Полный годичный круг кратких поучений. Том III (июль - сентябрь)
Шрифт:
II. А мы, кажется, думаем спасти свою душу, сделать ее доброю, святою, без всякого труда, без особенных забот… Странная вещь; во многом другом деле: в устройстве ли хозяйства, в обработке ли поля, в возделывании ли огорода, в занятиях ли каким-нибудь мастерством, в воспитании ли детей и т. п., мы считаем труд необходимым условием для успеха дела и говорим: без труда ни в чем не может быть успеха. А когда дело касается воспитания нашей души, ее улучшения, ее усовершенствования, ее спасения, – мы думаем, что это само собою делается. Живи, как живется, и только; думать о спасении души, об этом важнейшем деле нашей жизни, или лучше, задуматься над своей душой, трудиться над нею, – трудиться с постоянством, с терпением, – дело как будто лишнее и неподходящее. Молиться подольше с поклонами дома, ходить в храм Божий почаще, стоять в нем подольше да повнимательнее, молиться тут с поклонами, поститься построже во славу Божию в дни, положенные церковью, следить за своими дурными привычками и бороться с ними, распиная плоть свою со страстями и похотьми, мы считаем для себя трудом почти
III. Будем помнить твердо, братия, святое правило, вразумившее на всю жизнь преп. Симеона Столпника, что без труда ни в чем не успеешь, – не успеешь и в спасении души. А что для нас дороже нашей души? Какая польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит (сделает ее пустой), или что даст человек измену за душу свою, т. е. чем человек вознаградит потерю души своей? – напоминает Господь каждому из нас, побуждая тем трудиться всеми силами для спасения своей души. Припомним и другое изречение Спасителя: Царство Небесное силою берется, и только употребляющие усилие достигают его. (Мф. 11, 12). Аминь. (Составлено по проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей» за 1885 г.).
Поучение 2-е. Преп. Симеон Столпник
(Уроки из его жизни: а) наше жительство на небе; б) должно упражняться в молитве и в) путь в Царствие Небесное – путь скорбей)
I. Преподобный Симеон, ныне прославляемый, будучи тринадцати лет, усердно молился Богу, да покажет ему путь спасения. Однажды Господь вразумил его следующим видением: Симеону приснилось, что он копает землю, чтобы положить основание для здания, и слышит голос: «копай глубже». Потрудившись несколько времени, он остановился, думая, что достаточно глубины для твердого основания, но опять услышал голос: «копай глубже». То же повторилось и в третий раз, и тогда Симеон продолжал трудиться безостановочно, пока не услышал голоса, который сказал ему: «перестань, основание твердо». Из этого видения Симеон познал, что для получения спасения необходим труд, и притом труд непрерывный и неослабный. Преп. Симеон, действительно, начал трудиться необыкновенным образом, обуздывая греховные страсти. Он начал с того, что взошел на высокий холм и приковал себя к камню. Но когда увидел его в таком положении св. Мелетий Антиохийский, он не похвалил его вещественных оков, сказавши, что человек может владеть собою и без оков, силою воли. Услышав такие слова, Симеон немедленно снял с себя оковы и предпринял другой подвиг, дотоле еще неслыханный: он соорудил столп сначала в 8 локтей (локоть равняется 14 вершкам), но потом, с помощью благочестивых посетителей, столп возвышен был до 40 локтей. Подвизаясь на столпе, преподобный терпел и зной, и холод. Одна только ветхая мантия и монашеский куколь защищали его от ветра, дождя и всякой непогоды. Но ничто не могло заставить преподобного изменить образ своего подвижничества. До конца своей жизни он устоял в своем подвиге, не сходя со столпа вниз. Необыкновенный подвиг преподобного и слава его чудотворений привлекли к нему многих посетителей из разных стран. Некоторые из них устроили для себя тут постоянные жилища, и таким образом у подножия столпа образовался как бы шумный город. Преподобный желал паче всего уединения и безмолвия, но такова была воля Божия, что сей светильник, стоявший на свещнице, не мог укрыться от взоров людских, но должен был светить людям, чтобы они, видя добрые дела преподобного, прославляли Отца Небесного (Мф. 5, 15–16). Не в одном молитвенном подвиге состояло служение преп. Симеона; нет, преподобный принимал живое участие и в делах общественных. Ночь проводил он на молитве, а днем поучал он окружавший его народ, проповедовал Евангелие, подавал советы требующим, примирял враждующих и исцелял больных. Стоя на одном месте, преподобный так же был полезен церкви, как если бы проходил с своей проповедью разные страны. Отрешаясь постепенно от пристрастия к земле и всему земному и постоянно устремляясь к небу, преподобный Симеон достиг такого благодатного состояния, какого сподобился апостол Павел (2 Кор. 12, 4). Преподобный, находясь однажды в духовном восторге, был возведен на седьмое небо и там видел предивные вещи: видел рай, сады, палаты, видел Адама и благоразумного разбойника; в другой раз он видел Иисуса Христа на высоком престоле; одесную его был рай и души праведных, а ошуюю – ад. Преподобный скончался в молитвенном предстоянии пред Господом, будучи 103 лет. Когда император хотел нетленные останки преподобного иметь в своей столице, то жители Антиохии воспротивились сему и сказали: «град наш не имеет каменных стен, для сего да почивает у нас святое симеоново тело; оно Антиохии будет стеною и защищением».
