Право писать. Приглашение и приобщение к писательской жизни
Шрифт:
Поэт Пабло Неруда [28] создал из тела своей возлюбленной тело – корпус – своих работ, очень приметчивых и оттого понятных всем. Читая его стихи, я всегда сначала ощущаю слова в сердце, а уже потом они проникают в разум. Вот еще одно мое стихотворение, лингвистический урок любящего Неруды:
ЯЗЫК ТЕЛА
28
Пабло Неруда (1904–1973) – чилийский поэт и дипломат, лауреат Нобелевской премии по литературе (1971).
Способ приобщения
Писать – занятие не только психологическое, но и физическое. Многие великие писатели любили гулять пешком. Есть нечто особенное в ритме пешей прогулки. В движении – музыка, она проливается в текст.
Засеките полчаса. Выберите одежду и обувь, удобные для прогулки. Можете взять с собой определенный вопрос, просьбу или тему. Или можно просто спросить: «Что мне нужно узнать?» Выбирайтесь из дома и шагайте двадцать минут. Приглядывайтесь к тому, что вас окружает. К своему настроению. Следите за тем, как оно меняется. Прежде всего обращайте внимание на любые посещающие вас ответы, озарения, идеи или вдохновения. Вернетесь домой – усаживайтесь писать. Задокументируйте свой опыт и открытия.
Глава 14
Кладезь
Мы, писатели, извлекаем образы из внутреннего хранилища, которое я называю «кладезем» [29] . Я представляю его в виде внутреннего пруда, который нужно и пополнять, и следить за его проточностью. Если воспринять этот внутренний резервуар как экосистему, сразу находятся ответы на мучающие писателей вопросы, и главный – таков: «Отчего иссякло вдохновение, когда все шло так хорошо?»
Очень часто вдохновение иссякает именно потому, что все шло хорошо. Мы просто истощили запасы во внутреннем резервуаре, потому что не нашли времени и сил на то, чтобы пополнить их новыми образами.
29
В предыдущих переводах книг Дж. Кэмерон на русский мы использовали слово «колодец», но в переводе этой книги решили сделать красивее, всем на радость.
У меня есть простое приспособление для пополнения запасов: я называю его «творческим свиданием». Вкратце, творческое свидание – еженедельная одиночная вылазка в какое-нибудь приятное место, где вам будет интересно. Это может быть поход в музей, аквариум, магазин пряжи. Или концерт, кино или выставка динозавров. Смысл в том, чтобы пойти туда, где вам понравится, – в одиночку.
Почему в одиночку?
Потому что творческое свидание – это наполовину творчество и наполовину свидание. Вы охмуряете, соблазняете, добиваетесь расположения своего внутреннего творца. Для этого необходимо уединиться с ним. У многих затея пойти куда-то одному немедленно вызывает сопротивление.
«Я и так все время один».
«Что я скажу своему молодому человеку?»
«А с детьми кто будет сидеть?»
Это сопротивление вполне нормально, но это всего лишь сопротивление. Ответное сопротивление делает нас сильнее. Если уделить время и внимание
Пишут обычно черным по белому, но, чтобы это получалось хорошо, нужно добавить красок. Если наша жизнь – сплошной хаос, большого труда стоит писать гладко и размеренно. Если же, с другой стороны, она слишком предсказуема и буднична, наш писательский голос тоже будет монотонным, и придется стараться изо всех сил, чтобы оживить тексты.
Одна из загадок писательства: если вложиться вниманием в прекрасное – например послушать прекрасную музыку, – это вложение непременно окупится, стоит нам начать писать, пусть и на совершенно другую тему. Мы обычно понимаем ценность исследовательской работы и чтения, напрямую связанного с нашим произведением, но с трудом видим пользу бесцельного самообразования. Нам бы хотелось, чтобы причина и следствие были более очевидными, но в писательстве такое бывает крайне редко.
Тексты варятся на бульоне нашей жизни. Если жить со вкусом и разнообразно, у нас будут вкусные и разнообразные продукты, из которых можно что-нибудь приготовить. Если жить скучно, озабоченно, зациклившись на целях, то и наши тексты будут безвкусными, нечему будет сделать их острыми и насыщающими.
Если писать регулярно и размеренно, еженедельного похода будет достаточно, чтобы пополнить запасы. Если же мы пишем часто и много, рекомендуется выбираться хотя бы дважды в неделю. Конечно, меньше всего вам будет хотеться пополнить кладезь, когда и так хорошо пишется.
«Не сейчас! Я пишу», – норовим сказать мы, желая продолжить свое занятие.
Велик соблазн забиться в нору и писать без передышки, однако такой подход действенен лишь на короткий срок, но никак не на длительный. Как выразился один остроумный тип: «Для сингла сойдет, а вот альбом так не напишешь».
Если вкладываемся в писательскую жизнь – а не в карьеру, мы в ней ради процесса, а не продукта. Ради корпуса трудов, а не одиночного удара хорошо сделанной работы. А значит, надо относиться к себе как к маститым спортсменам, которым необходимо поддерживать форму, не загоняться, не пережимать с тренировками.
Если воспринимать писательскую жизнь как карьеру спортсмена, делается понятнее мудрость, хорошо известная марафонским бегунам: на каждую быструю милю приходится десять медленных. А до и после каждой длинной пробежки обязательна растяжка.
Так и писателям важно тренировать писательские мышцы, чтобы держать их в форме. Это значит, что нужно уделять необходимое время и внимание наполнению кладезя, а не опустошать его неуклонно, не задумываясь о внутренних ограничениях. Все это может показаться обременительным или трудоемким, но выгода от этого нашей писательской жизни огромна. Даже самая малость запитывания себя немедленно и благотворно повлияет на ваши тексты. А если заниматься этим регулярно и понемногу, вы и сами удивитесь, как легко и уверенно вам будет писать.
«Я почувствовала, что выдыхаюсь, – поделилась со мной Кейси, автор художественной прозы. – Мне так хорошо писалось, и нравилось, что получалось, а потом вдруг все, что я пишу, стало казаться однообразным и унылым. Мне стало скучно, и текст тоже получался скучным. Работаешь, будто лямку тянешь. Мое упрямство твердило, что нужно копать дальше, выбивать из себя написанное. К счастью, я вспомнила о творческих свиданиях, и когда устроила себе его, стала вменяемее».
«Вменяемый» писатель пишет легко и текуче. Он пишет из полного кладезя, а не из пустого. Вменяемый писатель осознает, что он – творческая экосистема, которая может застояться и даже пересохнуть без свежего притока и постоянного оттока.