Поймай, если сможешь
Шрифт:
– В связи с гибелью дочери, – объясняя свое появление в доме, начал Жак, – мадам Ларю ищет тех, кто мог бы быть случайным свидетелем страшной аварии.
– Не исключено, что вы что-то слышали… или видели? – перебил его Ник.
– Нет, мои друзья, – отрицательно покачал головой мужчина. – Видимо, я вернулся домой до разыгравшейся трагедии, поэтому ничего не видел и не слышал. Мне очень жаль, что ничем не могу помочь. Какое несчастье…
Мадам Ларю ничего не оставалось, как подкупить сотрудников морга и предоставить
– Я успокоюсь только тогда, как найду ее, – отрезала женщина, отвечая на вопрос, когда же она перестанет заниматься ерундой.
– Смею тебя заверить, к этому времени останки будут представлять жалкое зрелище.
– Я переживу. Главное – я буду окончательно уверена в том, что дочурка мертва. Только тогда я смогу спать спокойно.
Вот и сегодня охранники вернулись домой с пустыми руками.
– Прошло уже больше месяца, – недовольно сказала мадам. – Кто-то уже должен либо проговориться, либо увидеть, либо узнать. Так что, ничего?
– Ничего, мадам.
– Я не верю своим ушам! Удвойте цену… утройте, черт вас побери, но найдите мне девчонку!
– Слушай, – перебил ее Андре. – По-моему, ты сходишь с ума. Я даже по ночам слышу, как ты с кем-то разговариваешь.
Мадам Ларю вскочила с кресла и зашагала по комнате, заламывая руки.
– Она… – вдруг остановившись посреди комнаты и не обращая внимания на охранников, вымолвила женщина. – Она приходит ко мне по ночам и с укором молча смотрит на меня. И так каждую ночь! Я не могу спать: закрываю глаза и вижу… вижу Марго в голубом платье, резвящуюся на нашей лужайке. Дочь зовет меня с собой, машет руками. Я пытаюсь убежать от нее, а моя девочка подбегает, хватает меня за руку и… опять смотрит мне в глаза. Совершенно безмолвная.
– Это просто сон, Адель…
– …который повторяется каждую ночь! – воскликнула супруга. – Ты что, не слышишь меня? Эта дрянь даже во сне преследует меня. Не зря я приказала этим болванам убить девицу…
– Что? – опешил Андре. – Ты приказала убить свою дочь?..
– Можно подумать, ты не мечтал избавиться от нее, – прищурившись, проговорила жена. – На следующий день после вашей поездки я нашла вот это на ее тумбочке.
Мадам Ларю подошла к бюро и вытащила из ящика сложенный лист бумаги.
– Разверни его, – насмешливым тоном сказала она. – Хотя, я предполагаю, ты и без меня знаешь, ЧТО там изображено. Вестник смерти, не так ли? Не удивляйся, я навела справки… Кроме меня или тебя, на такое не способен никто в этом доме. Как ни странно, но вся прислуга любила мою дочь. Нужны еще доказательства? Ничего не хочешь мне сказать?
– Это еще надо доказать, моя дорогая, – ухмыльнулся Андре, угрожающе придвинувшись к жене. – Прямых доказательств у тебя нет, так что не вздумай шантажировать меня этой бумажкой.
Молодой
– Ты куда? – насторожилась Адель.
– Я ухожу от тебя, – бросил муж на ходу. – Женщина, способная убить своего ребенка, недостойна делить со мной кров.
– Ты не посмеешь! – воскликнула мадам Ларю. – Я лишу тебя всего! Ты станешь нищим!
– Дорогая, ты забыла о своем подарке, – ехидным тоном ответил Андре. – Доходов, что приносит фирма, мне вполне хватит на первое время. К тому же я не намерен сидеть сложа руки. Я многому научился от тебя, да и связями обзавелся. Не пропаду!
– Я уничтожу тебя! Сотру в порошок! – закричала истошным голосом Адель, не обращая внимания на стоящих возле двери охранников. – Никто… слышишь, никто не захочет вести с тобой дела. Я обещаю тебе это!
Остановившийся мужчина резко повернулся и, сощурившись, медленно произнес:
– Тронешь мой бизнес, и я тебя закопаю. Да так глубоко, что никто и никогда не найдет… Прощай!
Глава 5
Благодарность – самая малая из добродетелей,
тогда как неблагодарность – худший из пороков.
Томас Фуллер
Августовская жара сменилась долгожданной прохладой. Несмотря на то, что солнце еще пригревало, уже чувствовалось дыхание осени.
Марго сидела на веранде в кресле и смотрела на зеленую лужайку, где резвилась пара борзых. Она уже оправилась после аварии, хотя головные боли продолжали донимать по утрам. Тем не менее лечащий врач, окруживший ее заботой и вниманием, заверил девушку, что через неделю-другую все пройдет.
– Мадемуазель, вам не стоит волноваться. Вы полностью здоровы, – похлопав ее по руке после очередного осмотра, подтвердил мсье Картье. – Ушибы прошли, раны затянулись, а голова… придется еще немного потерпеть. Сотрясение не проходит без последствий.
– Доктор, при первом нашем разговоре вы обещали мне рассказать, кому я обязана жизнью, – напомнила Марго, одеваясь. – Более того, я до сих пор не знаю, каким образом я смогу оплатить мое лечение и проживание тут, в клинике.
– А вы не в клинике, Маргарита, – слегка улыбнулся Серж.
– Как?.. Но вы говорили… – осеклась девушка, широко раскрыв глаза.
– Да, говорил, но только для того, чтобы вы не задавали лишних вопросов и не волновались.
– Получается, – начиная сопоставлять свои наблюдения, медленно проговорила пациентка, – я живу у вас в доме? Но почему? Кто попросил вас об этом? Моя мать?
– Нет, я не знаком с вашей матерью; правда, много слышал о ней.
– Тогда… я ничего не понимаю, – начала беспокоиться Марго, испуганно поглядев на врача.