Османская империя. Шесть веков истории
Шрифт:
После победы над египетскими мамлюками в 1517 году султан стал главным преемником исламских империй раннего Средневековья. Отныне он звался «слугой двух святынь» Хиджаза; стал защитником паломничества (хадж; hadj), ежегодного каравана и его маршрутов; перевез мощи Пророка из Каира во дворец Топкапы в Стамбуле. Султан провозгласил свою власть в священных городах Ближнего Востока (Мекка, Медина, Иерусалим). В результате кампании 1534 года в Ираке он разместил там гробницы почитаемых суннитских праведников и важнейшие шиитские святыни (Кербела, Наджаф и Самарра). Султан владел фактически всеми блестящими метрополиями классического ислама (Каир, Дамаск и Багдад), способствовал развитию центров суфийской духовности (Конья, бывшая сельджукская столица), повелел построить религиозные архитектурные комплексы вокруг мечетей в Бурсе, Эдирне и Стамбуле.
Вплоть до падения империи султан представал перед своими подданными главным поборником суннитского ислама: он продвигал идею единства мусульманской общины, отвергал шиизм («сторонников Али», зятя и двоюродного брата Пророка) и на протяжении более двух веков
Обычаи османов напоминают практики Омейядов или Аббасидов, первых арабских династий после смерти пророка Мухаммеда: в городах и селах, разбросанных на огромной территории, разрешалось «обсуждать вопросы богословия и права в соответствии с единой терминологией и сводом правил», «при совершении определенного обряда придерживаться правил той или иной юридической школы», «поклоняться могиле святого» и «собираться на пять ежедневных молитв». Все эти практики носили отпечаток «общих истории, культуры, повседневности и предрасположенности» [5] . Однако турецкая империя отличалась от арабской. Широко распространенный в Малой Азии, долгое время насаждаемый на Балканах, почти неиспользуемый на Ближнем Востоке и в Северной Африке, турецкий язык никогда не занимал таких же позиций, как арабский в классическую эпоху. Он не был столь распространен ни в богослужении, ни в быту и являлся скорее языком администрации, общения визирей (вне зависимости от происхождения, будь оно албанским, хорватским или абхазским), а также языком ученой или, напротив, народной литературы. На турецком говорило большинство анатолийских и балканских мусульман.
5
Miquel, 1980. P. 222.
Почему именно Османская империя?
Каким образом в раздробленной Малой Азии конца сельджукского периода османский эмир стал, цитируя произнесенные в 1331 году слова Ибн Баттуты, «самым могущественным из тюркских царей, превосходившим всех размером казны, числом городов и солдат» [6] ? Как преемники эмира, султаны, смогли, дважды нагнав страх на Вену в 1529 и 1683 годах и внушив ужас папским легатам, распространить ислам в Центральной и Восточной Европе – на территориях, которым он был совсем чужд? Как получилось, что они продержались почти половину тысячелетия? Как удалось создать государство, ставшее последним имперским образованием в Восточном Средиземноморье и воплощением мусульманского универсализма? Эти вопросы задает ставшая частью долгой истории исламских народов и разнообразных обществ Малой Азии, Европы, Африки и Ближнего Востока османская эпоха. Специалисты предлагают множество ответов.
6
Ibn Battuta, 1997. P. 180. Правовед и географ Ибн Баттута был родом из Магриба, в период с 1325 по 1353 г. путешествовал по исламским странам, затем составил описание своего паломничества.
Исключительная территориальная экспансия стала возможна благодаря таким факторам, как существование могущественной армии, организованного командования и грамотного сбора налогов, которое обеспечивало нужды войска. С самого начала государству удавалось мобилизовать граждан на войну с помощью налоговых отчислений и уникальной системы централизованного учета доходов. Идеология завоевания, сочетая в себе чувство чести и тягу к наживе, а также идеализм и авантюризм, объединяла в борьбе с соседними эмирами. Султан успешно удерживал в своей власти разные земли, нередко заключая выгодные союзы с врагами. Органы центральной и региональной администрации добивались своих целей путем принуждения и переговоров, а также с помощью действующих на всех законов и правил, адаптированных к локальным особенностям. Обладавшая исключительными правами на землю, государственная власть устанавливала норму производства и цены на продукты питания. Она обеспечивала привилегированный доступ к стратегическому сырью, оставляя частным предпринимателям, торговцам и простым гражданам возможность производить и продавать то, что обеспечивало бы процветание страны.
