Подиум
Шрифт:
Потом они вместе поехали на фабрику "Русская вышивка", чтобы посмотреть на авангардные модели.
Садчикова с замиранием сердца ждала решения молодого модельера.
– Исправить можно, – сказал он, – хотя и будет нелегко. Хорошо, что при пошиве ткань использовалась самая современная: это во многом облегчит задачу. Конечно, придется помудрить…
Состоялся деловой разговор, который удовлетворил обе стороны. Тимофей был приятно удивлен. Он считал Садчикову легкомысленной фифочкой, а тут услышал от молодой женщины интересные предложения… Тимофей
На днях Сазонов разговаривал со своим лучшим другом – Витюшей Парфеновым. Тот, проработав два года в молодежном театре, порядком ошалел от авангарда.
– Надо сваливать отсюда подальше, пока крыша окончательно не поехала. Я теперь шекспировского «Гамлета» в классическом исполнении не воспринимаю, – жаловался Витюша. – Только в кроссовках на босу ногу и в трусах до колен, сшитых из американского флага.
– Раньше тебе все это нравилось, – попрекнул его прошлыми увлечениями Сазонов.
– А теперь не нравится! Впереди маячит светлая перспектива – оформлять бани новым русским. Могу взять в долю, – издевательским тоном предложил Парфенов. – Оплата в конвертируемой валюте, но можно и в рублях по курсу Центробанка.
– Спасибо, я лучше в «Подмосковье» перекантуюсь.
– Ко мне уже, кстати, обращались, – не отставал Витюша. – Дизайнер-оформитель, понимаешь, им нужен… – Голос у Парфенова был вполне ернический, но глаза глядели серьезно. – Без компаньона, на которого можно положиться, я в это дело соваться не буду.
– Ты что, серьезно? – удивился Тимофей.
– Еще как! Пошли деньгу колотить, а? Я подряжусь хоть туалеты новым русским оформлять, лишь бы заработать деньги и иметь возможность открыть собственную фирму.
Тогда Сазонов и рассказал Витюше о предложении Иды Садчиковой.
– Хочешь, вместе займемся?
– Она согласится?
– Конечно, – успокоил Парфенова Тимофей, – даже рада будет. Ей как можно скорее надо вернуть вложенные деньги.
– Старик! – заорал Парфенов и кинулся обнимать приятеля. – Чтобы не видеть Гамлета в семейных трусах, я готов на все!
Когда восторги улеглись, Витюша с подозрением спросил:
– Она твоя любовница?
– С чего ты взял? – изумился Тимофей.
– Так, спросил на всякий случай.
– Нет, – улыбнулся Сазонов. – Она не в моем вкусе. А вот тебе Ида, думаю, понравится.
Последние слова Сазонов произнес не без умысла – хотел еще больше заинтересовать приятеля. Но он даже не подозревал, насколько верным окажется высказанное им предположение.
Вдвоем с Витюшей они принялись за дело – и изуродованные «правым» показом костюмы начали приобретать нормальный вид.
Работа в Доме моды у Пономаревой многому научила Тимофея. Справедливости ради надо сказать, что практика действительно была ему необходима. Другое дело, что существовала опасность застрять тут на всю жизнь. Он не собирался этого допускать… Нина Ивановна никогда
Пономарева этого не понимала. Сазонову приходилось не только создавать коллекции, но и тратить массу энергии на то, чтобы переубедить ее – заставить отказаться от избитых решений. Нина Ивановна, со своим узким кругозором, связывала ему руки. "Хозяин в доме должен быть один!" – только теперь Тимофей по-настоящему прочувствовал значение этих слов.
Пономарева не хотела рисковать:
– Что такое все твои новации? Попадешь не попадешь, а финансировать кто все это будет?
Пока он «попадал», но результатов достигал благодаря одной только своей интуиции. Нужно же было экс-периментировать, вкладывать деньги… Необходимо все время бежать впереди себя. Стоит расслабиться, чуть-чуть отстать – проиграешь. Общество требует каких-то открытий, экстравагантности, новых сочетаний.
– Мне плевать на открытия! – говорила ему Нинка. – Важно, чтобы это оказалось востребованным в торговом центре Горина. – А там требуется не мех в перьях, а качественная, недорогая и красивая одежда. Одежда, которую выберет для себя представитель среднего класса.
– Нельзя повторять модели, основываясь на красивых, но уже не единожды проигранных идеях! – отчаянно повторял Тимофей.
Нинка только пожимала плечами и фыркала: ох уж эти молодые, которые находятся в вечном поиске!
Эти двое никак не могли понять друг друга. Стоило ли тогда Тимофею работать сутки напролет и думать, как делать модели все лучше и качественнее?
– Вырваться вперед в модельном бизнесе можно только за счет внедрения новых технологий, – втолковывал Пономаревой Сазонов.
Нина Ивановна его даже не слушала.
– Из старого пиджака нельзя скроить вечернее платье!
– А этого от тебя и не требуется.
Вот последний выпад взбунтовавшегося модельера был Нине Ивановне понятен, а то – проигранные идеи, новые технологии, общество требует открытий… Ничего общество не требует! Еще неизвестно, как они окупятся, эти новые технологии. А она, между прочим, сама деньги не печатает, чтобы тратить их без оглядки.
Нина Ивановна думала, что ей удалось поставить Сазонова на место.
– У этой молодежи сплошные амбиции, – ворчала она. – Тут суд с гадюкой Галькой Паниной на носу, не знаешь, каким боком поворачиваться, а этот возомнил себя великим кутюрье.
С Паниной обещала помочь Элла Борисовна Хрусталева: не зря Пономарева ее обхаживала. Главная редакторша обещала напечатать статью в поддержку Нины Ивановны и Дома моды «Подмосковье». Сказала: "Так дело поверну, что непонятно будет, кто у кого что украл…"
Катя ни о чем не знала – она слышала только про предстоящий суд с Паниной, потому что об этом в Доме моды говорили все.