мир сузился до одной фигуры, одной цели, одного смертельного врага. Почти не осознавая себя, я поднял правую руку — из ладони медленно выдвигался клинок из чистого пламени. Кажется, я почувствовал запах горелого мяса… А вот боли почему-то не было.
— Макс, давай! — раздался крик Ронана откуда-то слева. Мила спрыгнула со спины щитоносца за миг до того, как тот воспользовался своим топором.
— Бей!! — одновременно крикнул Маэстус, хотя меня не надо было дополнительно подгонять.
Я хотел прыгнуть и достать до головы, но ноги почему-то отказали в последний момент, и «Коготь феникса» врезался в самый центр огромного щита, который моб успел выдвинуть мне навстречу. На миг я похолодел, отрезвев от всепоглощающего гнева — не сработало. Гад успел защититься. Я снова всех подвёл, и на этот раз это приведёт к вайпу. Если бы я только подкачался до того, как полезть в этот данж…
Элитный воин гробницы со щитом почему-то не торопился поднимать топор, чтобы выбить из меня последние очки здоровья. Не пытался он и отбросить меня в сторону. Я отдёрнул ладонь и с изрядным удивлением увидел оплавленную дыру, которая осталась на её месте. Дыру, ведущую насквозь.
— Сколько-сколько, нахрен, дамага? — Ронан неслышно подошёл сзади, пока я переводил глаза с собственной ладони — пустой и почему-то лишённой зияющей обугленной раны — на последствия легендарного спелла.
— Под тысячу, — спокойно сказала Мила, огибая застывшую фигуру справа. — И это, кажется, был не крит. Поздравляю, Макс, вот ты и нашёл свою ульту. Ты как, живой?
— Не… уверен.
Фигура щитоносца из песчаника дрогнула и начала распадаться на куски, которые в свою очередь рассыпались
Выучено умение «Коготь феникса»!
Получено опыта — 2500!
Внимание! Вы успешно изучили заклинание высокой ступени!
Получено достижение — «Уникум»!
Я перенёс солидную дозу объятий и хлопков по плечу от измученных, но счастливых ребят, только кивая в ответ. По-хорошему надо было снова помочь Миле собирать болты по всему полю, периодически разгребая кучи песка, но вместо этого я кое-как добрался до ближайшей стены и грузно сел, облокотившись на надёжный камень. В голове не осталось мыслей, в теле — сил. Заслуженная победа, жирный кусок опыта, легендарное заклинание на тысячу урона за удар и достижение за него сейчас не вызывали никакого отклика. «Коготь феникса» словно сжёг без остатка не только ману — которая, кстати, почему-то не спешила регениться — но и весь мой запас эмоций на ближайший месяц.
Этот эффект, к счастью, отличался от депресняка после «передоза» «Последнего вздоха», я всё ещё дышал, и мне не хотелось умереть, но при этом не хотелось и двигаться. Я попробовал подумать об Эми и тут же ощутил хорошо знакомый болезненный укол в районе сердца. Хотя бы в этом смысле я выгорел не до конца.
— Это одна из причин, почему я не люблю огонь, — негромко подал голос Маэстус. — Врут, что он не берёт плату. Он захватывает тебя, кружит голову, сначала заставляет ненавидеть, а затем — забыться. Помнишь, как я погиб?
Я молча кивнул. «Гнев дракона» в лесу сжёг целый отряд инквизиции, но засевший в отдалении снайпер воспользовался моментом и убил Маэстуса выстрелом в голову.
— Мана начнёт восстанавливаться через пару часов, но тебе лучше поспать. Не советую применять «Коготь» в будущем без подготовки — тебя десять раз остановят, прежде чем ты успеешь замахнуться. И как я допустил, что ты не пошёл в некроманты…
Закрыв глаза под успокаивающее ворчание Маэстуса, я погрузился в глубокий тёмный омут сна без сновидений.
Глава восемнадцатая
— Да дай человеку поспать, нам бы и самим надо.
— Хочешь, чтобы система посчитала, что мы застряли, и сбросила данж?
— С хера ли она должна его сбрасывать?
— Потому что мы так и не закрыли квест.
— Ну а Макс тут при чём? Ща сами нормально разберёмся…
Открывать глаза решительно не хотелось, но голоса становились всё громче и настойчивей, пусть и направленные друг на друга, а не на меня. Затем я внезапно осознал, что задрых прямо на шахматном поле, и Мила права — нужно поскорее оттуда убираться! Разлепив глаза, я резко вскочил на ноги. Точнее, попытался вскочить — те держали кое-как, и если бы не вовремя подставленная рука Ронана, я бы снова оказался на полу, но уже в другом положении.
— Спасибо, — пробормотал я, планируя сказать что-то в духе «давайте поскорее убираться с поля», но вместо этого выдавил: — Где мы?
Просторный зал с куполообразным потолком, теряющимся в темноте, ничем не напоминал ночной кошмар клаустрофоба, как все три шахматных поля «Сотни». Исчезли и раздражающие оранжевые узоры на стенах — вместо них по периметру ярким и ровным золотым светом горели стеклянные светильники необычной вытянутой формы. Чисто, тихо, даже уютно, совсем не в стиле этой чёртовой гробницы. Как мы вообще тут оказались? Я что, ходил во сне?