Новобранцы
Шрифт:
По принятым правилам, в жизнь «реального» существа вмешиваться было нельзя никаким образом, но особенно жестко каралась помощь ему. Но когда «реал» был завершен, ограничения снимались.
«Картинку» из мозга землянина перестали транслировать только тогда, когда он перешагнул проем транспортного космолета.
Среди тех, кого «обидел» человек своей живучестью, оказались самые влиятельные фигуры Города Богов. Понимая, что все, что происходит с бывшим «реалистом», все ещё может записываться, его недоброжелатели охоту за ним устроили очень осторожную, с оглядкой.
Чтобы «перевесить» смерть Александра, или хотя бы отсрочить её хотя бы на какое-то время, на противоположную «чашу» нужно было «бросить» силы, не менее влиятельные, чем те, которые сейчас желали его гибели. Задача была из сложнейших. Над планом по её реализации Дита и просидела всю ночь, не сомкнув глаз. И все же предварительное решение было найдено.
Очередным этапом обучения Заречнева и Ар'рахха стала «охота за «летучими голландцами».
Задание, которое бывшие гладиаторы получили он Николая Платоновича, на первый взгляд, мало чем отличалось от нескольких предыдущих: стрельба по мишени. Но только на первый.
Мишенями оказались небольшие беспилотные самолеты — разведчики. Оружия на них не было почти никакого. Разве можно считать оружием один-единственный ствол — даже не пушку, а пулемет калибром около тринадцати миллиметров? Наверное — нет. Именно так полагал Александр; что думал на этот счет драк, выяснить не удалось. Он, как обычно, вдумчиво прочитал все, что было прописано в его планшетке, молча направился в ангар — готовится к вылетам.
Сашка скользнул взглядом по надписи, гласившей, что ему необходимо поразить мишень не менее трех раз в течение дня, непонимающе хмыкнул — чего ж в этом сложного? Он проводил взглядом прихрамывающую Ирину, направляющуюся к «спарке», мысленно пожелал её удачного вылета в её первом в жизни полете на истребителе, не торопясь, направился к своему ИПЛ-4.
Самолеты-мишени драка и человека отличались только цветом. Как только зеленый верзила закрыл фонарь своего истребителя, запустил двигатели и двинулся к выходу, «его» мишень тут же пришла в движение. Свистнули двигатели, выходя на взлетный режим, самолетик приподнялся над бетоном ангара и скользнул в высокую воротину, опережая «охотника».
Александр проводил изумленным взглядом это чудо инопланетной техники, энергично полез в кабину своего истребителя. «Его» «голландец» тоже не заставил себя ждать.
«Зона» «охоты» в полетном задании была прописана четко, можно было не бояться «потерять» мишень. Да она и не терялась.
Свистопляска началась сразу, как только «летучий голландец» проник в зону «охоты».
Мишень резко ушла в сторону, потом — вверх. Заречнев потянул ручку на себя, ловя в прицел силуэт самолетика. Тот моментально переместился в сторону, потом — вниз. Сашка бросил истребитель вслед за мишенью... Тот взмыл вверх. Перегрузки навалились просто сумасшедшие.
Рискуя потерять сознание, Александр не отпустил ручку от себя, ловя в перекрестье прицела «голландца». Тщетно. Огненная струя, сгоряча выпущенная Сашкой, прошла намного
Гонка за неуловимым «голландцем» напоминала стрельбу из рогатки по воробью, летящему мимо огромной качающейся карусели, на которой находится стреляющий.
Ближе к обеду, совершенно вымотавшись — и морально, и физически — Заречнев вышел на связь и спросил у драка, как успехи у него.
— Не очень! — честно признался зеленый верзила. — Я его даже в прицел его ни разу не поймал.
— У меня то же самое! Давай немного отдохнем, а потом продолжим!
— Давай! А то я жутко хочу жрать!
Самолеты бывших гладиаторов завалились на бок и направились в сторону базы.
Ели молча, не выходя из кабин. Подошел Николай Платонович, глянул на мокрые от пота волосы и спину землянина, сказал:
– Терпите! Это только начало! Дальше будет еще труднее!
— Ну, Вы Николай Платонович, умеете утешить! — беззлобно отшутился Заречнев, запивая хлеб из фляжки. — Куда ж еще труднее-то?
— Труднее будет, когда эта штучка начнет охотиться за вами! Сашка поперхнулся так, что едва не подавился куском хлеба.
...Опустились сумерки. Силуэт самолетика стал сливаться с землей, потом — с небом. Охота становилась все опаснее, так как можно было, не рассчитав скорость и высоту, врезаться в землю.
Но Заречнев не отступал. Он раз за разом находил «летучего голландца», заваливал самолет на крыло, выполнял боевой разворот...
Мученья прекратил Николай Платонович. Его голос возник под шлемом землянина:
— Все, на сегодня достаточно! Возвращайтесь на базу! Завтра продолжите.
Ужин прошел при полном молчании. Бывшие гладиаторы молча жевали куски прожаренной курицы, каждый думал, наверное, об одном и том же — что же они делают не так, если за десять часов почти непрерывных «гонок» ни одному из них ни разу не удалось хотя бы одним-единственным снарядом «зацепить» мишень.
В столовую, прихрамывая, вбежала Ирина, подскочила к «братьям по крови», звучно чмокнула в блестящую макушку зеленого верзилу. Тот он неожиданности чуть не подпрыгнул на своем стуле.
— Ты, что? Ты что? — ошалело уставился на нее драк, не понимая, что означает этот звук и ощущение прохлады на его темени.
— У меня завтра — первый самостоятельный полет! Можете поздравить!
— Поздравляем! — довольно искренне обрадовались за девушку бывшие охотники за артефактами. — Но — как? У тебя же сегодня был только первый полет!
— А я на Земле окончила летную школу в Новосибирске. У меня налет только на Як-18 — больше ста пятидесяти часов. Николай Платонович сразу сказал, что из меня получится хороший пилот.
— Наверное, ты ему очень понравилась! — ни с того, ни с чего съязвил Сашка, утыкаясь обратно в свою тарелку. Ар'рахх растерянным взглядом проводил обиженную девушку, на лице которой вспыхнул румянец (землянин, видимо, сам того не ведая, попал «в точку»), отодвинул поднос, изрек:
— Хорош хавать! Пойдем в комнату, покумекаем, как нам завтра подстрелить этого неуловимого металлического птеродактиля.