Оглянись на бегу
Шрифт:
Помоги ей Боже, сегодня у нее юбилей. Полгода без работы. Сто восемьдесят дней назад она позволила злости на Сида взять верх над здравым смыслом. Она оставила место вице-президента в процветающем агентстве. Шесть месяцев назад она вспомнила увещевания Блейка, пожертвовала успехом ради своей чести и достоинства – и куда же это ее привело? В Нью-Йорке – ни одной вакансии. О Чикаго и говорить нечего. Даже родной Сан-Франциско закрыл перед ней двери крепче, чем ворота тюрьмы перед заключенным.
Разумеется, она обзвонила всех друзей. Друзья
Естественно, она встречалась с директорами и управляющими агентств. Первые несколько недель Дейни не беспокоилась: встречи неизменно заканчивались на высокой ноте. Собеседник входил в положение и обещал приискать для нее место. Просто дождаться не мог, когда же мисс Кортленд приступит к работе.
И Дейни верила в будущее. Она переселилась к Блейку. Она готовила ему еду, была с ним ласковой и любящей – думала, что может себе это позволить. Она не завидовала его успехам, ибо в безграничной наивности полагала, что мир принадлежит ей. И Блейк совсем забросил работу. Они проводили дни вместе, а ночи – в одной постели. А однажды отправились на весь день в Сосилито – ходили по магазинам, а потом пили в старинном ресторанчике «Кровавую Мэри». В то время Дейни, упоенная лживыми надеждами, имела нахальство отвергнуть первое предложение. Она еще не знала, что второго не будет.
Однако дни оборачивались неделями, а недели – месяцами. Дейни перешла от оптимизма к тревоге, от тревоги – к ужасу. Ей улыбались. Ей кивали. Ей обещали звонить – и не звонили. Просматривали ее послужной список – и пожимали плечами. Дейни пошла по второму кругу. Теперь все эти шишки прятались от нее за спинами секретарш, а, если удавалось-таки до них добраться – разговаривали сухо и раздраженно и, не успевала Дейни открыть рот, заявляли, что вакансий у них нет. В ужасе Дейни бросилась в отвергнутое агентство, но место было уже занято. Как будто цунами захлестнула рынок труда и смыла все вакансии! Сид сдержал слово. Он опережал ее на шаг и предупреждал каждый ее удар своим. Теперь, отправляясь на очередную встречу, Дейни ожидала отказа. И ее опасения неизменно сбывались.
Но Дейни не сдавалась. Она рассылала сотни резюме во все мало-мальски стоящие агентства. Она говорила по телефону профессиональным рекламным голосом – никто не догадался бы, что она на грани отчаяния. И она добилась своего: президент небольшого, но престижного агентства назначил ей встречу. Сегодня решающий день. Через несколько часов Дейни предстояло узнать, дотянулись ли щупальца Сида до Лос-Анджелеса. Дай Бог, чтобы нет, – думала она и дрожала все сильнее.
Нетерпеливо постукивая ногой в замшевой туфле по паркету, Дейни снова взглянула на часы. Еще минута! А всего – сорок минут. Пятнадцать еще куда ни шло, но прождать сорок минут в приемной Пола Уинфилда… просто невероятно!
Костлявая секретарша
– Извините. – Хороший тон. Спокойный. Вежливый. Уверенный. Секретарша подняла глаза. – Не могли бы вы напомнить мистеру Уинфилду, что наша встреча назначена на десять?
– Я знаю, мисс… – Секретарша поправила очки и с гримасой мученицы полезла в блокнот. Но стоит ли на нее злиться? Она справляется со своими обязанностями не хуже других. Может быть, даже лучше. У нее, по крайней мере, есть работа. – Мисс Кортленд. Мистер Уинфилд знает, что вы здесь. Я уверена, он примет вас, как только сможет. Садитесь, пожалуйста. Не хотите ли кофе?
Дейни ощутила, как заливает щеки краска гнева и стыда. В Сан-Франциско она привыкла к такому обращению – но в Лос-Анджелесе? Не мог же, черт побери, Сид обзвонить все агентства в стране? Нет, нельзя думать о Сиде. Дейни прикрыла глаза и представила себя – такой, какой хотела себя видеть. Сильной, уверенной в себе. Настоящим профессионалом. Это не повредит – другой вопрос, поможет ли?
– Дело в том, что я жду уже почти час, – начала Дейни снова. – Может быть, вы ему напомните…
– Я уже сказала: напомню при первой возможности. Поверьте, я не забуду, что вы здесь.
Однако, как только загудел зуммер, секретарша начисто забыла о Дейни. Та на секунду отключилась и не слышала, о чем шел разговор; очнулась она только, когда секретарша вскинула на нее глаза. В ее самодовольной улыбке читалось: «Я же вам говорила!»
– Боюсь, у мистера Уинфилда изменились планы. Он попросил принести вам извинения, мисс Кортленд, за то, что заставил вас ждать. Может быть, в другой раз…
Женщина опустила голову и углубилась в толстую пачку бумаг. Она полагала, что Дейни встанет и уйдет. Как ни удивительно, Дейни чуть было так и не сделала, но остановилась, осознав, что это ее последний шанс. Нет, с нее хватит! Дейни Кортленд не уползет, поджав хвост, словно побитая собака! И ни одна стерва-секретарша ее не запугает!
– В другой раз? – Дейни рассмеялась и покачала головой – серебристые волосы окутали ее голову пушистым облачком.
– Да, в другой раз, – холодно ответила секретарша. – Могу посоветовать вам позвонить на следующей неделе.
– Это невозможно. – Дейни сама слышала, как дрожит ее голос, но ей было плевать. Это ее последний шанс. – Мистер Уинфилд ответил на мое резюме. Чтобы встретиться с ним, я прилетела из Сан-Франциско. Я должна его увидеть. Должна показать ему… подождите!
Дейни бросилась назад к кушетке, схватила портфель и бросила его на стол секретарши.
– Взгляните на мои работы, – заговорила она, возясь с «молнией». – У меня есть именно то, что нужно вашему агентству.