Таковы принятые в историографии ответы на поставленные вопросы. Тем не менее они недостаточно характеризуют особенности Османского государства. Почему ученых, сведущих в религиозных науках, т. е. улемов, государство приравнивало к государственным служащим? Почему кади (cadi), первоначально являвшиеся судьями, также превратились в должностных лиц? Почему государственные рабы служили в армии на территории
7
Veinstein, 1998. P. 415–426; Vatin, 2015.
Широкая известность янычар обусловлена их военной эффективностью и склонностью к мятежам. Янычары стали не только блистательным воплощением меритократической системы, лежавшей в основе османского могущества, но также символом общества, разрушенного коррупцией и общим упадком государства. Появление янычар свидетельствует о серьезных переменах в средневековой практике вербовки военных рабов: в рабство попадали не только иностранные пленники (что соответствовало мусульманскому закону); служить шли молодые зимми (zimmi), то есть христиане или иудеи, подданные султана, насильственно обращенные в ислам. Именно отлучение детей от родителей (девширме; devsirme) и навязанное им отступничество от веры рисуют черный образ великотюркской монархии. Некоторые авторы, например Идрис де Битлис (ум. 1520), утверждают, что, поскольку большая часть покоренных народов была подчинена силой, их порабощение и обращение в ислам являлось вполне законным [8] . Однако этот довод не способен объяснить все: в административной документации на зимми распространялись все обязательства, ограничения и гарантии, связанные с их статусом, начиная с одного из основных элементов превосходства ислама над «людьми Писания»: подушной подати. Она позволяла им – в зависимости от того, как смотреть на вещи – оставаться свободными или находиться под защитой султана. Тем не менее, лишаясь своих детей, подданные-немусульмане будто вновь становились «побежденными, подчиненными законам войны во всей их суровости» [9] .
8
Menage, 1956. P. 181–183. О неявном оправдании devsirme правом захватчика см. Romer, Vatin, 2020.
9
Veinstein, 2020. P. 382.
Почему же османы отошли в этом вопросе от обычаев предшественников, которые, еще со времен династии Аббасидов, комплектовали свою армию из иноземных пленников? Почему нововведение османов легло в основу их политической системы? Следует отметить, что до конца XV века высшие сановники в основном являлись тюрками, тогда как в следующем столетии и до начала XVII века они в подавляющем большинстве происходили из девширме или из пленников, захваченных во время столкновений на лимесе (Босния, Венгрия или Польша-Литва). Почему же турки перестали управлять Турецкой империей?
Ответы на эти вопросы трудно отыскать в османских источниках [10] . Однако, читая свидетельства иностранцев и более поздние документы, мы можем выдвинуть гипотезу. По-видимому, верность новообращенных государственных рабов подкреплялась их рвением: в отличие от сыновей из турецких семей, которые могли превратить привилегии, полученные в верхних эшелонах власти, в незаконную прибыль семьи, клана или рода, новообращенные зависели исключительно от султана. Тем не менее, хотя прекращение отношений со средой происхождения обеспечивало фундаментальный разрыв между официальными лицами из девширме и простыми подданными, многие источники свидетельствуют, что слугам удавалось сохранить память о родном языке и, сделав карьеру, возобновить отношения с семьей.
10
Veinstein, 2020. P. 373.
Империи
Долгая история Османской империи развивалась под влиянием разнообразных процессов, происходивших на многих территориях и во многие эпохи. Она началась с создания Османом средневекового государства и завершилась основанием Турецкой Республики в 1923 году. Османская империя остается единственным политическим образованием, сопоставимым по размаху с Римской империей и Византией. Гигантское монгольское государство, предавшее огню и мечу степи в XIII веке, – это особый случай как по своим исключительным размерам, так и по продолжительности существования (всего семьдесят лет). Были и есть государства крупнее Османской империи, такие как Китай или Россия. Однако они были евразийскими. Османский султан в Новое время управлял самой обширной территорией, расположенной сразу на трех континентах (Европа, Азия, Африка). Тогда как в XVIII веке площадь султаната уменьшалась, на пяти континентах создавалась другая империя, ставшая самой крупной и густонаселенной не только в современной истории, но и в целом в истории человечества. Вероятно, интереснее, чем вопрос «почему?», вопрос «как?».