Новый мир для Киани. Раздать долги
Шрифт:
– Зачем?! – вскричал он, глядя на мужа. – Это уничтожит ее дар!
– Я знаю, — тихо сказал муж, опуская меня на землю.
В груди все сжалось. Я не любила боль и сейчас понимала, что буду испытывать ее добровольно, в сердце кольнул страх, смогу ли я все выдержать? Смогу ли вырвать все нити дара и добровольно отдать их?
– Я буду сильным, ради тебя и Дара, — неожиданно прошептал Аргайл, и я пораженно подняла на него свой взгляд. – Боль, что испытает моя любимая, не обойдет меня стороной. Но я буду ее терпеть, зная, ради чего мы здесь.
Простые
– Я буду сильной, ради тебя и Дара, — и смело шагнула к озеру.
У меня было время, чтобы понять, как лучше все сделать, и сейчас, сняв кольцо, я вернула ему первоначальную форму ящика, набитого прозрачными золотистыми сферами. Зайдя по колено вводу, я расправила свой дар Белого Хранителя, освещая и заставляя все замереть вокруг меня. Мои крылья чистого резерва стали новым вместилищем, в который я направила всю свою внутреннюю магию, все свои магические потоки, смещая их и направляя во внешний мир. У меня осталась только тонкая нить, идущая из сердца, что позволяла управлять моей силой. Тонкие перья из крыльев натянулись, получив новый приказ, и, сверкнув, превратились в белые нити, которые, как маленькие змейки нырнули в новые сосуды для душ.
– Стой! – Мирх проявился рядом, его трясло, шерсть вставала слипшимися кусками, и вид у него был очень болезненный. – Не надо, прошу… Киани, ты не понимаешь, что произойдет. Ты просто нырнешь в поток боли, что разорвет тебя. Ты не выживешь! Я чуть не умер! Я сильный дух мира, не выдержал этого! Киани!
– Спасибо, – улыбнулась я. – Спасибо за этот мир, спасибо за драконов, за мою семью. Я счастлива, что оказалась здесь и нашла все это. Я буду сильной, Мирх. Ради всего того, что ты дал мне. За это стоит заплатить.
– Нет!
Но я уже качнула ящик, зависший передо мной, и сверкающие шарики яркими искрами посыпались в черную воду. Был выбор опускать их по одному, но это могло растянуться не на один десяток дней, лучше все и сразу. Это нырок с обрыва, где у тебя только одна цель выжить и вернуться к тем, кто любит и ждет тебя.
Боль накатила разом. Кожа превратилась в саму землю мира, которую жгли, взрывали, топтали и выдирали из нее целые куски. Передо мной мелькали видения, как мои внутренности вырывали из меня, и уши наполнял радостных смех захватчиков. Их алчность каленым железом прижигала кровоточащие вены, мои кости взрывали, перемалывали их в порошок, и я поражалась, как жива до сих пор.
От нахлынувшего всего этого видения и боли я сначала потерялась, но ярким огнем среди всего этого ада вспыхнул образ Аргайла, держащего на руках нашего сына. Эта боль была не моя, тут же постаралась я уцепиться за сознание и свою жизнь. Там, где сейчас пепелище, скоро поднимется высокий лес, а в этом месте разольется голубое озеро, на месте черной воронки магического разрушения скоро поднимется город, и люди будут делать там удивительные красивые
Это была борьба боли и надежды. То, что топило меня и рвало на куски, я всеми силами преобразовывала в реальность. Ведь здесь и сейчас, я знала, что Миола, воскресла, пришли драконы и очистили ее.
Все будет хорошо, и после этой боли придет исцеление, мир очистится от темной магии, души, наконец-то, покинут это место и освободят всех. Это стоит того, чтобы бороться, сопротивляться и видеть не только ад и разруху, но и то, что ты можешь создать сам – дружбу, любовь, счастье.
Я сопротивлялась, я была сильной, но боль накатывала и накатывала. Я вспомнила море боли, что подарила мне магическая сеть. Я тогда просто поняла, что ее надо перетерпеть, и сейчас начала новый отсчет. Раз, два, три, четыре, пять… сто… двести… тысяча…
Колыбельная моей матери ворвалась в этот поток боли свежим ветерком, пронеслась по горящему телу и окружила сердце. Нежные руки обняли меня, и на щеки упали слезы.
– Мам, не плачь, все теперь хорошо.
– Я не плачу, я пою. Ты слышишь?
– Да, очень красиво. Моя любимая колыбельная.
– Это колыбельная только для тебя, моя Звездочка, ее поет моё сердце.
– Спасибо, ты рядом, стало значительно легче. Тебя отпустили?
– Да, Создатели приняли твой выбор и принимают твою жертву.
– Ты и папа теперь будете вместе?
– Да.
– А Луноликий и Дева Цветов?
– Тоже, им дадут новый мир. Так что у маленького Ира теперь будет и дом и семья.
– Чудесно, а души?
– Они все заняли свои новые оболочки и готовятся вернуться домой.
– Но как?
– Мирх отнесет. Твой долг Ширушу оплачен с большой переплатой.
– Вот как? Надеюсь, он воспользуется этими душами с умом и больше не отпустит завоевывать миры.
– Не переживай, у Ширушу тоже будет свое Искупление.
– Киани! – голос мастера Навигала ворвался в плавный поток нашего разговора, и я подалась на него. Некромант и еще трое незнакомых мне людей стояли рядом с нами.
– Пора домой, лэри Киани, – улыбнулся мастер.
– Я что умерла? – забеспокоилась я, но вроде вся жизнь передо мной не мелькала, и я все хорошо помнила.
– Нет, вы все еще живы, но потоки боли были сильными, ваша душа выскользнула из тела, мы пришли проводить ее обратно, вы позволите? – мастер обратился к моей матери.
Она кивнула. Четыре некроманта встали рядом со мной, словно охраняя и указывая путь.
– Когда?
– обернулась я на сверкающую душу своей матери.
– Четыре года, такова была разница между мной и твоим отцом в возрасте, возвращайся домой. Придет время, ты сама узнаешь о сроке и дате.
И некроманты двинулись в путь, мы шли длинными тропами, поднимались на скалы, я оглядывала мир вокруг и удивлялась его реальности.
– Это мир душ?
– Не совсем, — обернулся мастер, — скорей прихожая этого мира. Если в нем задержаться, то обратного хода уже не будет.