Память Света/Память огня (др. перевод)
Шрифт:
Мэт двинулся быстрой рысью в объезд тыловых порядков андорцев. Стражи Последнего Часа бежали рядом, стараясь поспевать за лошадью. Свет, шеренги андорцев были смяты. Скверно. Что ж, он сделал ставку. Теперь остаётся только лишь оседлать эту проклятую битву и надеяться, что она будет брыкаться не слишком сильно.
Когда Мэт галопом мчался к Принявшим Дракона, он услышал нечто неуместное в подобных обстоятельствах. Пение? Мэт натянул поводья. Огир перехватили атаку троллоков и через высохшее русло со стороны болот пробивались к левому флангу Илэйн,
Они стояли на своих позициях, словно дубы посреди потока и в такт пению взмахивали топорами. Вокруг них громоздились груды мёртвых троллоков.
— Лойал! — выкрикнул Мэт, вставая в стременах. — Лойал!
Один огир вышел из боя и обернулся. Мэт был ошеломлён, увидев своего обычно такого спокойного друга: уши прижаты к голове, зубы стиснуты от ярости, а в руках — окровавленный топор. Свет, от одного его вида Мэта бросило в дрожь. Он предпочёл бы встретиться лицом к лицу с десятком людей, считающих его шулером, чем сразиться с одним разъярённым огир!
Лойал что-то крикнул остальным и вновь вступил в бой. Они продолжали крушить ближайших троллоков, врубаясь в их ряды. Огир были примерно одного роста с троллоками, но казалось, что они возвышаются над Отродьями Тени. И огир сражались не как солдаты, они были скорее похожи на дровосеков. Подсечь с одной стороны, затем с другой, и троллок валится с ног. Мэт знал, что огир не любят рубить деревья, но троллоков, кажется, они рубили с удовольствием.
Тем временем огир разбили кулак троллоков, заставив их разбежаться. Подоспели солдаты Илэйн, вклинились, отсекая остальную армию троллоков, а освободившиеся несколько сотен огир отошли к Мэту. Он заметил, что среди них оказалось довольно много огир-садовников Шончан. Он таких распоряжений не давал. Но обе группы сражались вместе, хотя и едва удостаивали друг друга взглядами.
У всех огир, даже у женщин, было множество порезов на руках и ногах. Эти создания не носили доспехов, но, несмотря на это, порезы в основном выглядели пустяковыми, словно шкура огир была прочной, как кора.
Взвалив топор на плечо, Лойал приблизился к Мэту, стоявшему в окружении Стражей Последнего Часа. Штаны Лойала потемнели до самых бёдер, словно он переходил вброд винную реку.
— Мэт, — глубоко вздохнув, произнёс Лойал. — Мы сражались здесь, как ты и просил. Ни один троллок мимо нас не прошёл.
— Вы молодцы, Лойал, — ответил Мэт. — Спасибо вам.
Он ждал, что будет ответ. Наверняка страстный и многословный. Но Лойал только стоял, глубоко вдыхая и выдыхая столько воздуха, что можно было наполнить небольшую комнату. И не проронил ни слова. Остальные огир, многие из которых были старше него, тоже молчали. Кто-то держал факелы. Отголоски заката таяли за горизонтом. Опускалась ночь.
Молчаливые огир. Страннее некуда. Огир на войне к тому же… Мэту сроду не доводилось видеть такое. Даже в его позаимствованных воспоминаниях ничего подобного не было.
— Вы мне нужны, — продолжил
— Протрубивший в Рог отдал приказ! — проревел Лойал. — Топоры поднять!
Мэт поморщился. Если ему когда-нибудь понадобится срочно передать какое-то сообщение из Кэймлина в Кайриэн, то теперь он знал, к кому обратиться. Правда, его услышат все вплоть до Запустения.
Он пришпорил Типуна. Теперь к Стражам Последнего Часа присоединились огир. И последние без проблем выдерживали темп.
— Достославнейший, — обратился к нему Карид. — Мне и моим людям было приказано…
— Идти умирать на растреклятый передний край. Я как раз над этим работаю, Карид. А пока, будь добр, не торопись вспарывать себе живот.
Мужчина помрачнел, но удержался от ответа.
— Понимаешь, ей вовсе не обязательно, чтобы ты погиб, — уточнил Мэт. Сказав больше, он бы выдал основной замысел с её возвращением.
— Если моя смерть послужит Императрице, да живёт она вечно, то я приму её с радостью.
— Карид, ты растреклятый безумец, — ответил Мэт. — Как и я, к моему большому сожалению. Так что ты в отличной компании. Эй, там! Кто возглавляет ваш отряд?
Они добрались до тыловых позиций резервного отряда Принявших Дракона. Здесь же находились раненые и вернувшиеся на отдых с передовой.
— Милорд? — откликнулся один из разведчиков. — Это леди Тинна.
— Ступай приведи её, — приказал Мэт. В его голове продолжали греметь игральные кости. А ещё он чувствовал, как его тянет на север — словно вокруг него обвились жгуты и тащат за собой.
«Ранд, прошу, только не сейчас, — подумал он. — Я весьма растреклятски занят».
Но в ответ не появилось привычного цветного водоворота, только чернота — абсолютная, как сердце Мурддраала. Но тяга усилилась.
Мэт отбросил видение прочь.
«Только… не… сейчас».
У него куча неоконченных дел. У него есть план. Свет, пусть он сработает.
Тинна оказалась хорошенькой девушкой, гораздо моложе, чем он рассчитывал увидеть, высокой и мускулистой. Она собрала свои длинные каштановые волосы в хвост, хотя отдельные завитки местами так и норовили из него выбиться. Она носила штаны и, судя по мечу на поясе и тёмным пятнам троллочьей крови на рукавах, успела принять участие в нескольких схватках.
Подъехав ближе, она оглядела Мэта сверху донизу проницательным взглядом.
— Значит, вы наконец-то о нас вспомнили, лорд Коутон? — Да, она точно напоминала ему Найнив.
Мэт оглянулся на Высоты. Огненное противостояние между Айз Седай и шаранцами превратилось в свалку.
«Лучше тебе победить там, Эгвейн. Я на тебя рассчитываю».
— Итак, твоя армия, — произнёс Мэт, обращаясь к Тинне. — Мне доложили, что к тебе присоединились несколько Айз Седай?
— Несколько, да, — осторожно ответила она.