Плацдарм
Шрифт:
Собственно, достаточно уже одного этого аргумента.
Однако Эйгахал Коцу не был бы кормчим ковена Холми и виновником самого большого предательства в рядах чародейского сословия чуть ли не со времен Войн Безумных Магов, если бы не понимал, что информация такого рода слишком большая ценность, чтобы просто так пойти и выложить ее хозяевам того мира.
— Я тебя понял, — молвил он, наконец приняв решение. — И не забуду твоих заслуг. А теперь слушай меня внимательно. Мы, конечно, скажем им обо всем, что узнали. Но не сейчас и не просто так. Ибо награда за эти сведения должна быть очень высокой. И я позабочусь о том, чтобы мы ее получили
«И понять, как лучше добиться поставленной цели», — подумал он про себя.
— Но, кормчий, — с легкой растерянностью пожал плечами Биру Югерс, — ведь в том мире мы утратим наш Дар!
— А вот это тоже надо будет проверить, — многозначительно усмехнулся Коцу.
Октябрьск. Махаловка, она же Четвертый квартал
— Скажи, уважаемый, вот ты говоришь, что будущее можно предугадать… — с явным сомнением в голосе начал младший лейтенант разговор со своим старым приятелем.
Маг уже понял, что именно ради этих слов пригласили его сюда, в харчевню на окраине Тхан-Такх.
— Не предугадать, а предвидеть, — строго поправил маг. — Гадают гадатели, а чтецы грядущего видят то, что должно случиться.
— Случится или должно случиться? — нетерпеливо перебил его Серегин.
Несколько секунд колдун взирал на него, наморщив лоб. Затем о чем-то догадался.
— У тебя были плохие видения? Или сны? Тебе грозит опасность? — очень серьезно спросил он.
— Мне — нет, а вот у других… — Несколько оторопевший младший лейтенант не стал пока раскрывать служебную тайну. — Но ты не ответил на мой вопрос.
— Ладно, расскажу тебе то, что знают все. Двести лет назад королю Сейгерта предсказали, что от соседнего княжества Терсин исходит огромная опасность для его страны и его династии. Он тут же пошел на это княжество войной, желая стереть его с лица земли. Армии Сейгерта и Терсина в количественном отношении были примерно как двадцать к одному, но у князя при дворе проездом гостил весьма могучий маг. Он решил помочь радушным хозяевам и обрушил на сейгертское войско огромную лавину, которая погребла под собой короля и половину его солдат. Король не удосужился обзавестись наследником, в Сейгерте вспыхнула смута, за власть схватились сначала дядя и племянник, потом троюродный брат и тетка. Остатки армии и тамошняя знать быстро перерезали друг друга… Одним словом, когда два года спустя в Сейгерт явился терсинский князек и провозгласил себя наследником покойного монарха, ему только что сапоги не целовали. Вот такая история.
— А еще?..
— Ну вот, например, придворный чтец грядущего игрисского шарчагана предсказал великие беды от брака его с дочерью владыки Химста. Шарчаган тут же разорвал помолвку — и свадьбы не было.
— И что? — спросил младший лейтенант.
— И ничего, — пожал плечами маг. — Ничего не случилось.
— Но все-таки, — продолжил Серегин. — Вот смотри — предсказатель видит грядущее и все, что якобы должно случиться. Но вот, допустим, мы убиваем или изгоняем вельможу, который должен погубить великое царство…
— Лучше не убивать, —
— Неважно, — отмахнулся Артем. — Ну одним словом, мы помешали исполнению предсказания. И этого не происходит. Но ведь он это уже увидел! То есть в будущем это уже случилось?! Почему же маг видит то, чему мы не дадим свершиться? Ну ты понимаешь меня? — спохватился Серегин, чувствуя, что уже начинает заговариваться.
— Знаешь, брат по Силе, — улыбнулся маг, — этот вопрос не по моей части. Тебе бы надо поговорить с каким-нибудь знатоком чаромудрия. А наше дело, наше с тобой, — уметь сделать, а не знать, почему это получается. Неважно — почему. Важно — как!
Артем покачал головой. Он надеялся на иной ответ. Полагал, что «главный консультант по вопросам нетехнического воздействия на природу» ОГВ поможет ему разобраться в том, что начало с недавних пор в массовом порядке твориться в войсках.
Прямо психоз какой-то.
Не было ли это последствием войны с Конгрегацией, во время которой, как говорили отдельные маги, применялись некоторые виды древнего и страшного по своей разрушительной мощи оружия?
В любом случае нужно продолжать исследования. И искать средства от странной хвори.
Октябрьск. Казармы имени Дзержинского
Умрет его мать, потому что не будет денег на лечение…
Умрет отец, не выдержав смерти матери.
Умрет младшая сестренка, ставшая проституткой, чтобы заработать на героин.
Ничего не будет…
И он тоже умрет, замерзнув на помойке, — спившийся, грязный, покрытый вшами бродяга.
Бомж.
И ничего нельзя сделать. Кто ему поверит? А если бы и поверили — все равно…
Чему быть, того не миновать.
Так стоит ли жить, зная все это?
Валька еще раз примерился. Ножны от штык-ножа доставали до спускового крючка. Будь у него карабин или старый АК-47, ему бы пришлось снимать сапог и жать на курок пальцем босой ноги.
А так…
Удобное и ухватистое оружие сделали в Союзе. Умеют… Только вот это оружие и останется…
Рядовой сдвинул предохранитель и заглянул в черное дуло.
А потом спокойно надавил спуск.
Почему-то в голову Валентину Петрову не пришла одна простая мысль: как он может застрелиться, если судьба уже определила ему умереть на помойке, будучи грязным, вшивым бомжем, спустя целых двадцать лет?
Октябрьск. Ставка ОГВ
— Ну и что мне с этим твоим рапортом прикажешь делать? — спросил наконец генерал Тихомиров, испытующе глядя на своего зама.
— А что сочтете нужным, то и делайте, — как-то устало и равнодушно промямлил Дерюгин. — Можете дать ход, отправив по инстанции, а можете… можете отослать психиатрам. Только я думаю, вы понимаете, что я не сумасшедший…
— Безусловно, — вмешался в разговор Серегин.
Полковник еще удивился, придя к начальству с докладом и застав в кабинете начальника младшего лейтенанта из роты Макеева, а вместе с ним и мага-консультанта Мак Арса. Понятное дело — любимчики руководства, однако ж все равно нарушение субординации.