Поцелуй у водопада
Шрифт:
Он опять ее целовал. Сорель вздохнула, наслаждаясь его прикосновениями, тяжестью рук, тесным сплетением ног. Блейз нежно и властно расправлялся с ее телом.
Теплые руки гладили ее неторопливо и сексуально. Он тянул время, переводил ее от состояния летаргии к ожиданию и, когда услышал, как участилось ее дыхание, сделал последнее и решающее движение.
Сорель отдалась ему, ощущая себя на верху блаженства.
От избытка чувств слезы выступили у нее на глазах при виде его, такого сильного, уверенного,
Блейз погрузил ее в дивный, немыслимый огонь, потрясая приливом первобытного желания. Они крепко сжимали друг друга в объятиях, охваченные пламенем удовлетворенной страсти.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Так они стали любовниками. Физически их отношения были почти предсказуемыми, хотя неизменно сопровождались восторгом и трепетным ожиданием встречи.
Каждую субботу Блейз приходил косить газоны, потом они обедали у Сорель или в ресторане, оттуда шли к нему или к ней домой и пылко предавались любви. Но вместе они проводили не только уикенд.
Вскоре родители поняли ситуацию, и Рода высказалась:
— Теперь уж и не знаешь, чего ждать от Блейза.
— Ничего, — ответила Сорель. — Мы ничего не ждем друг от друга.
Рода смотрела на их отношения скептически и неодобрительно.
Так проходили день за днем, но в глубине души Сорель таился страх, что, когда новизна секса Блейзу приестся, он бросит ее. Она утешала себя тем, что их связывает не только секс, но и воспоминания.
Но иногда она чувствовала, что они только теперь начали узнавать друг друга. Вечерами они разговаривали, обменивались мыслями и мнениями, обсуждали все — от текущих дел до цветов, которые Сорель хотела посадить во дворике.
Только свои отношения они никогда не обсуждали: что они для них значат, куда идут, как долго будут продолжаться…
Воскресным утром, когда Блейз и Сорель сидели за поздним завтраком в ее дворике, Сорель сообщила:
— Нас приглашают в гости.
— Кто?
— Елена и Кэм. Со дня их свадьбы прошло полгода. — Елена обрадовалась, что они придут вдвоем. Все друзья знали, что Блейз и Сорель живут вместе.
— Что ж, достойная дата, чтобы ее отпраздновать. Не все браки такие долгие.
— Я уверена, что их брак будет долгим.
— Почему ты так уверена?
— Потому что они очень любят друг друга и к тому же друзья.
— Мы тоже.
Блейз беспечно держал чашку, расслабленно откинувшись на стуле, но напряженный блеск в глазах противоречил позе.
Сорель откусила кусок тоста и положила его на тарелку.
— Кэм обожает Елену.
Он ничего не сказал, не пошевелился. Потом выпрямился и перегнулся к ней через стол.
— Ты хочешь обожания?
— Конечно, нет.
— Тогда чего же?
Сорель неловко пожала плечами.
—
— По-моему, именно ее я тебе предлагал, когда дарил кольцо.
— Нет. Ты меня не любил… так, как я тебя любила.
Как будто что-то пролетело в воздухе. Зашевелились листья на виноградной лозе, на стол упали пятна солнечных зайчиков.
— Ты меня любила?
Сорель вскочила, и стул проскрежетал по каменным плиткам.
— Иди к черту! — Она не хотела и дальше раскрываться, выставляя себя на посмешище.
Сердце обливалось кровью; она чуть не споткнулась на единственной ступеньке, ведущей в дом, когда Блейз схватил ее за руку и круто повернул к себе лицом.
— Как ты любила меня, Сорель? Ты думала обо мне каждую ночь перед сном, я тебе снился, когда ты закрывала глаза? Ты мечтала, как будешь заниматься со мной любовью, как у нас появятся дети, которых мы будем вместе растить? Ты готова была вцепиться в каждую женщину, которая на меня взглянет? И ты всегда хотела обнять меня, утащить в какую-нибудь комнату с кроватью, выбросить ключи и оставаться там до скончания жизни?
О, как жестоко.
— Да! — отвечала она. Если он все знает, какой смысл отрицать? — Да, да, да!
Она смотрела на него, и слезы катились по ее щекам.
— Я тебя ненавижу! Почему ты так поступаешь? — Он ей наконец-то отомстил, решил поставить ее на колени, окончательно унизить.
— Потому что я перечислил все то, что чувствую к тебе сам, — ответил Блейз, и она задохнулась.
Сорель смотрела на него, и гигантская рука сжала сердце в крошечный комочек, а потом отпустила, и оно заполнило всю грудь, разрывая ее.
— Что? — удивленно протянула Сорель.
Блейз смотрел на нее потемневшими глазами.
— Я люблю тебя, — признался он. — Я боролся со своим чувством с того момента, как снова увидел тебя, я говорил себе, что глупая привязанность к прошлому пройдет. Я почти убедил себя, что меня излечит занятие любовью с тобой, что через несколько месяцев мы благополучно разойдемся. Но каждый раз, когда я держу тебя в руках, я все сильнее ощущаю, что мы принадлежим друг другу, что я не отпущу тебя.
— Ты никогда не говорил о любви… ты только тащил меня в постель.
— Открыться, чтобы быть отвергнутым, как в прошлый раз?
— Но ты тогда не чувствовал ничего подобного!
Некоторое время Блейз хмуро изучал ее, потом неохотно признал:
— Тогда я все воспринимал как должное. Как ты сказала, с детства считалось, что мы предназначены друг другу. Я знал, что люблю тебя, что хочу остаться с тобой навсегда. Я не представлял себе жизни без тебя. Я не задумывался над тем, что мне и так дано всей жизнью. Может быть, не следовало проявлять к тебе столько заботы, когда мы были помолвлены.