Попаданка в семье драконов 2
Шрифт:
— Бездна! Бездна идет к нам! — орут прорывающиеся к щиту культисты. — Да придет Бездна!
А бард Заранеи опять сбивает своей дьявольской мелодией печать исцеления. Укус у Арена болит меньше, он, расправив крылья, стоит на задних лапах между родителями и Заранеей на раненой твари. Судя по тщетным попыткам императора подняться, шатающемуся Элоранарру и чуть дальше лежащему без сознания озаранскому королю, печать исцеления им нужна. Странно, на них совсем мало ран, те выглядят неглубокими... неужели эти гигантские твари ядовиты? Это объясняет такой быстрый выход
Темная магия вражеской армии вихрями устремляется вверх. Сбив волну вестников, поднимаю морду: белый дракон со стальным узором от призванного оружия на лапе плавно спускается вниз. На его хребте, чуть расправив снежно-белые крылья, чтобы ветер прижимал ее к нему, стоит Витория, и магия демонов стекается к черной косе. Они летят на Заранею. Сердце обмирает: вдруг получится? Магия демонов против ее демонического щита, вдруг у Витории получится пробить его?
Рука белокурого барда пускается в пляс на струнах, меня ударяет паника Арена, Саран дергается, почти сбиваясь с курса. Дрожат темные реки, стекающиеся к косе Витории. Сражающиеся ближе к Заранее наши воины и даже культисты падают, царапают свои лица, бьются в припадках. Рассыпается вдребезги такая нужная печать исцеления. Арен упрямо наклоняется, вокруг него собирается золотая магия, помогая удержаться под напором убийственной музыки, призывающей себя убить.
И вдруг музыка обрывается. Бард Заранеи смотрит на летящего на него Сарана с Виторией на белоснежной холке. Витория заносит косу и ударяет. Черный вихрь охватывает Заранею и ее барда. Возносит их выше. Черный полумесяц концентрированной демонической магии срезает каменный вал, проносится по части армии Культа и взрывает землю.
Выдыхая на вестников, краем глаза замечаю движение. Но это всего лишь увенчанная чьим-то позвоночником некромантка с серпом. Она как-то поднялась на щит и, поджимая пальцы босых ног, оглядывает поле боя. Ищет, где лучше использовать свою силу?
С неба на срезанный вал перед Аранскими падает черный вихрь телепортации, раскрывается, выпуская Заранею и пошатывающегося барда. К ее руке стягивается тьма, и Заранея ударяет наотмашь. Черная волна устремляется навстречу Сарану и Витории, но он уже взмывает вверх, лишь кончик хвоста обжигает ударом. Он уносится в высоту, на безопасное расстояние ждать, когда откроется переход между мирами.
Бард смотрит им вслед. И он не играет.
Силу набирает мелодия наших бардов, разливается белый магический свет исцеляющей печати, снова устремляется к Аранским, к королю Озарана, к медведеоборотням и волкооборотням, в полузверином виде схлестнувшимся с культистами, через глаз Бездны на лбу связанными с «короной» Заранеи.
— Бездна! Бездна, мы взываем к тебе! — кричат существа, и от этого их тела наполняются темной демонической силой.
Заранея опускает руку, которой нанесла удар. Кажется, с нее капает кровь. На прекрасном лице — ярость.
Заранея оглядывается на свою армию: фосфорные нити затягивают в ее войска зомби, лавовое существо связало в драке семь драконоподобных тварей и несколько вестников.
Вздрагивает земля,
«Арен! — я едва успеваю спалить подбежавших по щиту вестников. — Арен, кажется, эти трехглазые твари ползут под землей. Что, если они обходят щит Пат Турина снизу?!»
Заранея разворачивается к своей армии, протягивает руку. В тот же миг гаснет фиолетовая печать, а фосфорные нити, связывающие проклятого лича со всей нежитью, обрываются. Она убила, Заранея просто убила его, чтобы освободить часть своих войск.
Зомби Культа бросаются обратно на нас, наши зомби хватают их, пытаясь остановить.
«Может и пробираются под землей», — отзывается Арен и поднимается в воздух.
Две крылатые женщины взлетают из тьмы и загораживают от него Заранею. Они не связаны с ее глазастой «короной» нитью, они действуют сами. И я чувствую, как ярость Арена гаснет.
«Лера, — растерянно зовет он. — Лера, они пахнут сладостью...»
Это суккубы.
Глава 5
Суккубы хотят поработить Арена? Мое! Не отдам!
Взревев, отталкиваюсь от щита и проношусь над полем боя. Первой успевает Ланабет — ее золотая стрела, описав над Ареном низкую дугу, разносит череп одной девицы.
Меня охватывает пламенем, яростью, жаждой, по телу прокатывается волна изменений, и я вдруг ощущаю, что Пронзающий и Рассекающая сливаются со мной, с моим источником, мы понимаем друг друга, как никогда прежде. Раскрыв пасть, выдыхаю, мне больше не надо разливать магию и поджигать ее: мой огненный выдох — это выстрел Пронзающего. Сгусток заряда, пробив магией тоненький щит второй демоницы, разносит ее в клочья.
Только Заранеи на каменном валу больше нет. Где она? Что задумала? Я зависаю над полем боя.
Слева с ревом и грохотом проваливается под землю километровый пласт земли, уволакивая за собой пятую часть Пат Турина. Внешний щит города над провалом разлетается пестрыми осколками, плетение Эзалона оседает, провисает, нарушая путаный узор. Взвывают проникшие внутрь вестники, с удвоенной силой налетая на малый гибкий щит, не подпускающий их к открывшимся коридорам. Палят из пушек танки-големы. Дегон почти беспрерывно плюется пламенем.
— Бездна! Бездна рядом!
Обезумевшие культисты напирают на наши ряды.
«Лера, к Пат Турину, — командует Арен. — Похоже, резерв придется задействовать раньше появления Ужаса».
Уменьшившись в человека, разворачиваюсь к городу.
Будто волна проходит по схлестнувшимся армиям зомби. И все они поворачивают на нас. С воем, разливая вокруг себя фосфорный свет, они сминают и культистов, и наших, а в наших впиваются зубами. Шире раскрывается печать исцеления, но даже это не спасает от потерь.
Почему все зомби напали на нас?
Взглядом нахожу фосфоресцирующих хозяев наших зомби — личей в окружении прикрывающих их магов.