II. Изумителен подвиг преподобного Симеона! Конечно, мы, слабые, не можем быть подражателями ему.
Но все же мы можем извлечь из него некоторое назидание.
а) Преподобный своим подвигом на высоком столпе учит нас, что наше жительство не внизу – на земле, но наверху – на небе, и что туда мы и должны стремиться всем своим существом. Горе имеем сердца, – так взывает к нам св. Церковь, требуя, чтобы мы на молитве отложили всякое житейское попечение и думали только о небесном. Горняя мудрствуйте, а не земная, – учит св. апостол Павел. Ведь на земле
б) Но для достижения Царства Небесного – этого вожделенного отечества, недостаточно только устремляться на небо, а необходимо как можно чаще упражняться в молитве. Молитва и есть возношение нашего ума и сердца к Богу. Силою молитвы все существо человека изменяется: ум его просветляется, сердце оживляется, воля укрепляется и самое тело одухотворяется. Молитва настолько одухотворила преп. Симеона, что ему и высокий столп казался низким и ему хотелось подняться все выше и выше, пока он не достиг действительной высоты – вечного блаженства.
в) Преп. Симеон Столпник учит нас, что путь в Царствие Небесное – путь скорбей, трудов и борьбы со своими страстями и похотями. Сам Иисус Христос шел узким, тесным, страдальческим путем. Пострадав за нас, Он и нам оставил образ, да последуем стопам Его (1 Пет. 2, 21). Вот поэтому и все святые шли путем подвигов и скорбей. Видали вы картину, на которой изображен Иисус Христос, несущий на раменах Своих крест, а Его окружает множество других подобных Ему крестоносцев? Так спасающиеся входят в живот вечный путем терпения и подвигов. (См. «Воскресный день» 1894 г.).
III. Да поможет нам Господь усвоить эти спасительные уроки! (Составлено по указанным источникам).
Второй день
Поучение 1-е. Св. мученик Мамант
(Уроки из его жизни: а) Промысл Божий в жизни сирот; б) добрые стороны сиротства и в) увещание заботиться о сиротах)
I. Сегодня св. Церковь празднует память св. мученика Маманта. Родители св. Маманта были христиане знатные и богатые, родом из Малой Азии, звали их Феодотом и Руфиной. За веру христианскую они были заключены в темницу, Феодот в темнице скончался, а жена его, пораженная горестью, родила прежде времени сына, и вскоре затем тоже предала душу Богу. Милосердый Бог не оставил младенца без помощи и призрения. Жила в то время в Кесарии добродетельная и благочестивая богатая вдова – Аммия. Господь внушил ей благую мысль попросить у правителя страны позволение похоронить тела усопших христиан. Получив на это дозволение, она сама отправилась в темницу и, когда увидела бедного малютку между умершими родителями, сердце ее исполнилось состраданием, и она решилась взять к себе ребенка и воспитать его, как собственного сына. Она вскормила его, назвав Мамантом. Он, достигнув юношеского возраста, возлюбил Бога и ближних, научился благочестивой жизни и удостоился венца мученического за твердое исповедание своей христианской веры.
II. а) Из жизни св. Маманта мы видим, какое дивное промышление имеет Бог о сиротах. Мамант лишился родителей, лишь только родился, – он – младенец лежал в темнице между холодными трупами отца и матери. Но что же? Оставил его Господь без призора? Он влагает одной богатой вдове желание взять этого младенца на воспитание, которая и воспитывает его в страхе Божием и благочестии христианском. Итак, если кому судит Бог оставить детей малолетних, не возращенных, не воспитанных, да не унывают таковые! Есть Господь – попечитель сирот, есть на свете добрые люди, которые живут для добра, ищут случая сделать его, имеют полную возможность и средства к тому. Эти добрые люди найдутся всегда, их Сам Господь посылает, и они часто ни для кого неожиданно принимают участие в подобном случае в положении осиротевшего семейства так искренно, что заменяют для него родных отца и матерь, и делают часто даже больше, чем сколько могли бы сделать эти последние. Кто не видит здесь руку Божию, наказующую и милующую, посещающую и утешающую?
б) Правда, сиротство – несчастие и большое несчастие; тяжело переносится оно, много придется пролить слез и испытать горя от него, – но из этого горького дерева какие вырастают часто сладкие плоды! Сколько из сирот вышло и выходит великих людей! Сколько можно указать великих святых, которых юность прошла в горькой доле сиротской! Кто был Иоанн Златоуст? А он рос в сиротстве – только при матери, отца лишился еще младенцем. Кто был пророк Моисей? А он хотя был воспитан при царском дворе, но чужими, рос среди чужих, даже среди язычников. Сама Матерь Божия не в сиротстве ли жила? И однако же каких достигла совершенств духовных! Какими богоподобными украсилась добродетелями!
Тяжело жить в сиротстве, – сирота везде чувствует себя лишним, чужим человеком; но это самое воспитывает в нем чувство смирения, кротости, послушания, побуждает его не на себя надеяться, а свое упование возлагать на Бога, у Него искать милости, помощи себе.
Никто так не может быть скоро обижен, как сирота; но зато ничья слеза не может так скоро дойти до Бога, как сироты, никто так скоро не может найти себе защиты от Бога, как сирота.